— Ты все еще валяешься? — Галина Петровна стояла в дверях, ее лицо исказилось от недовольства. — Уже девять часов, а ты разлеглась тут как принцесса!
Катя резко проснулась, сердце бешено заколотилось в груди. На мгновение она не могла понять, откуда исходит этот шум и почему ее спальня вдруг наполнилась резкими, обвиняющими словами. Затем ее взгляд сфокусировался на фигуре в дверном проеме. Все встало на свои места с тошнотворным чувством дежавю.
Свекровь. В ее спальне. Снова.
Катя прижала ладонь к глазам и медленно выдохнула, заставляя себя не сказать лишнего. Месяц назад Сергей все-таки отдал матери эти чертовы ключи. Галина Петровна практически умоляла о них, клялась и божилась, что никогда не воспользуется ими без предварительного звонка, что они нужны ей только на крайний случай и она и не думает вторгаться в их жизнь. И Сергей поддался.
Какая же это была грандиозная ошибка.
— Вставай, вставай! — Галина Петровна решительно вошла в комнату. — Я решила, что сегодня мы устроим генеральную уборку. В квартире просто свинарник. Когда ты в последний раз мыла окна? Везде пыль.
Катя приподнялась, облокотившись на изголовье кровати, и натянула одеяло повыше. На ней была старая футболка Сергея, под которой ничего не было, и меньше всего ей хотелось давать свекрови лишний повод для придирок.
— У меня на сегодня свои планы, — сказала Катя. — Мы же это обсуждали. Вы не можете просто так приходить без...
— Планы? — Галина Петровна пренебрежительно махнула рукой, будто Катя сказала какую-то нелепость. — Какие планы могут быть важнее порядка в доме? Мой Сережа так много работает, а возвращается в этот беспорядок. Стыд и срам.
Катя окинула взглядом спальню. Несколько вещей на стуле. Пара книг на прикроватной тумбочке. Вряд ли это было похоже на зону бедствия, которую описывала свекровь.
— Галина Петровна, пожалуйста. Мы можем хотя бы обсудить это, когда я...
— Обсуждать нечего, — пожилая женщина упрямо вскинула подбородок, давая понять, что разговор окончен. — Я уже принесла чистящие средства. Они в прихожей. Одевайся и за дело. Плитка в ванной сама себя не отмоет.
Катя посмотрела в спину уходящей свекрови, а затем уронила голову на изголовье. Спорить было бессмысленно. Галина Петровна шла по жизни как танк, сминая любое сопротивление на своем пути. Сергей никогда ей не противостоял. Его отец сдался еще десятилетия назад.
А Катя? Катя медленно и болезненно осознавала, что в некоторых битвах просто невозможно победить.
Она откинула одеяло и спустила ноги с кровати, коснувшись босыми ступнями холодного пола. Еще одно чудесное воскресное утро в ее браке.
Катя провела весь день на ногах: чистила плитку, пока не заныли колени, протирала и без того чистые полки, перебирала вещи в шкафах, которые в этом не нуждались. Галина Петровна контролировала каждое движение, указывая на пятна, которые Катя якобы пропустила, цокала языком, глядя, как та складывает полотенца, и заставила дважды перемывать пол в кухне, потому что первый раз не соответствовал ее стандартам.
К семи вечера у Кати ныла спина, а кожа рук горела от чистящих средств. Она без сил рухнула на диван, надеясь, что Галина Петровна наконец уйдет.
— Знаешь, — сказала Галина Петровна, надевая пальто, — если бы ты была хорошей женой, мне не приходилось бы приходить сюда почти каждый день и проверять, как идут дела.
Пальцы Кати впились в диванную подушку.
— Сережа заслуживает лучшего, — добавила Галина Петровна, поправляя шарф. — Жену, которая сама следит за домом, без напоминаний. Но чего еще ожидать в наше время?
Дверь за ней захлопнулась, и Катя осталась сидеть в тишине, дрожа от ярости, которой не было выхода.
Когда через час Сергей вернулся домой, Катя встретила его в коридоре.
— Твоя мать снова была здесь, — сказала Катя. — Весь день, Сергей. Она вошла в девять утра, когда я еще спала.
— Она просто так заботится, Катя, — Сергей ослабил галстук, не глядя ей в глаза. — Ты же знаешь, какая она.
— Заботится? — Катя шагнула к мужу. — Она назвала меня плохой женой. Сказала, что ей приходится проверять меня каждый день, будто я ребенок.
— Может, если бы ты лучше следила за квартирой, у нее не возникало бы желания...
— В квартире чисто! Здесь всегда чисто! — Закричала Катя. — Забери у нее ключи, Сергей. Я серьезно.
— Я не буду забирать ключи у матери, — Сергей прошел мимо нее в сторону кухни. — Она моя мать, Катя. Смирись с этим.
Весь остаток вечера они почти не разговаривали, а ночью спали на разных краях кровати, как чужие люди.
Утром Сергей ушел на работу, не попрощавшись. Катя дождалась звука закрывшейся двери, встала и оделась. К десяти часам слесарь уже ушел, и в ладони Кати лежали два новых блестящих ключа.
Спустя час раздался звонок. Затем последовал настойчивый, яростный стук.
Катя подошла к двери и открыла ее.
На пороге стояла Галина Петровна, ее лицо было багровым, а дыхание — тяжелым.
— Мой ключ не подходит, — выплюнула Галина Петровна. — Что ты натворила?
Катя прислонилась к дверному косяку и улыбнулась.
— Я сменила замки, — сказала Катя. — Это моя квартира. Я имею на это полное право.
Лицо Галины Петровны исказилось от ярости, она шагнула вперед, тыча пальцем в Катю.
— Сменила замки? Ах ты, змея! И как же мне теперь видеться с собственным сыном?
Катя не двигалась, преграждая вход и упираясь плечом в косяк. Что-то внутри нее изменилось — узел, который затягивался месяцами, наконец ослаб. Она смотрела на раскрасневшееся лицо свекрови и чувствовала лишь холодное удовлетворение.
— Я ждала, Галина Петровна, — произнесла Катя. — Я надеялась, что вы сами поймете, насколько ваше поведение неуместно. Вламываться в чужой дом без предупреждения, без разрешения... Это наша квартира. Моя квартира, если быть точной. Мы молодая семья, пытаемся строить свою жизнь, а вы ведете себя здесь так, будто это ваша личная территория.
Рот Галины Петровны открылся, грудь вздымалась.
— Как ты смеешь так со мной разговаривать! Я мать Сережи! У меня есть все права...
— У вас здесь нет никаких прав, — спокойствие Кати теперь было непоколебимым. — Больше нет. Вы обещали звонить перед приходом. Вы клялись, что не будете вторгаться. А потом являлись каждый божий день, заходили когда вздумается, критиковали каждый мой шаг и называли плохой женой.
— Потому что так и есть! — взвизгнула Галина Петровна. — Хорошей жене не нужен надзор! Хорошая жена содержит дом в идеальной чистоте без напоминаний!
— Я надеялась, что вы знаете правила приличия, — продолжала Катя, будто Галина Петровна и не прерывала ее. — Но очевидно, что это выше вашего понимания.
Галина Петровна прижала сумку к груди, все ее тело дрожало от злости.
— Мерзкая, неблагодарная девчонка! Я сейчас же звоню Сереже! Посмотрим, что он скажет на это!
— Пожалуйста, — Катя указала на телефон. — Звоните.
Галина Петровна судорожно возилась с телефоном, ее пальцы так дрожали, что она едва нашла нужный контакт. Катя наблюдала за этим, не двигаясь, не предлагая помощи и не отходя в сторону. Пожилая женщина прижала трубку к уху, и когда Сергей ответил, слова полились потоком рыданий и обвинений.
— Сережа! Немедленно домой! Твоя жена сошла с ума! Она сменила замки! Я стою в коридоре, она меня не пускает! Это унизительно!
Катя слышала приглушенный ответ Сергея, видела, как Галина Петровна лихорадочно кивает, а затем звонок завершился.
— Он будет здесь через двадцать минут, — объявила Галина Петровна, торжествующе вскинув подбородок. — И тогда увидишь. Мой сын поставит тебя на место.
— Посмотрим, — ответила Катя и осталась стоять на месте, преграждая путь.
Эти двадцать минут тянулись в напряженном ожидании. Галина Петровна мерила шагами коридор, что-то бормоча под нос и время от времени бросая на Катю полные ненависти взгляды. Катя не шевелилась, не заговаривала, не предлагала чаю или присесть. Пусть стоит. Пусть почувствует, каково это — когда тебе не рады.
Когда наконец звякнул лифт и появился запыхавшийся Сергей, Галина Петровна бросилась к нему.
— Сережа! Слава богу! — Она схватила его за руку, слезы катились по ее щекам. — Посмотри, что она сделала! С твоей матерью обращаются как с преступницей! Она меня не пустила! Меня!
Сергей посмотрел на Катю через коридор, и его взгляд ожесточился.
— Что с тобой не так? — Сергей оттолкнул мать и зашагал к Кате. — Ты не имела права менять замки, не обсудив это со мной!
— Имела полное право, — ответила Катя. — Это моя квартира. И я больше не буду жить под надзором твоей мамочки.
— Что? Из-за того, что моя мать изредка заходит в гости, ты закатываешь истерику?
— Изредка? — Катя коротко и горько рассмеялась. — Она здесь каждый день, Сергей. Каждый божий день. Она заходит без звонка, без стука. Она будит меня по утрам, чтобы сказать, какая я ленивая. Она командует мной как прислугой. И когда я потратила весь день, чтобы убраться по ее стандартам, она заявила, что я плохая жена.
— Она просто пытается помочь!
— Она пытается меня контролировать. Это разные вещи, — Катя посмотрела мужу прямо в глаза. — Значит так. Либо твоя мать перестает приходить сюда без приглашения, либо ты уходишь вместе с ней. Выбирай.
Слова подействовали на мужа. Сергей отшатнулся на полшага, его лицо побледнело. Позади него Галина Петровна издала сдавленный звук.
— Катя... — Сергей задвигал челюстью, подбирая слова. — Ты же несерьезно. Она моя мать. Я просто стараюсь быть хорошим сыном...
— Тогда будь хорошим сыном в другом месте, — Катя отошла в сторону и указала вглубь квартиры. — Иди собирай вещи. Твоя мать уже здесь — поможет донести сумки.
— Ты сумасшедшая! — закричала Галина Петровна. — Сережа, ты слышишь? Она тебя выгоняет! Да как она смеет?!
— Я даю ему выбор, — поправила Катя. — То, чего ни один из вас мне никогда не давал.
За этим последовал хаос: Галина Петровна причитала о неблагодарных невестках и крахе ценностей, Сергей кричал, что Катя ведет себя неразумно и рушит брак из-за пустяка. Катя стойко выдержала все это, сохраняя бесстрастное лицо, наблюдая, как они оба теряют самообладание.
В конце концов Сергей схватил спортивную сумку и набил ее одеждой под присмотром матери, которая все еще хлюпала носом, сокрушаясь о несправедливости мира. Он замер в дверях, глядя на Катю со смесью гнева и недоверия.
— Ты останешься одна! Никто не захочет жить с такой, как ты, — сказал Сергей.
— Возможно, — Катя пожала плечами.
Дверь за ними закрылась, и Катя долго стояла прихожей, осознавая реальность произошедшего. Затем она прошла в гостиную, опустилась на диван и взяла пульт. Шел какой-то детективный сериал. Катя вытянулась на подушках, поджав ноги.
Никто не кричит. Никто не критикует. Никто не врывается с требованиями и жалобами. Только тишина и покой.
Катя улыбнулась и прибавила звук. Если это и не было счастьем, то оно было где-то совсем рядом.
СТАВЬТЕ ЛАЙК 👍, ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА КАНАЛ ✔️✨, ПИШИТЕ КОММЕНТАРИИ ⬇️⬇️⬇️ И ОБЯЗАТЕЛЬНО ЧИТАЙТЕ ДРУГИЕ РАССКАЗЫ 📖💫