Здравствуйте, друзья! Знаете, иногда так бывает: был человек на гребне волны, вся страна знала его песни наизусть, а потом — словно ветром сдуло. Пропадает, растворяется в воздухе, и только старые видеозаписи напоминают о том, как когда-то ярко горела звезда. История Сергея Крылова — она именно об этом.
О головокружительном взлете, о большой любви, о предательстве и о том, как, потеряв почти всё, можно найти себя заново. Только уже совсем в другой жизни.
От молчания до первых аплодисментов: тульское детство
Родился Сергей в обычной тульской семье, в те годы, когда страна потихоньку отходила от войны и начинала верить в светлое будущее. Рос мальчишкой, ничем особо не примечательным, если бы не одна деталь, которую родные потом вспоминали с улыбкой и легким недоумением.
До трех лет маленький Сережа упорно молчал. Не то чтобы он был замкнутым или нелюдимым — просто не разговаривал, и всё тут. Бабушка, души в нем не чаявшая, уже начала всерьез переживать: а всё ли в порядке с внуком? Водила по врачам, прислушивалась к каждому его звуку. Но мальчик упрямо хранил молчание, будто копил слова, чтобы потом выдать их разом.
И вот однажды утром он подошел к бабушке на кухню, посмотрел серьезными глазами и четко, без запинки произнес: «Бабушка, пожарь яичницу. Я есть хочу».
Представляете реакцию? Не «дай», не «хочу кушать», а полноценная, осознанная просьба. Бабушка тогда и расплакалась, и рассмеялась одновременно. Все тревоги разом улетучились: с головой у внука полный порядок, просто человек такой — пока не созреет, слова на ветер не бросает.
Эта черта — основательность, неторопливость — осталась с ним навсегда. Даже когда позже он выходил на сцену, казалось, что он не играет роль, а просто живет в тех песнях, которые поет. И публика это чувствовала.
В школе Сергей рос упитанным мальчиком, любил покушать вкусно и плотно. Но странное дело — одноклассники его не дразнили. Не потому что времена были другими, а потому что в нем с детства чувствовалась какая-то внутренняя сила, что ли. Он не давал себя в обиду, но и сам не лез в драку. Мог рассмешить компанию, придумать что-то интересное, увлечь за собой. Обаяние у него было природное, не наигранное.
В музыкальную школу пошел почти добровольно — мама с бабушкой хотели, чтобы ребенок развивался, да и самому нравилось подбирать мелодии на стареньком пианино. Потом в руки попала гитара — и понеслось. Подростком уже сочинял первые песенки, стеснялся их показывать, но в компании друзей мог спеть под аккомпанемент. Девчонки, конечно, сразу влюблялись.
Москва слезам не верит: как парень из Тулы покорил столицу
После школы Сергей уехал в Ярославль, поступил в театральный институт. Там он впервые по-настоящему почувствовал сцену, запах кулис, дрожь перед выходом к зрителю. Но Ярославль для такого масштаба, как у него, быстро стал тесен.
Середина восьмидесятых. Москва встречала провинциалов жестко, но Крылова это не смущало. Он устроился на студию «Рекорд» — тогда это была одна из тех точек, где варилась будущая эстрада. Парень из Тулы быстро показал, что умеет не только петь, но и работать. Хватка у него оказалась железная.
Первый альбом «Иллюзия жизни» выстрелил неожиданно громко. Песни Крылова зазвучали по радио, потом появилось телевидение. «Утренняя почта» — легендарная программа, которую смотрела вся страна, — стала для него окном в большой мир.
Я помню рассказы своей тетки, которая в те годы работала на телевидении. Она говорила: «Выходит этот Крылов в кадр — и все, пропал экран. Не оторваться. Он не поет, он живет в кадре. Движется, улыбается, с залом разговаривает — и все это так легко, будто не на съемках, а во дворе с друзьями сидит».
Композиции «Девочка моя» и «Осень — золотые листопады» ушли в народ. Их напевали в электричках, под гитару в компаниях, включали на танцах в ДК. Крылов стал узнаваем, его приглашали на сборные концерты, потом пошли сольные выступления.
В девяностые он был везде. Дружил с Александром Барыкиным, с Владимиром Кузьминым, тусовался с музыкантами «Белого орла». Гастроли, перелеты, гостиницы, съемки — карусель крутилась без остановки. Казалось, так будет всегда.
Личная жизнь: поиски счастья на разрыв
Но за кулисами, вдали от софитов, жизнь Крылова была далека от праздника. С личным счастьем как-то не складывалось. То ли характер такой, что ужиться с ним непросто, то ли судьба испытывала.
Первая жена, Лариса Макарова, продержалась рядом всего полтора года. Родилась дочка Каролина — красивое, звучное имя, которое Сергей выбрал сам. Но ребенок не спас брак. Молодые разбежались, и как это часто бывает, девочка осталась с матерью. Отношения с дочерью у Крылья не сложились совсем. Сначала редкие встречи, потом перезвоны по праздникам, а потом и вовсе тишина. Каролина выросла, по сути, без отца. Обида, наверное, осталась на всю жизнь, да и у него — чувство вины, которое ничем не загладить.
Второй брак оказался куда сложнее и запутаннее. Любовь Дубовик — женщина, которая прошла с ним через огонь, воду и медные трубы. Они сходились и расходились, ссорились до хлопанья дверьми и мирились так, что соседи вздыхали с улыбкой.
Любовь терпела многое. И его тяжелый характер, и вечные гастроли, и поклонниц, которые вешались на шею. Были в их отношениях периоды, когда они месяцами, а то и годами не общались. Но каждый раз судьба сводила их снова.
А потом в жизни Сергея появилась Елена Венгржановская. Красивая, статная, деловая — она стала его концертным директором. На гастролях они были неразлучны. Елена представлялась женой, и никто не сомневался — пара есть пара. Длился этот роман, по разным меркам, около восьми лет. Целая эпоха.
Елена взяла на себя все организационные вопросы, вытаскивала сложные концерты, договаривалась, решала конфликты. Казалось, вот оно — идеальное партнерство. И творческое, и личное.
Но, видно, счастье не было прописано в сценарии. На одних из гастролей Елена познакомилась с Александром Асташенком. И всё, что строилось годами, рухнуло в одночасье. Она ушла. Без скандалов, без выяснений отношений — просто выбрала другого.
Точка невозврата: когда рухнуло всё сразу
Для Сергея это стало страшным ударом. Он, привыкший, что женщины его любят, что он — центр внимания, оказался брошенным. Да еще и при таких обстоятельствах. Уход Елены совпал по времени с другим, еще более тяжелым событием.
В 2004 году трагически погибли его мама и отчим.
Здесь вообще сложно подобрать слова. Потерять родителей — это всегда горе. А потерять так, внезапно, когда не успел сказать главного, когда планы на будущее рассыпаются в пыль, — это ломает даже самых сильных.
Крылов замкнулся. Перестал выходить на связь, отменил концерты, ушел в тень. Друзья пытались до него достучаться, но он словно возвел стену. Алкоголь тогда стал если не другом, то утешителем точно. Организм молодой, здоровье вроде крепкое, но водка делала свое дело незаметно.
В шоу-бизнесе забывают быстро. Пока ты светишься на экранах, пока даешь концерты — ты звезда. Исчез на полгода-год — и всё, место занято новыми молодыми лицами. Девяностые закончились, пришли двухтысячные, эстрада менялась, и Крылов в этой новой картине места уже не находил.
Были попытки вернуться, запустить новые проекты, но былой искры уже не получалось. Публика — существо капризное: она хочет новых героев.
Возвращение к корням: прощение и гостевой брак
И вот тут случилось то, чего многие не ждали. Когда Крылов оказался на самом дне, когда казалось, что всё потеряно, — к нему вернулась Любовь. Буквально с большой буквы — его жена Любовь Дубовик.
Она пришла не с упреками, не с победным видом «я же говорила». Просто пришла и осталась. Помогала выбраться из ямы, лечила, кормила, разговаривала. Говорят, настоящая любовь познается не в моменты счастья, а в дни, когда от тебя отворачиваются все. Так и здесь.
Сергей смог завязать с алкоголем. Не сразу, трудно, со срывами, но смог. Он понял, что второй такой попытки судьба может и не дать. И что семья — это не те люди, которые хлопают на концертах, а та, которая ждет дома, даже когда ты приползаешь на брюхе.
Но годы берут свое. Их отношения с Любовью постепенно трансформировались. Жена с сыном Ярославом уехала в Америку. Не потому что сбежала, а потому что жизнь сложилась. У Ярослава там учеба, перспективы, да и сама Любовь нашла себя в новой стране.
Сергей же остался в России. Но и в Москве не задержался — выбрал Сочи. Море, горы, мягкий климат — здесь дышится легче, и суета столичная не давит на психику. Так у них сложился гостевой брак: живут раздельно, но связь держат. Видятся, когда получается, созваниваются, поддерживают. Ярослав приезжает к отцу, Сергей летает в Америку.
Удивительно, но такая форма отношений, которая многим кажется странной, для них оказалась спасительной. Каждый имеет свое пространство, но при этом они остаются семьей.
Перезагрузка: минус 40 килограммов и новая жизнь
В Сочи Крылов занялся собой всерьез. Лишний вес к тому времени стал не просто эстетической проблемой, а настоящей угрозой здоровью. Сердце шалило, давление, одышка. Врачи сказали прямо: или меняешь образ жизни, или последствия будут необратимы.
И он взялся. Начал с питания — убрал всё жареное, мучное, сладкое. Перешел на легкие супы, рыбу, овощи. Но главным оружием стала ходьба. Каждый день, в любую погоду, он выходил на набережную и шел. Сначала километр, потом три, потом пять.
Сейчас он проходит до 12 километров в день. Представляете? 12 километров пешком. Для человека за шестьдесят, который когда-то весил далеко за сотню, это настоящий подвиг.
Результат не заставил себя ждать: минус 40 килограммов. Сорок! Это же целый мешок картошки, который он носил на себе и сбросил. Знакомые, которые не видели его пару лет, просто не узнают при встрече.
Крылов похудел, посвежел, в глазах появился тот самый блеск, который был в молодости. Он шутит, что теперь влезает в костюмы, которые носил в двадцать пять. И в этой шутке — огромная работа над собой.
Творчество без стадионов: чем живет артист сегодня
Конечно, о былых масштабах речь уже не идет. Стадионы и Дворцы спорта остались в девяностых. Сегодня Крылов выступает на корпоративах, на частных вечеринках, иногда дает небольшие концерты для тех, кто помнит и любит.
Но, знаете, глядя на него сейчас, не чувствуется горечи неудачника. Он не ноет, не жалуется на судьбу, не ругает продюсеров и телевидение. Он просто делает свое дело. Пишет стихи, сочиняет музыку. Говорит, что творчество — это не про славу, а про состояние души. И когда внутри рождается строка или мелодия, возраст и количество зрителей уже не имеют значения.
Сын Ярослав пошел в отца — тоже творческий, тоже ищет себя. Кто знает, может, через пару лет мы увидим новую фамилию Крылов на афишах. Сергей говорит, что не давит на сына, не тащит насильно на сцену. Пусть сам выбирает.
Горькие уроки: что осталось за кадром
В биографии Крылова много темных пятен, о которых он сам не любит вспоминать. Отношения с первой дочерью так и не наладились. Каролина выросла, у нее своя жизнь, и отца в этой жизни нет. Обида детства — она самая глубокая, самая въедливая. Иногда кажется, что время лечит, но с такими ранами оно справляется плохо.
Елена Венгржановская, ушедшая к Асташенку, тоже осталась в прошлом. Говорят, что Сергей долго не мог принять этот удар. Не столько даже из-за любви, сколько из-за самолюбия. Его, кумира, променяли на другого. Но и это пережил.
Друзья, которые остались, — штучный товар. Барыкин ушел из жизни, с Кузьминым дороги разошлись. В Сочи у Крылова небольшой круг, но это свои люди, проверенные.
Море, тишина и свобода
Сегодняшний день Сергея Крылова — это море, прогулки, работа над стихами и редкие концерты. Он встает рано, любит встречать рассвет на пустынном пляже. Говорит, что в такие моменты приходят самые лучшие строки.
С женой они общаются по видеосвязи, обсуждают сына, делятся новостями. Любовь по-прежнему остается для него главным человеком, хотя и живет за океаном. Гостевой брак — звучит странно, но работает.
Иногда он приезжает в Москву по делам. Гуляет по старым местам, заходит в студии, где когда-то записывал первые хиты. Многое изменилось, людей почти не осталось знакомых. Но ностальгии он не поддается. Говорит, что жить прошлым — удел слабых.
Взгляд в будущее
Мне кажется, история Крылова — это история про то, как важно вовремя остановиться и понять, что на самом деле ценно. Когда-то он гнался за славой, за зрителями, за деньгами. Потом потерял всё и чуть не погиб. Но нашел в себе силы подняться.
Сегодня он не суперзвезда, о нем редко пишут в новостях. Но он есть. Он пишет музыку, он дышит морем, он знает, что его где-то ждут. Пусть только два человека — жена и сын, но это настоящие люди, а не толпа поклонников.
Крылов похудел на 40 килограммов, победил зависимость, нашел новый формат семьи и творчества. За это можно только уважать. Ведь, согласитесь, куда легче лежать на диване и жалеть себя, чем каждый день выходить на набережную и шагать свои 12 километров. В прямом и переносном смысле.
И, наверное, дело не в килограммах и не в километрах. Дело в том, что человек наконец-то перестал доказывать что-то миру и начал жить для себя и для тех, кто ему дорог. А это, пожалуй, и есть та самая настоящая, не показная мудрость, которая приходит только с годами и только через испытания.
А вы как думаете, можно ли считать судьбу артиста, потерявшего былую славу, но нашедшего себя в тишине, — счастливой? Или счастье возможно только когда на тебя смотрят тысячи глаз?