Маруся верила в знаки. Нет, не в гороскопы и не в карму, а в знаки внимания. Она считала, что мужчина, который не протянет руку, помогая ей выйти из машины, вряд ли протянет руку помощи в трудной ситуации. Что тот, кто делит счет на Калькуляторе, будет делить и жизненные трудности, высчитывая, кто больше устал или чья очередь мыть посуду.
После разрыва с Денисом, который два года считал каждую копейку в общем бюджете и однажды публично в магазине заставил ее вернуть 150 рублей за палку колбасы, которую, по его словам, съест она одна, Маруся дала себе зарок: первый звоночек — и сразу стоп.
И вот случилось свидание с Кириллом.
Кирилл оказался высоким, с приятной хрипотцой в голосе и модными очками. Позвал в ресторан грузинской кухни. Встретил у метро, галантно открыл перед ней дверь заведения. Маруся внутренне довольно выдохнула.
— Тут хинкали потрясающие, — сказал он, протягивая меню. — Бери, не стесняйся.
Маруся не стеснялась. Она заказала салат из баклажанов, один хинкали и чай с чабрецом.
Кирилл заказал три порции хинкали, шашлык из баранины, графин домашнего вина и себе какой-то сложный кофе.
Говорили о путешествиях. Кирилл увлеченно рассказывал про то, как важно "уметь отпускать ситуацию" и "денежную энергию".
— Энергия не терпит зажимов, — говорил он, уплетая третий хинкали. — Если ты зажат, ты и в финансах зажат. Надо быть щедрым с миром.
Маруся кивала, думая, что он щедр пока только с бараниной.
Когда официант принес счет в кожаном меню, Кирилл небрежно взял его, посмотрел, а потом, как фокусник, достал телефон с калькулятором.
— Так... салат твой 380, хинкали один — 160, чай 250... — бормотал он, водя пальцем. — А, и вино? Ты же почти не пила. Ну, я за вино тогда полностью, оно мое было. Значит, с тебя... — он поднял глаза, — 790 рублей. Переводом? Или наличкой?
Маруся почувствовала, как краснеют кончики ушей. Ей было не жалко 790 рублей. Ей было жалко себя.
— Переводом — сказала она тихо, открывая приложение банка. Кирилл довольно улыбнулся.
— Ну вот, по-честному. Чтобы никому не обидно. Я сам не люблю, когда за меня платят, чувствуешь себя обязанным. А ты?
— Я тоже не люблю чувствовать себя обязанной, — сухо ответила Маруся, переводя деньги.
На улице он бодро попрощался, чмокнув ее в щеку.
Дома она написала подруге Кате: "Он посчитал стоимость моего чая".
Катя прислала смеющийся смайлик: "Ну, жадный."
Следующим был Олег. Он работал в компании, неплохо зарабатывал, водил хорошую машину и был старше на пять лет. Переписка была идеальной: остроумно, легко, с эмодзи. Он назначил встречу в пятницу вечером в "одном уютном месте на крыше".
Маруся надела новое платье, туфли, накрутила локоны. Она вышла из подъезда — Олег уже ждал в машине. Она открыла переднюю дверь, села, улыбнулась.
— Привет! Красивая какая, — сказал Олег, трогаясь с места.
Он не вышел. Не открыл ей дверь. Но Маруся списала это на то, что холодно и он заглушил бы мотор.
Вид с крыши открывался шикарный. Весь город в огнях. Олег заказал столик с видом на Москву-Сити.
— Потрясающе, — искренне восхитилась Маруся.
— Ага, — согласился Олег. — Давай меню?
Вечер прошел замечательно. Они говорили о кино, о сериалах, даже поспорили о каком то фильме. Олег был умен, ироничен и смотрел на Марусю с явным интересом. Когда подали десерт, Олег сделал комплимент ее глазам.
Маруся почти растаяла.
При счете Олег повторил трюк Кирилла, но более виртуозно. Он даже не доставал калькулятор.
— Я переведу, — сказал он, протягивая карту официанту.
— Давай я тоже сейчас... — засуетилась Маруся.
— Да не суетись, я оплачу, а ты потом мне на карту скинешь половину. Или угостишь меня кофе в следующий раз, — подмигнул он.
Это звучало так легко, так по-современному, по-партнерски. "В следующий раз" — это же прекрасно, значит, будет следующий раз.
Они вышли к машине. Маруся снова потянулась к ручке передней двери, Олег уже нажал на брелок, открывая центральный замок. Он не обошел машину. Просто сел за руль и включил зажигание. В салоне было темно и пахло его дорогим парфюмом.
Маруся чувствовала легкую неловкость, смешанную с надеждой.
Подъехали к ее дому. Остановились.
— Ну, спасибо за вечер, — сказал Олег, поворачиваясь к ней.
— И тебе спасибо, — улыбнулась она, задержав взгляд на секунду дольше обычного.
Пауза. Она ждала, что он выйдет, проводит до подъезда, как делали все, с кем она встречалась раньше (ну, почти все). Олег просто смотрел на нее.
— Добежишь? Холодно, — спросил он.
— Ага, — кивнула Маруся. — Спокойной ночи.
Она вышла. Хлопнула дверью.
Она шла к подъезду и чувствовала себя странно. Вроде бы все хорошо. Но как будто бы и нет.
На следующий день на телефон пришло сообщение, сумма на 2350 руб. . Комментарий: "За вчера переведи".
Маруся посмотрела на сумму, и сбросила деньги. Цветов, кстати, тоже не было.
С Игорем Маруся познакомилась в фитнес-клубе. Живой, спортивный, с открытой улыбкой. Позвал в парк Горького погулять, а потом в кафе.
— В парк? — переспросила Катя. — Дешево и сердито.
— Это романтично, — подумала Маруся. — Катание на коньках, какао, снежок. Не в ресторане же все время сидеть.
Игорь встретил ее у входа в парк. В руках у него был букет — три чахлые розы, замотанные в целлофан, какие продают в переходах и у метро по 150 рублей.
— Это тебе, — протянул он.
Маруся взяла букет. Розы были чуть подвявшие, с неровными бутонами. "Мог бы и не дарить, — мелькнуло в голове. — Раз уж такие...". Но она улыбнулась и поблагодарила.
Они катались на коньках. Игорь ловко поддерживал ее за талию, смеялся, падал, дурачился. Было весело. Потом пошли в кафешку у катка. Там пахло вафлями и корицей.
Взяли два глинтвейна и по вафле.
За столиком было тепло, Маруся согрелась и расслабилась. Игорь рассказывал про свой поход на Эльбрус.
— Это, наверное, дорогое удовольствие? — спросила Маруся.
— Ну, я копил. Вообще, я во всем люблю планирование. Вот, например, сегодняшний вечер я тоже заложил в бюджет, — пошутил он.
Маруся не поняла, шутка это или нет.
Когда они вышли из кафе, Игорь взял ее за руку.
— Пойдем, провожу до метро.
Они дошли до турникетов. Игорь остановился.
— Ну, давай, спишемся. Мне в другую сторону.
И он ушел в переход, оставив Марусю одну с тремя розами в целлофане, от которых уже начала осыпаться одна головка.
Дома она поставила их в воду. Розы простояли два дня и завяли окончательно. Больше Игорь не приглашал на свидание.
С Антоном Маруся пошла на свой страх и риск. Ей казалось, что если она сейчас снова столкнется с калькулятором или отсутствием цветов, она закричит. Но Антон был из другого мира.
Он встретил ее с огромным букетом пионов (ее любимые!) и коробкой конфет. Открыл дверь машины, подал руку. В ресторане отодвинул стул, налил вино, выбирал для нее закуски, советуясь, но мягко настаивая на самых дорогих позициях.
— У них тут клубника невероятная, надо брать, — говорил он.
Маруся наслаждалась. Она чувствовала себя хрупкой, желанной, маленькой девочкой, о которой заботятся. Они говорили о театре, о музыке, о жизни. Антон слушал внимательно, задавал вопросы.
Оплачивая счет, он даже не взглянул на сумму. Просто протянул карту, оставил щедрые чаевые.
В машине по дороге домой Маруся была на седьмом небе. "Неужели нашёлся?" — думала она, глядя на мелькающие огни.
Антон припарковался у ее подъезда. Вышел первым, открыл ей дверь. Довел до самой двери квартиры.
— Спасибо, Маруся, — сказал он, глядя в глаза. — Ты удивительная. Мне было очень хорошо.
Она млела. Сердце колотилось. Вот оно. Вот как надо.
Антон ушел. Маруся влетела в квартиру, скинула туфли, упала на диван и улыбалась в потолок. Пионы стояли в вазе, наполняя комнату райским ароматом.
На следующий день она ждала сообщения. Днем — тишина. Вечером — тишина. Она решила не писать первой, чтобы не спугнуть.
Через два дня пришла эсэмэска. От Антона.
"Привет, красотка! Было круто. Ты мне очень понравилась, правда. Но я подумал и понял, что пока не готов к серьезным отношениям. Давай останемся друзьями? Надеюсь на понимание. P.S. Если не сложно, с тебя половина за ресторан — 2850 р. Карту скину. Заранее спасибо, ты чудо".
Маруся смотрела на экран и не верила своим глазам. Она перечитала пять раз.
Ей не было жалко этих денег. Ей было жалко пионов, которые через два дня завянут, как и те три розы. Ей было жалко открытой двери, отодвинутого стула и разговоров о театре. Оказалось, что весь этот рыцарский набор — просто красивая упаковка, внутри которой лежал тот же самый калькулятор, выставленный на послевкусие.
Она перевела деньги. Без комментариев. Потом встала, подошла к пионам, понюхала их в последний раз и вынесла в мусоропровод.
Маруся сидела на кухне, пила чай с мятой и смотрела в одну точку.
— Кать, — написала она подруге. — А может, дело во мне?
— В смысле? — тут же ответила Катя.
— Ну, может, я притягиваю таких? Может, я излучаю какую-то энергию "поделись со мной счетом"?
— Марусь, ты излучаешь энергию приличной девушки, которая не требует, а ждет. А они этим пользуются. Это не ты. Это они. Просто сейчас мода такая — на партнерские отношения с калькулятором в руке.
— Но двери открывать — это же не про деньги, Кать. Это про воспитание. Про то, что ты для мужчины не просто собеседник на вечер, с которым можно чек разделить, а женщина. Это мелочи, но из них все состоит.
В прихожей завозился кот Бакс, требуя еды. Маруся вздохнула, насыпала ему корма.
— Ладно, — написала Катя. — Не раскисай. В следующий раз просто на первом свидании, когда он достанет калькулятор, вставай и уходи. Сразу. Без объяснений.
— А если он больше меня съел?
— Тем более.
Маруся усмехнулась. Легко сказать — вставай и уходи. А если он хороший? А если у него так принято в семье?
Она вспомнила, как Кирилл высчитывал стоимость ее чая. Как Олег прислал сообщение о деньгах. Как Игорь заложил свидание в "бюджет". И как Антон, король щедрости и галантности, выставил счет за пионы и отодвинутый стул.
Потом набрала сообщение Кате:
"Знаешь, что самое смешное? Если бы они просто платили за себя и за меня, не считая, и при этом дарили бы ромашки с рынка и открывали дверь в машине, я бы, наверное, была счастлива. Дело не в сумме. Дело в жадности. В этой противной, мелочной жадности, которая маскируется то под современные отношения, то под экономию, то под скромность. Я не хочу быть "партнером" в расчетах. Я хочу быть женщиной, которую балуют. Хотя бы чаем с чабрецом, но без калькулятора".
Она отложила телефон и обняла кота. Бакс замурчал. Бакс никогда не просил поделиться счетом. Он просто ел свой корм и был счастлив.
"Может, завести собаку?" — подумала Маруся. Собаки хотя бы радуются, когда ты приходишь, и не просят скинуться на прогулку.
А за окном моросил дождь, смывая с асфальта последний снег, похожий на остатки мужского внимания, которое так и не превратилось в настоящую заботу.