Дорогие мои, давайте сегодня поговорим о тех, у кого, казалось бы, всё по полочкам: слава, деньги, всенародное признание. Но за фасадом блестящих побед на корте часто скрываются такие семейные драмы, что диву даёшься. Помните нашу любимую присказку: «в чужой семье не разберёшь»? Так вот, семья Евгения Кафельникова — это готовый сценарий для многосерийной драмы с элементами триллера.
Совсем недавно прославленному теннисисту исполнилось 52. Казалось бы, есть чем гордиться: первый россиянин, выигравший турнир Большого шлема в одиночке, олимпийский чемпион, пятикратный обладатель Кубка Кремля. После тенниса покорил гольф — стал чемпионом страны. Но если копнуть чуть глубже, открываются такие страницы жизни, что многие из нас, простых смертных, только головой покачивают.
Как моя соседка тётя Зина говорит: «Богатые тоже плачут, только слёзы у них купюрами пахнут». Но давайте по порядку.
Из солнечного Сочи в большой спорт
Вы представляете, каково это — в пять лет впервые взять ракетку и уже тогда понять, что мяч тебя слушается? Вот у Жени Кафельникова так и вышло. Папа-волейболист разглядел в сыне редкий талант — «чувство мяча», как говорят тренеры. И отдал мальчишку в секцию тенниса. Уже в семь лет парень числился в Олимпийском резерве.
Надо отдать должное: Кафельников всего добивался сам. После победы на юношеском Кубке мира стажировался в американской академии Ника Боллитьери. А в 17, когда многие пацаны о девчонках думали, он перебрался в Москву. Жил в гостинице, тренировался у Анатолия Лепешина и, как сам позже признавался, в кармане имел всего 200 долларов. И понимал: кроме себя самого, надеяться не на кого. Если выложишься не полностью — тренер скажет «до свидания».
Помните свои первые серьёзные деньги? Вот и Евгений помнит: чувство голода, желание вытащить родителей из нужды — это был лучший допинг. И результат налицо: с 423-го места в мировом рейтинге в 1991-м до шестого в 1995-м. А дальше — «Ролан Гаррос», звание первой ракетки мира, Олимпиада в Сиднее.
Кстати, знаете, что меня всегда поражало в спортсменах такого уровня? График. За год Кафельников участвовал в 160 матчах. Это же почти через день! Неудивительно, что в какой-то момент он приобрёл частный самолёт за 17 миллионов евро. Но не для понтов, как некоторые думают, а для комфорта и экономии времени. Представьте: проиграл где-нибудь в Праге — позвонил, и через пару часов ты уже дома, с дочкой, которая родилась в 1998-м. Время дороже денег.
А в 2003-м, когда победы перестали даваться легко, Евгений честно сказал себе: «Хватит». Вылетел из топ-30 и ушёл. Не скандально, не с истерикой, а достойно. И нашёл себя в гольфе — даже чемпионом России стал. Сейчас он вице-президент Федерации тенниса, член Совета по спорту, заядлый болельщик «Спартака». Вроде бы всё при нём. Но есть темы, которые он до сих пор не любит обсуждать. Это семья.
Первая и единственная: любовь или расчёт?
В 23 года у парня, который жил только теннисом, случилась любовь. Мария Тишкова — модель, красавица. Казалось бы, вот оно, счастье. Но родители Жени отнеслись к невестке настороженно. И причин было две.
Первая: у Марии уже росла дочка от певца Кристиана Рэя. Для консервативной семьи спортсмена это было... ну, скажем так, неожиданно. Вторая причина: вдруг она охотница за деньгами? Тем более что гонорары у Кафельникова уже тогда были космические: за карьеру он заработал почти 24 миллиона долларов.
В общем, семья настояла на брачном договоре. Мария его подписала. И в 1998-м родилась Алеся — общая дочь, которая станет для отца и главной радостью, и главной болью.
Первые годы жили все вместе: Женя, Маша, маленькая Алеся, старшая Диана и родители Кафельникова. Как в коммуналке, только богатой. Муж постоянно на сборах, на турнирах, а жена сидит дома с детьми и свёкрами. Мария позже вспоминала, что отказалась ради мужа от всего: от карьеры в Париже, от учёбы, от друзей. Даже с собственными родителями виделась редко, потому что свекровь со свекром, как только приезжали гости со стороны невестки, тактично удалялись. Объясняли это просто: мол, не знаем, как общаться с глухонемыми. А мама у Марии действительно была с нарушениями слуха.
Ирония судьбы: у спортсмена деньги, слава, самолёт, а невестка вынуждена переписываться с родной матерью по факсу, лишь бы не смущать семью мужа. Дорогие мои, как вам такое?
Когда лопается чаша терпения
Шесть лет Мария терпела. А потом, видимо, накипело. Она решила, что пора жить своим домом, отдельно от родителей мужа. И подала в швейцарский суд на раздельное проживание. Думала, это поможет разъехаться. Но получилось как в той пословице: хотели как лучше, а вышло как всегда.
Евгений воспринял этот шаг как предательство. И сам подал на развод. Причём с требованием оставить обеих дочерей — и Алесю, и Диану — с ним. Мотивировал тем, что Мария попала в запрещённую секту и дурно влияет на детей. Вылил столько грязи, что до сих пор отмыться не могут.
Мария же рассказывала другую версию: мол, Женя стал пропадать на тусовках, особенно в Риге, а когда она пыталась выяснить отношения, он то отрицал, то намекал, что у него есть другие женщины. А однажды и вовсе заявил: «Ты рогоносица». Представляете?
Кстати, о ночной жизни. В те годы СМИ активно обсуждали, что теннисист ведёт разгульный образ жизни, но он это никак не комментировал. Зато позже, когда речь заходила о дочери, всегда подчёркивал: «Я хотел, чтобы у неё было лучшее».
Цена опеки: два миллиона долларов?
Развод был громким. Марии с трудом удалось оставить себе старшую Диану. А вот за Алесю разгорелась настоящая битва. Поговаривали, что Кафельников выплатил бывшей жене отступные в размере двух миллионов долларов — чтобы та оставила попытки бороться за опеку над младшей дочерью. Официально эти цифры никто не подтвердил, но молва упорно твердит именно так.
И началась новая жизнь. Девочка жила с отцом и его родителями. Мать появлялась в её жизни эпизодически, и отношения эти были, мягко говоря, неровными. То Алеся называла маму лучшей подругой, то заявляла, что они практически не общаются. Знакомая картина, правда? Дети разведённых родителей часто мечутся между двумя огнями.
Отец-перфекционист и бунтующая дочь
До седьмого класса Алеся была папиной дочкой. Но переходный возраст всё расставил по местам. Девочка попала в «плохую компанию», начала дерзить, пропадать неизвестно где. Евгений, привыкший к дисциплине и порядку, пытался жёстко контролировать дочь.
Самое страшное, что Алеся рассказывала потом в интервью. В 14-15 лет за ней следили: читали переписки, проверяли телефоны, психологически давили. Однажды ссора зашла так далеко, что отец закрыл её в комнате. А у девочки клаустрофобия. «Он начал мочить меня словесно, говорил: почему ты не можешь быть нормальной? Мне хотелось выпрыгнуть из тела, — вспоминала Алеся. — Я выбила сетку на окне и хотела шагнуть вниз, но папа успел схватить за волосы».
Дорогие мои, когда читаешь такое, сердце кровью обливается. С одной стороны, отец, который боится за ребёнка, хочет уберечь от ошибок. С другой — подросток, который чувствует себя в клетке. Итог: побеги из дома, наркотики, анорексия.
Алеся уехала учиться в Лондон, там впервые попробовала запрещённые вещества. Потом были болезненные отношения с молодым человеком по имени Никита, который ей изменял. Расставание подтолкнуло к ещё большему употреблению. Девушка худела, резала вены, пила.
А тут ещё и роман с рэпером Pharaoh.
Pharaoh и Алеся: любовь на фоне зависимости
Глеб Голубин, он же Pharaoh, — фигура в российском хип-хопе культовая. Сын бывшего гендиректора «Динамо», сам с детства занимался футболом, но понял, что это не его. Поступил на журфак МГУ, съездил в США, проникся хип-хоп культурой и начал штамповать хиты. «Ничего не изменилось», «Black Siemens» — эти треки знала вся молодёжь. Его называли голосом поколения и лидером клауд-рэпа.
Алеся сама написала Глебу в соцсетях. Он поначалу даже не знал, что она дочка того самого Кафельникова. Завязался роман. И всё бы ничего, но у девушки уже были проблемы с запрещёнными веществами, о которых Глеб не подозревал.
В 2017 году Евгений Кафельников заподозрил неладное и решил проверить дочь на наркотики. Тест оказался положительным. И тут же последовало классическое родительское: «Это всё твой рэпер виноват!» Хотя сама Алеся позже признавалась: Глеб никогда при ней не матерился, не употреблял и даже не знал, что она это делает. Она сбегала на вечеринки или к друзьям, пока его не было дома.
Евгений поставил ультиматум: либо я, либо он. Алеся выбрала Глеба и съехалась с ним. Но долго это продолжаться не могло. Девушка срывалась, не контролировала себя. Однажды, когда рэпер вернулся домой, он застал её в таком состоянии, что понял: дальше так нельзя. Он позвонил Кафельникову-старшему и сказал: «Заберите её, она себя не контролирует».
Дальше была скорая, больница, зашивание рук без анестезии. Алеся вспоминала, что даже в тот момент, когда ей зашивали раны, она испытывала странный кайф. Это было дно.
Глеб написал трек «Ангел», посвящённый Алесе, а потом, когда всё окончательно рухнуло, — «Не по пути». Там есть строки: «Из-за таких, как ты, Алесь, я хочу выше лезть». Имя бывшей девушки стало нарицательным, а позже он заменил его в тексте на «Коляна» — то ли из деликатности, то ли из презрения.
Реабилитация, диагноз и новая жизнь
После разрыва с Pharaoh Алесе поставили диагноз: биполярное аффективное расстройство. И отправили на реабилитацию. Лечение помогло. Девушка вернулась на подиум, начала строить карьеру модели, но главное — наладила отношения с отцом.
Евгений, глядя на внучку, которую родила Алеся в 2021-м, видимо, пересмотрел свои взгляды. Стал мягче. Сама Алеся говорит: «Я за свою лялечку тоже переживаю. Папа как дед хорошо себя проявляет, как отец тоже меняется. Он не говорит, но мне кажется, о многом жалеет».
А ещё она вышла замуж за Георгия Петришина, бывшего жениха Светланы Ходченковой. И родила дочку Киару. Теперь у неё своя семья, и прошлое потихоньку отпускает. Про бывшего возлюбленного она говорит философски: «Мне не о чем общаться с человеком, который перестаёт развиваться. Мне нужно к чему-то стремиться. Именно такого мужа я вижу рядом».
Pharaoh теперь: новая любовь и свадьба
Глеб тоже не стоял на месте. После расставания с Алесей его подозревали в романе с моделью Викторией Перушевой, но официально ничего не подтверждалось. Зато в 2023 году грянула новость: Pharaoh женился на финалистке «Битвы экстрасенсов» Соне Егоровой.
Соня старше его на шесть лет, занимается эзотерикой, участвует в шоу. Познакомились случайно, и, по словам Глеба, это была судьба. Свадьбу сыграли в Москве, в историческом русском ресторане, только для близких. Сам рэпер признаётся: «Семья, жена — моя гавань. Благодаря жене я наконец узнал, как должно быть между мужчиной и женщиной. Все, кто были до, — спасибо им за опыт».
Алеся, узнав о свадьбе, не удержалась от колкости в соцсетях. Написала что-то вроде: «Если ты встречаешься с моим бывшим, не проявляй ко мне неуважение, а то я могу положить конец вашим отношениям, просто сказав, что скучаю». Но Соня предпочла не отвечать. Умная женщина, понимает: прошлое должно оставаться в прошлом.
Сейчас поговаривают, что Соня беременна. На концертах мужа она появляется с округлившимся животиком, но официальных подтверждений пока нет.
А что же Евгений Кафельников?
Личная жизнь первой ракетки до сих пор не устроена. После развода у него были романы — в 2018-м СМИ писали о молодой стюардессе по имени Алеся (совпадение?), но сам спортсмен это никак не комментировал.
С Марией Тишковой они пробовали воссоединиться. В 2007-м появились вместе на светском мероприятии, в 2015-м Алеся даже объявила, что родители съехались. Но спустя год Евгений охладил пыл: «Мы уже чужие люди. У меня нет девушки. Надеюсь, что найду. Хочется ещё детей, сына».
Но пока, судя по всему, не нашёл. Живёт один, с кошками, как его коллега Марат Сафин. Только Марат вроде бы холостяком быть доволен, а Кафельников, похоже, всё ещё ищет ту единственную. Да и непросто, наверное, с таким-то багажом.
Вместо послесловия
Дорогие мои, вот такая она, изнанка славы. Вроде и деньги есть, и имя, а счастье в личной жизни как сквозь пальцы утекает. Евгений Кафельников — великий спортсмен, это бесспорно. Но какой ценой дались ему победы? Сломанные отношения с женой, годы вражды с дочерью, попытка самоубийства ребёнка — разве это не слишком высокая плата?
Конечно, кто мы такие, чтобы судить? У каждой семьи свои скелеты в шкафу. Но когда публичные люди делятся (или вынуждены делиться) такими историями, лишний раз задумываешься: а что важнее? Кубки и медали или тихий вечер с близкими?
Как моя бабушка говорила: «Слава приходит и уходит, а семья остаётся. Если, конечно, ты её не потерял». Хочется верить, что Евгений и Алеся всё-таки обрели друг друга, пусть и через тернии. И что у каждой из сторон этой драмы впереди будет больше радости, чем слёз.
А вы как думаете, можно ли совместить большую карьеру и крепкую семью? Или это удел каких-то особенных людей, у которых и там, и там получается? Делитесь своими мыслями в комментариях, мои хорошие. Нам есть о чём поговорить.