Солнечный луч упрямо пробивался сквозь щель в шторах. Вика медленно повернула голову к окну, с трудом разлепив глаза. Странно. Комната была незнакомой. Где она? И кровать не её, и подушка слишком мягкая.
Девушка попыталась встать. Всё тело отчего-то болело. Будто её били палками.
А голова раскалывалась так, словно сейчас расколется на части.
С приглушённым стоном сев в постели, Вика протёрла глаза. Ей стало холодно. В приоткрытую форточку сквозило, мурашки побежали по обнажённым плечам.
Вика опустила голову. Она раздета? И даже не в ночной сорочке?
Завернувшись в одеяло поплотнее, девушка спустила босые ноги на мягкий ворс ковра. Пить захотелось сильно. Во рту пересохло так, что горло саднило.
Мутным взглядом обведя комнату, Вика наткнулась на стакан с водой. Рядом лежала таблетка и короткая записка : "В воду брось, полегчает".
Девушка так и сделала. Таблетка на дне стакана пустила шипучие пузырьки, и Вика с большим удовольствием осушила всё до дна.
В пустом животе раздался характерный звук. Есть вроде хотелось и в то же время нет. Тошнота встала в горле и осела тяжестью в желудке.
И зачем она вчера столько пила? Вика по крупицам восстанавливала в голове прошедший вечер. Получалось плохо. Каких-то пазлов не хватало, чтобы картинка сошлась в едином изображении.
Фрагмент, как она с Тиной допивала шампанское, обрывался кромешной тьмой, и Вика, вернувшись в кровать решила не грузить себя. Потом вспомнит.
Где же Ярик? Он же должен был за ней вернуться? Может, им разрешили у хозяина дома переночевать?
Вика густо покраснела, вдруг вспомнив липкие поцелуи, тяжёлое сопение и чей-то хриплый шёпот.
В голове стало немного проясняться, боль притупилась. Но не успела Вика дальше погрузиться в воспоминания, как дверь распахнулась, и в комнату въехала каталка, уставленная едой.
Горничная с добродушным лицом поприветствовала девушку и стала шустро накрывать на стол, стоявший возле другого окна. Вика на него просто не обратила внимание.
— Позавтракайте, пожалуйста, и в душ. Скоро к вам придёт Тина, поможет одеться. Филипп Яковлевич к полудню будет ожидать вас для серьёзного разговора в своём кабинете.
— Не понимаю ... — пробормотала Вика, прошлёпав к столу, всё так же кутаясь в одеяло — я и сама могу одеться, зачем мне Тина? Кстати, где моё платье? И мой жених, Ярослав? Вы видели его?
На лице горничной не отразилось ни единой эмоции. Всё так же улыбаясь, она вышла из комнаты, оставив вопросы девушки без ответа.
Пожав плечами, Вика с жадностью набросилась на еду. Давно она так вкусно и сытно не питалась. С Яриком всё больше всухомятку, да наспех. Магазинными полуфабрикатами.
А здесь и кашка, и фрукты, свежевыжатый апельсиновый сок. Блаженство просто для её страдающего желудка.
Вика съела всё подчистую и, почувствовав, что насытилась, отправилась в ванную комнату.
Как пришла Тина, она уже не слышала, поглощённая звуком льющейся воды из крана. Растирая себя мочалкой, Вика заметила синяки. На руках, на ногах. Откуда? Надо бы у Ярика спросить, что он сотворил с ней прошлой ночью такого, что она даже не помнит. Лишь короткие обрывки из памяти.
— Привет — радостно поздоровалась Вика, выходя из ванной.
Тина сидела в глубоком кресле, нога на ногу, и курила, стряхивая пепел в хрустальную пепельницу.
Она выглядела собранной, строгой. Светлая юбка, в тон ей блуза, аккуратный пучок на голове и минимум косметики.
От терпкого и дорогого запаха её духов у Вики слегка закружилась голова.
— Доброе утро. Как спалось?
Тон голоса Тины был вежливым и каким-то осторожным, будто почву прощупывала.
— Сначала не очень, но после волшебной таблетки я словно заново родилась. Это ты оставила? Почерк в записке на почерк Ярика был не похож.
Тина встала и вплотную подошла к Вике. Она смотрела ей прямо в глаза.
— Забудь о Ярике — довольно резко произнесла она — ваши дорожки разошлись со вчерашнего вечера.
Вика в ступоре молчала, ничего не понимая.
— Наденешь вот это — Тина подошла к шкафу и, распахнув дверцы, достала с полки юбку, как у неё, и короткий топ со стразами.
— Нет, подожди. Объясни мне, где я? И где Ярослав? Мы же вместе с ним ночевали! Куда он делся и почему я должна забыть о нём? Что случилось? И вообще, это не моя одежда. Я хочу надеть своё платье, в котором приехала на вечеринку.
Тина приподняла бровь, гадая, как так Вика не смогла распознать, с кем она на самом деле спала?
Филипп был в отличном расположении духа, столкнувшись с Тиной на лестнице. Он был доволен тем, что не прогадал, и собирался этому прохвосту Ярику позвонить, обрадовать, что его долг погашен.
— С чего ты решила, что ночью с тобой был Ярослав?
Вика похолодела.
— Ну как же ... А кто, кроме него?
Взгляд девушки лихорадочно забегал по сторонам. От белого светлого настроения не осталось следа. Она не верила Тине. С ней не мог спать другой мужчина!
Или мог?
— Я ничего тебе говорить не собираюсь — отрезала Тина, хотя Вика даже спросить ничего не успела — мне был приказ одеть тебя, а остальное ты узнаешь у нашего Фили Соломатина. Так что поторапливайся, если хочешь скорее прояснить ситуацию. Да и Филипп ждать не любит.
Трясущимися руками Вика забрала предложенную ей одежду и скрылась в ванной. Она совсем ничего не понимала, а страшные догадки гнала от себя прочь. При одной только мысли у неё тошнота подступала к горлу.
***
Ярик повесил трубку и, обхватив голову руками, мысленно обкладывал Соломатина самыми нелестными эпитетами.
Благодаря Вике он ему теперь ничего не должен. Но зато лишился самого прекрасного и бесценного сокровища.
— Что б ты сд.х — процедил сквозь зубы пьяный Ярослав, опрокинув бутылку и сделав очередной внушительный глоток.
Откуда ему было знать, что вселенная его услышит?
Автор: Ирина Шестакова