Кабинет Соломатина был выдержан в деловом стиле, без излишеств. Но всё, что здесь находилось, стоило немалых денег.
Дерево, кожа и длинный книжный шкаф во всю стену. От пола до потолка, набитый книгами.
Тяжёлые портьерные шторы цвета бордо, как и всё в этом кабинете.
— Присаживайся, дорогая. Нам нужно быстренько с тобой подписать договор, и ты свободна. Впереди знакомство с остальными девочками. Их немного. Помимо Тины, с которой ты уже знакома, ещё три красавицы. Ты станешь пятой.
— Подождите, какой договор? Какие девочки? Вы работу хотите мне предложить?
Вика опустилась в кресло, ощутив приятное поскрипывание кожи, и вцепилась в мягкие подлокотники.
— Конечно, хочу. Особенно после сегодняшней ночи. Ты прошла экзамен на все сто, моя крошка.
Соломатин присел на край стола и масляными глазками прошёлся по фигуре Вики, желая как-нибудь ещё раз повторить, наплевав на свои принципы.
Дело в том, что когда он брал девочку к себе на работу, то обязательно проверял её сам. Но после проверки никогда больше к себе в спальню не приглашал.
Да и редко он здесь бывал. Только когда крупная вечеринка намечалась. Был у него здесь свой управляющий, который держал его курочек, несущих золотые монетки, в ежовых рукавицах.
Звали его Амид. Он был азербайджанцем и давно работал у Соломатина. С начала девяностых. Его правая рука, глаза и уши. Верный пёс, проверенный временем.
— После сегодняшней ночи? — чуть ли не заикаясь переспросила Вика — вы же не ...
— Мог — отрезал Филипп — этой ночью я тебя любил. А ты, наверное, своего охламона представляла? Каюсь, Тина переборщила с дозой волшебного порошка, и поэтому у тебя такие красочные галлюцинации были.
Вика рванула с места неожиданно, вихрем подлетев к двери. Только она оказалась заперта. А за спиной раздался противный смех этого толстого борова.
Представив себе, что он касался её своими ручищами, Вика почувствовала приступ дурноты и схватилась обеими руками за горло, прогоняя видение.
Этого не могло быть! Он блефует.
— Ты теперь примкнёшь к рядам моих курочек и будешь на меня работать. Клиенты разные, бывают и иностранцы. А бывают те, кто агрессию и жестокость. Я, конечно, оберегаю вас, как могу. Но форс-мажоры случаются. Тина знает, сама недавно прошла через это. Вернись к столу и подпиши договор. Паспорт твой у меня в сейфе. На жениха своего не надейся. Не спасёт. Он же тебя сам сюда привёз, зная, для чего именно. Продал тебя, чтобы я карточный долг ему простил.
— Я вам не верю — тихо произнесла Вика, уткнувшись лбом в массивное полотно двери из красного дерева. Это бред какой-то. Чушь. Может, розыгрыш?
Вика не могла даже повернуться, чтобы вновь на этого борова посмотреть. Её тошнило от этой мерзости и стыда. Самой от себя противно было, ведь она на самом деле думала, что это Ярик. Теперь она вспомнила отрывки прошедшей ночи.
Тина — тв.рь. Подмешала ей что-то, вот и спаивала шампанским.
— Тебе придётся поверить, дорогая, и принять правила нашего дома. Иначе никак.
— Я не хочу! Это противозаконно! Вы не имеете права удерживать здесь меня силой и заставлять работать!
— А кого это интересует? К ментам пойдёшь? Дом, если что, охраняется и напичкан камерами видеонаблюдения. Это так, для твоего общего сведения. А если вдруг тебе каким-то чудом выбраться удастся, то добрые дядечки-милиционеры вернут тебе обратно. У дядечек семьи, дети, и их нужно всех кормить, а иногда и расслабиться желают дяди. Вот тогда для них выделяю одну из своих курочек. Не будешь ерепениться, то станешь у меня на особом счету.
Глаза девушки защипало от слёз. Ну нет же! Только не это! Неужели Ярик мог так подставить её?
— Есть ли другие варианты? — осипшим враз голосом спросила она.
— Есть. Я твоему другу прострелю башку, чтобы неповадно было в карты резаться, не имея за душой ни гроша и надеясь глупо на удачу. Ты этого хочешь? А потом я заберу все твои подарки. Квартиру, машину. Они же тебе так понравились? После этого можешь валить на все четыре стороны и жить дальше без своего красавчика.
Это невыносимо было слушать. Вика ценой чужой жизни не сможет ... Нет. Ярик предал её, но пусть живёт. Придётся согласиться. Пока. А там она что-нибудь придумает и сбежит.
— Где подписать? — холодно спросила девушка, вернувшись к столу. На Соломатина она не смотрела. Он ей был противен.
— Вот и хорошо. Я сразу понял, что ты умная девочка. Вот здесь черкни и здесь.
Размашисто расписавшись в двух экземплярах, Вика смогла покинуть кабинет ненавистного Филиппа.
В коридоре её перехватила Тина и повела знакомить с коллективом, так сказать.
— Ты не переживай, привыкнешь. Все мы поначалу боялись, а сейчас уже опытные. Деньги хорошие, связи опять же. Филя нас не обижает. Цацки, шмотки.
— Это не жизнь. Я никогда не хотела зарабатывать именно таким способом.
— Мы все не хотели. Жизнь заставила - назидательно произнесла Тина, открывая дверь в общую спальню, где спали все девушки.
Вике пришлось знакомиться, натянув на своё лицо вежливую улыбку. Она здесь не задержится. Это факт. А значит, и притираться не к чему.
— Ты, кстати, будешь от нас отдельно спать. Так шеф распорядился. Так что тебе вдвойне повезло. Соломатин к тебе благоволит и очень сильно. Это, считай, везение. Удача.
Тина проводила Вику до её комнаты.
— Ты молчишь пока, это не страшно. Подумай, привыкни. Это нормальный процесс адаптации. Только сильно с этим не затягивай. Я имею в виду с адаптацией. Клиенты у нас каждый день, а тебя необходимо подготовить. Филя сегодня уедет, он не живёт с нами. Изредка ночует. Но вместо него здесь круглосуточно за нами приглядывает его правая рука. Амид. Вечером познакомишься с ним, как он приедет.
Вика вошла в спальню и заперлась. Амид ... Уже от одного имени трясёт. Видимо, такой же, как и толстопуз Соломатин..
"Что ж, посмотрим ... " — пронеслось у неё в голове. Ей снова нужно выживать и не сломаться. Опять.
Автор: Ирина Шестакова