Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
С вершины холма открывалась страшная панорама боя. В грохоте разрывов минометных мин теперь отчетливо слышался тяжелый, глухой рокот десятков пулеметов, ведущих плотный огонь по долине. Андрей, вернув Авроре пустую кружку от американской фляги, поднялся и направился к самому краю, откуда лучше просматривалось поле сражения. Среди камней, вытянувшись на земле и лениво покусывая травинку, за происходящим наблюдал Уин. Над долиной висела мутная пелена пыли, словно сама природа пыталась скрыть ужас, творящийся внизу.
Широкой цепью, короткими перебежками, от подножия холмов к изломанной, изрытой воронками линии окопов двигались коммандос в темно-синей с черными разводами форме. Где-то на холмах продолжали ритмично хлопать минометы противника, и теперь разрывы их мин легли далеко за третьей линией обороны, перепахивая позиции, с которых совсем недавно вели огонь сандинисты. Пулеметы, захлебываясь в своей ярости, поливали свинцом первую и вторую линию окопов, заставляя песок на брустверах плясать в диком танце.
В окопах первой линии наконец-то началось движение — показалась одна голова, затем другая, третья. Милисианос, пригибаясь, спешно занимали свои места. Одиночный выстрел потонул в общем грохоте, но достиг цели: один из коммандос споткнулся и замертво рухнул в выжженную траву. Почти сразу же грянул дружный залп из окопов, уложивший на землю еще десяток нападавших. Остальные, вместо того чтобы продолжать атаку, открыли беспорядочную, неприцельную стрельбу, больше создавая шум, чем нанося вред обороняющимся.
От холмов отделилась вторая волна. Перебегая, они приближались к окопам. Минометы перенесли огонь дальше, вглубь обороны, и теперь осколки рвали тонкие дощатые стены окраинных домов, пробивали соломенные крыши. Одна из хижин вспыхнула ярко, как свеча, и густой черный дым вертикально устремился в безоблачное голубое небо.
Наблюдатели на холме напряженно следили за развитием событий. Андрей, глядя на то, как контрас уже почти у первой линии, с горечью размышлял о том, что они, судя по всему, готовили этот штурм очень долго, создав в горах тайные склады с боеприпасами. Грегори, лежащий рядом, заметил, что пулеметы сандинистов пока молчат, и выразил недоумение, чего же медлит командующий обороной Молина. Ситуация казалась критической.
Внезапно на северной стороне города загрохотали пулеметы, и земля там вздыбилась фонтанами от взрывов. Это был явно сюрприз, подготовленный контрас. Но Андрея не покидало предчувствие, что у Молины найдутся свои, еще не раскрытые козыри. Показанные пулеметы вряд ли были главной силой обороняющихся.
Тем временем третья волна атакующих уже выдвинулась от подножия, стремительно пересекая открытое пространство. Окопы вновь окутались дымом винтовочного залпа, и стало видно, как милисианос спешно покидают первую линию, унося по ходам сообщения раненых и убитых. На холме среди журналистов царило деловое оживление — щелкали затворы, жужжали моторчики фотоаппаратов, все стремились запечатлеть драму разворачивающегося сражения.
«Молния», с улыбкой предрекла скорую победу контрас. По ее мнению, захват первой линии был делом нескольких минут, после чего минометы сравняют с землей вторую и третью, и сандинисты побегут. На замечание Андрея о пулеметах, остановивших первую атаку, она возразила, указав на то, что сейчас все пулеметы работают на севере — сандинисты, по ее мнению, клюнули на ложный маневр и считают главным удар именно там.
Действительно, коммандос, как гончие, почуявшие добычу, уверенно рвались к оставленным окопам. Редкие выстрелы обороняющихся уже не могли остановить эту темно-синюю волну. Андрей, глядя на это с высоты, понимал правоту «Молнии»: закрепившись на первой линии, контрас подтянут тяжелое вооружение, и судьба города будет предрешена.
Но именно в этот миг над долиной разнесся новый, утробный и глухой рокот — заработали четыре крупнокалиберных пулемета «Утес», словно выросшие из-под земли, ударили по наступающим с флангов. Первая линия атакующих рассыпалась и сломалась. Крупнокалиберные пули не просто уничтожали противника — они прошивали людей насквозь, переламывали тела, отрывали конечности. Поле мгновенно покрылось бесформенными окровавленными останками в синей форме. Атака захлебнулась, перешла в беспорядочное отползание, а затем и в паническое бегство. Журналисты на холме, завороженные ужасом, продолжали снимать, лихорадочно меняя пленки.
Коммандос, спасаясь, ползли к спасительному лесу на склонах, вжимаясь в землю, но смертоносная сталь настигала их повсюду. И тогда в дело вступила главная засада. Кусты у третьей линии окопов раздвинулись, и грохот спаренных скорострельных пушек заглушил все звуки боя. Склон, к которому стремились коммандос, покрылся разрывами. Молодые деревья ломались, как спички, от более крупных во все стороны летела щепа. Всего за несколько минут лес у подножия превратился в адский завал из искореженной древесины и человеческих тел.
Андрей, выдохнув, взглянул на «Молнию». Ужас и боль исказили ее лицо, по щекам текли слезы. То, что происходило внизу, было настоящим адом, спустившимся на землю. С северной стороны доносились такие же звуки резни.
В этот момент нарастающий гул турбин и свист лопастей заставил всех задрать головы.
Полную версию и другие произведения читайте на Boosty, подписка платная всего 100 рублей месяц.