Представьте: вы совершили преступление, вас судят и приговаривают к тюремному сроку. И вместо нары с клопами, злых конвоиров и баланды вы попадаете... на остров с солярием, горнолыжными трассами и звукозаписывающей студией. Где охранники не носят оружие, а едят с вами за одним столом. Где вы сами управляете паромом, пашете землю и пишете музыку. Где вместо решёток — берёзовая роща и вид на море. Знакомая картина? Для норвежских заключённых это реальность. И сегодня «NEXT» разбирается, почему страна фьордов решила, что с преступниками лучше дружить, чем их наказывать. Спойлер: это работает, причём ещё как.
Халден: тюрьма, где хочется остаться
Глухие норвежские леса, сотня километров от Осло. Здесь, за высокой бетонной стеной, прячется одно из самых необычных мест на планете — тюрьма Халден. Второе по величине исправительное учреждение строгого режима в Норвегии. Здесь сидят наркоторговцы, насильники, убийцы. Около 250 человек. И если вы думаете, что они грызут гранит и ненавидят весь свет, вы ошибаетесь.
У каждого — своя комната. С подогревом полов, телевизором с плоским экраном и личной ванной. На этажах — общие кухни с фарфоровой посудой и настоящими ножами из нержавейки: хочешь — готовь сам, не хочешь — питайся в столовой. Есть библиотека, стена для скалолазания и, внимание, профессиональная звукозаписывающая студия. Заключённые здесь выпускают альбомы под собственным лейблом Criminal Records. Трое уже успели засветиться в норвежской версии шоу «Идол». А сейчас, говорят, работают над первым тюремным мюзиклом.
Охранники в Халдене не носят оружие. Вообще. Даже дубинки — редкость. «Мы разговариваем с этими парнями, — объясняет один из сотрудников. — Это и есть наше оружие». И это не фигура речи: здесь действительно верят, что диалог и уважение работают лучше страха и насилия.
Бастёй: остров, где преступники становятся фермерами
Но Халден — это ещё цветочки. Всего в часе езды от него находится живописный остров Бастёй. Сюда переводят тех, кому до освобождения осталось немного. И это место — настоящий райский уголок.
Заключённые и охранники вместе жарят гамбургеры, плавают, загорают. Охрана не носит форму, отличить персонал от зеков на фотографиях почти невозможно. На острове есть кинотеатр, солярий, две горнолыжные трассы и собственная церковь. Здешняя музыкальная группа Bastøy Blues Band как-то разогревала на концерте самих ZZ Top. Легендарных техасских рокеров, да.
Но не думайте, что это курорт с полным релаксом. Работать здесь приходится много: пахать землю, сажать овощи, собирать урожай, колоть дрова, мастерить мебель, готовить еду. Четверть всего, что едят обитатели острова, выращено здесь же. Некоторые ездят на работу на материк — на пароме, которым управляют... правильно, заключённые. И да, в хозяйстве полно ножей, молотков и даже бензопил. Всё в открытом доступе. Даже у тех, кто сидит за убийство. Безумие? Норвежцы так не считают.
Принцип нормальности: почему это работает
Философия норвежской пенитенциарной системы проста: тюрьма должна готовить человека к нормальной жизни. Здесь действует так называемый «принцип нормальности» — условия заключения должны максимально походить на условия снаружи. Потому что больше 90% зеков сидят меньше года и рано или поздно выйдут к нам — в соседи, на работу, в магазин.
«Если относишься к людям как к дерьму, они и ведут себя как дерьмо, — объясняет начальник Бастёя Том Эберхардт. — Но отнеситесь к ним как к человеческим существам — и они станут вести себя по-человечески».
Вместо статичной безопасности (решетки, проволока, камеры) здесь делают ставку на безопасность динамичную: охранники общаются с заключёнными, знают их проблемы, предотвращают конфликты на ранней стадии. Всё, как в хорошей семье. И это работает: драк почти нет. Если возникает ссора, стороны обязаны сесть за стол переговоров и не встанут, пока не пожмут друг другу руки.
Цифры не врут
Звучит как наивная сказка, да? Но давайте обратимся к статистике. В 2018 году группа норвежских и американских экономистов провела исследование и выяснила: уровень рецидивизма среди выпускников таких тюрем, как Халден и Бастёй, почти на 50% ниже, чем среди тех, кто отбывал наказание в виде общественных работ или штрафа. На 50%, Карл!
Это значит, что на каждый вынесенный сегодня приговор в будущем совершается на 11 преступлений меньше. У бывших зеков на 40% выше шансы найти работу. В целом по Норвегии уровень рецидивизма — около 20%. В США — 60% (возвращаются в тюрьму в течение двух лет). На Бастёе этот показатель — 16%, что делает остров одним из самых эффективных исправительных учреждений Европы, если не мира.
А деньги? Это же безумно дорого!
Да, содержать одного заключённого в Норвегии стоит в среднем 60 тысяч долларов в год — почти вдвое больше, чем в США. Но давайте посчитаем до конца. Из-за низкого рецидивизма правоохранительная система экономит на каждом бывшем зеке около 71 тысячи долларов. Бывшие преступники находят работу, платят налоги и не сидят на пособиях — это плюс ещё 67 тысяч. И главное — сокращается число жертв преступлений, а это вообще бесценно.
Итог: даже по самым скромным подсчётам, норвежская система окупается более чем в два раза. Это не наивная «социалистическая аберрация», как любят говорить скептики. Это просто более эффективный, гуманный и экономически выгодный подход.
Американцы уже заинтересовались опытом коллег. Чиновники из Северной Дакоты съездили на экскурсию в Норвегию и теперь пытаются внедрить норвежскую модель у себя. В тюрьме «Ферма» в Бисмарке зэки уже проводят поэтические вечера, жарят барбекю и играют в софтбол с охраной.
Так может, и правда стоит попробовать относиться к людям по-человечески? Даже если они оступились. А вы как думаете — сработает такой подход в России? Или наши «суровые реалии» требуют суровых мер? Делитесь мнением в комментариях, нам правда важно знать вашу позицию. И подписывайтесь на канал, чтобы вместе разбираться в самых неоднозначных явлениях этого мира. Ваш лайк — наш пропуск в любые двери.