Найти в Дзене

Как я портрет будущей жены рисовал, а попал на субботник к Нагорновой. Или хроники одной сессии, бабы Нюры

Или хроники одной сессии, бабы Нюры и великого нейросетевого переполоха. Психолог — она, знаете ли, как сапер: ошибается один раз, а потом пациент ходит и думает, не пора ли ему в монастырь или, наоборот, в Кащенко. Мою, допустим, зовут Инна Аркадьевна. Дама серьёзная, с прищуром, сразу видит, где у меня тонко, а где уже просто нитка сгнила. Сидим мы с ней на очередном сеансе, я ей про Наташку из две тысячи пятого вспоминаю, про Оксанку из две тысячи десятого, а она вдруг как стукнет ладонью по столу. — Всё, Максимыч, — говорит. — Застрял ты. Как троллейбус в сугробе. Так и помрёшь в тоске по бывшим, перебирая старые смс-ки. Вот тебе задание: придёшь домой, возьмёшь блокнот и нарисуешь словесный портрет той, с которой тебе не страшно будет состариться. Которая тебя вдохновляет, а не тормозит. Ну, думаю, ладно. Попытка не пытка. Прихожу к себе в холостяцкую берлогу, открываю ноутбук, беру ручку. Ну, чтобы серьёзность процесса подчеркнуть. И начал фантазировать. Первым делом, конечно, вн

Как я портрет будущей жены рисовал, а попал на субботник к Нагорновой

Или хроники одной сессии, бабы Нюры и великого нейросетевого переполоха.

Психолог — она, знаете ли, как сапер: ошибается один раз, а потом пациент ходит и думает, не пора ли ему в монастырь или, наоборот, в Кащенко. Мою, допустим, зовут Инна Аркадьевна. Дама серьёзная, с прищуром, сразу видит, где у меня тонко, а где уже просто нитка сгнила. Сидим мы с ней на очередном сеансе, я ей про Наташку из две тысячи пятого вспоминаю, про Оксанку из две тысячи десятого, а она вдруг как стукнет ладонью по столу.

— Всё, Максимыч, — говорит. — Застрял ты. Как троллейбус в сугробе. Так и помрёшь в тоске по бывшим, перебирая старые смс-ки. Вот тебе задание: придёшь домой, возьмёшь блокнот и нарисуешь словесный портрет той, с которой тебе не страшно будет состариться. Которая тебя вдохновляет, а не тормозит.

Ну, думаю, ладно. Попытка не пытка. Прихожу к себе в холостяцкую берлогу, открываю ноутбук, беру ручку. Ну, чтобы серьёзность процесса подчеркнуть. И начал фантазировать.

Первым делом, конечно, внешность. Тут я человек простой, но со вкусом. Люблю, знаете, такую естественную красоту. Чтобы без вот этого вот тонны штукатурки на лице. Чтоб умная была, как моя любимая преподавательница по высшей математике, Стелла Арнольдовна, но при этом красивая… Ну как этикетка на моем любимом напитке — «Архангельская». Там же северное сияние, олени, чистота. Вот и она такая: чистая, северная, но с искоркой в глазах, от которой внутри теплеет.

Дальше я решил, что внешность внешностью, а главное — это внутренний мир. Хотел сначала написать про Тургеневскую девушку, чтоб сидела на скамейке с томиком Достоевского между колен, смотрела вдаль и вздыхала о вечном. Но потом как представил эту картину, так меня аж передёрнуло. Понял, что это каменный век, восемнадцатый год до нашей эры. Современной девушке с Достоевским делать нечего, ей с ноутбуком управляться надо.

Переписал всё начисто. И вышло у меня требование: «Шарит в ноутбуке, в «ЛМ-студии» (это где нейросети наших русских ребят) и в Джипитихе. Знает наизусть цитаты из промтов Наташи Нагорновой. И, самое главное, умеет обходить ограничения нейросетей, когда надо нарисовать дикпики. Ну а что? А вдруг я ей захочу сюрприз сделать? А она мне поможет, чтоб цензура не забанила. Красота же!

Тут я так вошел в раж, так расписал её характер, что даже слюной блокнот намочил. Представил, как мы с ней вместе промты пишем, как обсуждаем новости из мира искусственного интеллекта, как учимся зарабатывать с помощью нейросетей… Идиллия, да и только.

И в этот самый сладкий момент, когда моя воображаемая жена уже собиралась наливать мне чай и показывать свежий сгенерированный шедевр, дверь моя распахнулась без стука. На пороге стояла баба Нюра с нижнего этажа. В халате, тапках и с планшетом наперевес.

— Максимыч, — говорит, — ты ж у нас компьютерный гений. Проведи мне пробное бесплатное занятие по нейросетям. А то все вокруг шумят, а я старая, ничего не понимаю.

Ну как откажешь? Посадил я бабу Нюру за комп, начал объяснять, как в Midjourney промты писать. Показал пару приёмов, про negative prompts рассказал. Баба Нюра кивала, кивала, записывала что-то в свою старенькую тетрадочку. А на следующее утро я просыпаюсь, выхожу во двор, а там… Цирк.

Оказывается, моя «ученица» не просто записала мои авторские наработки, она их переосмыслила на своём, бабкином, уровне и открыла кружок под названием «Нейробабушки в сети». Собрала всех пенсионерок района в беседке, развесила объявления и теперь вещает.

Подхожу ближе, слышу её голос: «Главное, девки, в нейросетях — это везде вставлять фразу «это не просто» и добавлять то, что видишь вокруг. Вот смотрите: пенсия — это не просто пенсия, а дворник во дворе, снег и помидорки! Записываем промт: фотореализм, дворник метет снег, на заднем плане балкон с помидорами, стиль — суровый челябинский реализм».

Бабки сидят, глаза по пять копеек, записывают. Потом одна робко спрашивает: «А как кота своего в стиле аниме нарисовать?» — «А это, — говорит баба Нюра, — надо писать: кот — это не просто кот, а самурай, бандит и писька. Вот так нейросеть и поймёт всю глубину образа!».

Короче, бабки после этих курсов ходили как обкуренные. Генерировали помидоры в космосе, дворников в образе римских императоров и котов с человеческими глазами. Кто-то из соседей стукнул участковому. Мол, в беседке секта, распространяют странные брошюрки, людей зомбируют.

Участковый пришел, проверил, а у бабы Нюры в тумбочке нашел запретную литературу — брошюрки Натальи Нагорновой по промптингу. Ну, думаю, всё, посадят бабушку за распространение экстремистских знаний. Ан нет. Забрал участковый эти брошюрки, ушел к себе в опорный пункт, и сидит там теперь. Проходя мимо, слышу — хихикает сам с собой. Наверное, тоже что-то понял про Вселенную. Про то, как всё на самом деле устроено. А что? РКН «пропиарил» ВПН, как говорит сама Наташа, и теперь любой запретный плод сладок. Даже брошюрка с настройками нейросети превращается в артефакт, от которого ум заходит за разум.

И вот сижу я вечером, смотрю на свой недописанный портрет идеальной женщины, на смс-ку от бабы Нюры с просьбой скинуть ссылку на «какой-то субботник», и думаю: а ведь психолог-то была права. Застрял я на бывших. А жизнь-то она вот она — кипит. Соседка баба Нюра осваивает искусственный интеллект и учит бабушек превращать реальность в сюрреализм. Участковый познаёт дзен через запретные плоды Нагорновой. А Наташа тем временем анонсирует очередной субботник на тему «РКН блочит ТГ: 9 альтернатив! Куда валить и где взять деньги».

Я открыл ссылку. Там написано: «Будет передоз пользы», а ещё спойлер от Стаса Шульгина про пять ассистентов по деньгам и смыслам. И до меня дошло.

Моя идеальная женщина, наверное, сейчас именно там. На этом субботнике. Сидит в зуме, слушает про то, как обходить блокировки и делать деньги на нейросетях. И в перерыве, может быть, думает о том, как хорошо было бы вечером обсудить всё это с каким-нибудь Максимычем, который не киснет над бывшими, а генерит промты и мечтает о «северном сиянии» в глазах.

Так что спасибо тебе, Наташа Нагорнова. Спасибо, что делаешь этот мир смешнее и обхохочистее. Спасибо за то, что вокруг твоих идей собирается столько чудаков, от бабы Нюры до участкового. И спасибо за ссылки. Пойду-ка я на субботник. Вдруг и правда там судьбу встречу. А блокнот с портретом возьму с собой. Вдруг автограф попросит?