Продолжая тематику изучения сути цигун-практик, после небольшого исследования темы Даоинь (https://dzen.ru/a/aYWbCKnLeEnwgQ7p?share_to=link) необходимо затронуть также и такой интересный и крайне распространённый вариант, как Бадуаньцзин, или Восемь Отрезков Парчи.
Данный небольшой разминочно-укрепляющий комплекс встречается как отдельный метод в рамках «пестования жизни» (Яншэнсюэ), так и в качестве разогревочно-тренировочного миникомплекса в традиционном боевом ушу, что является его, наверное, главной особенностью.
История данной системы, как всегда туманна, и становится отслеживаемой, начиная только лишь с 1881 года, когда была издана «Нэйгун тушо» («Иллюстрированные пояснения внутренней работы») под авторством Ван Цзуюаня, который в свою очередь утверждал, что нашёл материал для своей книги в архивах Шаолиньского монастыря, замалчивая, правда, факт того, что годом ранее ему была подарена книга Пань Чжая «Основы здоровья», изданной в 1858 году.
Сам Пань Чжай ссылается на ещё более ранние тексты 2-ой половины 18-го века. Тем не менее, именно труд Ван Цзуюаня становится «хитом продаж» среди образованного населения Китая в конце 19-го века и отсюда, по всей видимости, происходит «большой взрыв» разнообразных вариантов Восьми Отрезков.
Следует, однако, отметить, что «отголоски» системы ходили и в более ранних источниках, а в народной среде циркулировало множество разнообразных комплексов – так что упомянутые труды просто отражали то, что уже было когда-то кем-то создано, вполне вероятно, задолго до письменной фиксации.
Исторические хитросплетения, конечно, интересны само по себе, однако нам, практикам, интереснее то, что может ускользнуть от понимания, если сильно увлечься преследованием исторической правды – а именно, суть и полезность в деле самосовершенствования, что уникального можно вычленить в данном наборе движений.
Судя по наполнению комплекса (базовым считается набор из восьми упражнений, расширенный в некоторых вариантах до 12-ти), он является логичным продолжением развития идей Даоинь, сочетавший в себе неспешное потягивание, глубокое дыхание и «вслушивание в себя».
В Бадуаньцзин появляются, однако, формы, явно указывающие на боевую практику: «натягивание лука» и прямые удары кулаками, чего в раннем Даоинь не наблюдалось. Вместе с другими упражнениями в комплексе можно наблюдать несколько более «упорядоченный» характер направления усилий – вверх, вниз, вбок, вперёд, – что также можно соотнести с необходимостью тренировки в боевых искусствах с целью формирования определённых навыков (создание усилия-цзинь и умение направлять его в разных направлениях).
Конечно, трудно утверждать, что Бадуаньцзин был создан в рамках боевых искусств, но определённую связь с ними, по всей видимости имеет. Как уже упоминалось ранее, автор успешного «Нэйгун тушо» упоминал архивы знаменитой чаньской обители, а сама легенда создания относит авторство знаменитому китайскому полководцу 1-ой половины 12-го века Юэ Фэю – чистый миф, конечно, но здесь, как уже ранее отмечал автор (https://dzen.ru/a/aXH6KJYGLD-TViC7?share_to=link) за легендами проявлялась некая циркулировавшая в головах идея: ведь, как утверждается молвой, Юэ Фэй создал этот комплекс для укрепления тела воинов; по той же логике, создание «мягкого» Даоинь не приписывалось какому-либо военачальнику.
Более весомым аргументом в плане связей с боевыми искусствами является здесь то, что несмотря на то, что сегодня комплекс считается «мягким» и расслабленным, даже в недавнем прошлом встречались варианты с ярко выраженной изометрией и силовым «взрывным» исполнением. «Боевые» элементы, скорее всего, являются взятыми из тренировки базовой техники ушу и объединены с дыхательно-гимнастическими упражнениями в единый комплекс для утилитарной цели – создать короткий и ёмкий подготовительный комплекс для быстрого разогрева тела и мобилизации сознания перед началом трудового дня или после длительного периода неподвижности. И это составляет основу того Бадуаньцзин, что тесно связан с ушу. Но нельзя игнорировать и другую ветвь – ту, что теснее связана с практикой «пестования сознания», актуальной для подвижников даосско-буддийской школы.
Там встречаются интересные варианты «сидячего» и даже «лежачего» Бадуаньцзин, вкупе с самомассажем и визуализацией, вплоть до варианта с визуализацией выполнения движений телом, сохраняя при этом полную неподвижность! Эти практики явно носят признаки влияния древних «алхимических» методов, и одно из свидетельств тому - «Сердечные тайны живого человека», составленной Чжу Цюанем (1378-1448) во времена империи Мин.
В завершение сто́ит ещё обратить внимание на смысл названия: помимо варианта, гласящего, что некий первый найденный Бадуаньцзин был записан на 8-ми парчовых свитках, автору кажется более релевантным другое объяснение – что здесь содержится намёк на т.н. «внутреннее плетение» (парча – очень сложная ткань в изготовлении, с непростым многослойным плетением, в результате которого получается очень плотная тяжёлая ткань, отлично держащая форму). Это уже вызывает прямые ассоциации с идеями Ицзиньцзин, где «плетение» усилий в теле становится краеугольным камнем практики, делающим её ещё более связанной с миров мастеров боевых искусств.