Мы пробирались к лагерю по руслу наполовину пересохшей реки. Было лето, и вода едва закрывала нам берцы. Ледяной холод быстрой горной речки никто похоже не чувствовал. Адреналин в крови согревал, и бойцы не обращали внимания на температуру воды. Впереди вот-вот должен был показаться первый блиндаж духов.
И действительно, вскоре впереди идущие разведчики заметили и блиндаж и двух сидящих рядом с ним бармалеев.
Я хорошо рассмотрел их в бинокль. Они увлеченно о чем-то спорили, жестикулируя. Один из них пил что-то из кружки, другой ел шоколадный батончик «Марс». Постов охраны и часовых нам заметить не удалось. Поняв, что со стороны реки боевики никого не ждали, я дал приказ «снять» эту парочку.
Когда «работает» снайперский «ВАЛ» слышно лишь как кашляют внутренние механизмы винтовки. Да и то, этот стальной звук слышат лишь те, кто рядом со стреляющим. «Вал» дважды клацнул, и вот уже выпала кружка из рук одного партизана, оказался на земле и недоеденный «Марс». Мы начали работать. Рядом, со спрятанными в кустах небольшими палатками, легли в траву еще несколько духов. Никто из них также не смог толком ничего понять. Убитые были явно из местных. Я бегло взглянул на двоих лежащих у импортной туристической палатки. На вид им было лет по 15. Вполне могли быть старшеклассниками, если б не война. Впереди виднелась небольшая полянка, заросшая по краям густым кустарником. «Это центр лагеря, здесь где то должны быть и блиндажи и схроны»,- решил я. И сразу же упал на землю.
Наши первые бойцы, вышедшие на открытое место, были встречены огнем РПК. Это была не лихорадочная пальба застигнутых врасплох боевиков, а прицельные выстрелы профессионала, который умел обращаться с оружием. Его точный огонь буквально вдавил нас в траву. Я жестами показал бойцам, что нужно тихо обойти пулеметчика. Парни начали отползать назад, чтобы через лес, незаметно, зайти в тыл стрелку. Между тем огонь пулемета зацепил двоих наших. Трёхсотые лежали на земле в крови. Один из них был «тяжелый» и вскоре отключился. Другому пуля вывернула плечо. Он лежал, прячась за стволом дерева и плача от боли не в состоянии ни перевязать себя, ни пошевелиться. Слишком точным и плотным был огонь пулемёта. Боевик держал на прицеле и обстреливал весь сектор нашей атаки. И казалось, это продолжалось целую вечность. Тому, кто хоть раз был под огнем, знакомо это ощущение бесконечности.
Внезапно мы услышали хлопок гранаты, затем ещё один, и выстрелы резко стихли.
-Все кончено,- решил я, - отстрелялся душок, понимая, что мои разведчики всё же обошли его. Но оказалось, что со стрелком на этом не закончилось. Он был ещё жив. Его посекло осколками гранат, оглушило взрывами, но боевик ещё дышал и был в сознании. Бородач лежал хрипя в своем укрытии на разбросанных, еще теплых пулеметных гильзах. Рядом валялся его покореженный РПК и несколько уже вскрытых цинков. Пулеметчик заинтересовал меня. Под его американским камуфляжем был надет тельник российского десантника с голубыми полосками. Да и сам дух был вполне славянской внешности. Светлые волосы, русая, небольшая, вполне ухоженная борода, светло-голубые глаза, которые, почти не мигая, смотрели в небо и говорили- «я тоже русский»
📖 Отрывок из рассказа «Я тоже русский» моей новой книги « Знакомьтесь война» которая совсем скоро появится на полках 💯
