Представьте себе Ленинград, набережная Мойки, 96. Училище ВОСО. Место, где романтика петроградских мостов и шепот реки сталкивались с суровой реальностью армейского распорядка. И главным олицетворением этой реальности была утренняя зарядка. Это был такой ритуал, священнодействие, которое отменялось только по воскресеньям. Видимо, чтобы у бога было время передохнуть от лицезрения наших страданий.
Подъем в шесть утра. Это даже не время, это概念 (концепт). Ты еще видишь десятый сон, как вдруг — команда, и ты уже не человек, а биологический объект, который должен перемещаться в пространстве. Самое пикантное начиналось дальше: отбрасываешь одеяло с простыней и... форма номер два. Для тех, кто не в курсе, это значит "голый торс". Выходишь на набережную Мойки, а там, понимаешь, красота: дворцы, каналы, Юсуповский дворец выглядывает, а по брусчатке, пыхтя и матерясь, бегут будущие офицеры железнодорожных войск с голыми грудными мышцами, которые от холода визуально превращаются в гофре.
Маршрут был продуман до мелочей: от училища, через дворец Юсупова, до Прачечного переулка и обратно. Видимо, чтобы мы не только закалялись, но и с детства приучались к мысли, что чистота и порядок (и мытье, и стирка) — наше всё. Зимой, правда, делали послабление: разрешали надеть куртки и шапки. Дембеля, наверное,которые читают : "Не та закалка пошла, при царе Горохе мы и в минус тридцать с голыми пятками бегали!".
Но утренние пробежки — это были цветочки. Ягодками становились кроссы по выходным. Особенно когда в училище рулил генерал Байдаков. Вот это был человек-эпоха, человек-кросс. При нем спорт стал не просто физической культурой, а культом, религией и, кажется, единственным способом передвижения по территории лагеря.
Летний лагерь под Лугой (разъезд 131 км — звучит как название фильма ужасов). Место живописнейшее: Сначала мимо КПП, чтобы дежурный видел, как мы полны энтузиазма. Потом огибали Портяночное озеро. Название, конечно, неофициальное, но меткое — попахивало потом и солдатским счастьем.
А дальше — самое сердце трассы. «Каньон мостового полигона». Представьте: ты несешься, уже начинаешь закисляться, и тут перед тобой вырастает стена. Под углом 35 градусов, не меньше. Внизу — учебные мосты, а наверху — кафедра ВЭЖТ (военной эксплуатации железнодорожного транспорта). Видимо, чтобы мы на своем горбу прочувствовали, каково это — тащить состав на подъем. Карабкаешься на эту гору, хватаешься за корни, матеря про себя железные дороги и их эксплуатацию, и вываливаешься наверх.
И вот тут, когда сил уже нет, а в глазах темнеет от напряжения, ты добегаешь до финиша. А там, родимый, стоит оркестр! И при твоем появлении он грохает так, что птицы за сто километров шарахаются. Для каждой роты — своя музыка. Бежишь ты, значит, весь в мыле, язык на плече, а тебе духовые в уши давят. Это, я вам скажу, высокая военно-эстетическая нагрузка. Мало просто умереть, надо умирать красиво, под такт.
И все бы ничего, бегали мы и в ОЗК (комбинезон, который превращает человека в космонавта-водолаза), и в противогазах (чтобы дышать было нечем, но весело), и с оружием (чтобы оно точно было не последним доводом, а первым, что ты бросишь). Но однажды случилось то, что изменило всё. Какой-то курсант, видимо, решивший проверить теорию относительности на практике, после такого забега так устал, что его увезли в больницу в Лугу. Прям из лагеря, с песнями оркестра. После этого героического эпизода бег стал "щадящим". Видимо, генерал решил, что терять личный состав таким оригинальным способом преждевременно.
Лично у меня были свои хитрости. Я раздобыл специальные сапоги — без каблуков, с тонкой подошвой. Почти тапочки, но по уставу — сапоги. Бежать в них было одно удовольствие: легко, изящно, прямо как заправский легкоатлет. Но нет! За этим следили! Опытные воспитатели чуяли неладное. "А что это у вас, курсант, за обувка не по форме? А ну-ка, дайте сюда! И бегите, как все, в яловых монстрах, чтобы пятки в кровь, а душа пела!"
Эх, лагерь, кроссы, генерал Байдаков... Сейчас, сидя в тепле, вспоминаешь это с улыбкой. Тогда было жестко, сейчас понимаешь: а ведь не будь этих кроссов в ОЗК и сапогах-убийцах, разве научился бы ты ценить простые радости жизни? Например, воскресенье без зарядки. Или просто возможность спокойно пройти мимо Юсуповского дворца, не пытаясь побить свой личный рекорд на голый торс.