— Мама, — говорит Сашка, заходя в кухню и присаживаясь на табуретку. — Я тут квартиру решил купить, для тебя.
Вера Кирилловна как раз чай наливала, руки у неё дрожали: в последнее время здоровье стало совсем слабое. Она посмотрела на сына.
— Для меня? — переспросила она. — А чего это вдруг?
— А чего вдруг? — Сашка обиженно плечами пожал. — Я, может, всю жизнь мечтал матери подарок сделать. Ты на мою дочь сколько сил положила, по дому помогала, я тебе должен
Деньгами- Вера Кирилловна и внучке помогала, и Сашке то на то, то на это подкидывала. А Сашка, хоть и работал, деньги больше на сторону тратил — гулял, значит, от жены. Жена, Катерина, всё это видела, конечно, но молчала — дочку растили. Да и куда денешься?
— Спасибо, сынок, — вздохнула мать. — Только мне уж... Ты бы лучше Кате с Лизой помог, а то, смотрю, совсем вы чужие стали.
— Да ладно, мама, — отмахнулся Сашка. — Катя — женщина взрослая, сама разберётся, а квартира тебе нужна на старости лет. Я уже и присмотрел одну.
Квартиру он и правда присмотрел, и купил, только жене сказал другое: что это, мол, мамины деньги, мама просила на себя оформить пока, ты, Катя, не возражай. Катерина не возражала, ей уже всё равно было. Она к тому времени к разводу мысленно готовилась, чувствовала, что Сашка не её человек.
Так и оформили: Сашка купил квартиру, и 18 июня 2015 года они с матерью пошли договор дарения подписывать. Вера Кирилловна очень радовалась, плакала даже.
- Сынок, — говорила, — вот счастье-то, своя квартира, законная.
Сашка улыбался, а сам думал о своём, потому что человек он был хитрый, в договоре специальный пункт прописал:
«В случае смерти одаряемого право собственности на квартиру возвращается обратно дарителю».
То есть, если мама, не дай бог, умрёт раньше него — квартира опять его. Хитро, да? И маме хорошо, и себе надёжно. Мама ведь болела сильно, он видел.
Через год, в марте, Сашка ещё одну квартиру купил и снова матери подарил, с тем же условием: если переживёт одаряемую — квартира его.
— Сынок, — всплеснула руками мать, — да зачем мне две-то?
— Для надёжности, мама, — улыбнулся Сашка.
А сам думал: после мамы обе его будут. И никакая жена Катерина, которая уже подала на развод, ничего не получит. Потому что маме подарил, мама — человек родной, а у родного человека и условие такое прописано. Красота!
Развод они с Катериной оформили быстро. Сашка даже не переживал — квартиры-то у мамы, в сохранности. Он переехал в свою небольшую квартиру и посвятил свою жизнь работе и встречам со всякими разными легкими по характеру женщинами.
Мать только вздыхала, глядя на сына, и всё чаще внучку к себе брала — жалко девчонку, совсем Сашка ей не помогает. А брат и сестра Сашкины, от второго маминого брака, только головами качали.
— Гнилой ты человек, Сашка, на всяких женщин тебе денег не жалко, а на родную дочь даешь по три тысячи в месяц, а то и меньше, — говорил брат, Геннадий. — Ты на мать оглянись, она вон еле ходит, и то девочке помогает, а ты только о себе думаешь.
— А я о маме думаю, — огрызался Сашка. — Вон, квартиры какие подарил.
— Подарил, — усмехалась сестра, Юлия. — Только мы не слепые. Ты себе подарил, не ей, чтобы потом себе квартиры забрать.
Сашка отмахивался, ему их слова — как с гуся вода.
И вот наступил декабрь 2017 года. Сашка тогда развлекался где-то, а мать, Вера Кирилловна, дома сидела с мужем своим, Николаем Анатольевичем. И разговор у них был серьёзный.
— Вера, — говорит Николай Анатольевич, — ты пойми. Сашка твой... Ну хороший он тебе сын, спору нет, но ведь видит же Бог, не для тебя он квартиры оформлял, для себя. Ты помрёшь — и всё ему отойдёт. А я как же? Дети наши как же? Юлька, Геннадий?
— Да что ты, Коля, — мать руками всплеснула. — Сашка же мой, родной. Он же старший.
— Родной, — согласился Николай Анатольевич. — А ты вот скажи: Сашка Катерину с дочкой бросил, гуляет где-то, аренду с этих квартир себе забирает, даже сам не всегда коммуналку платит, а ты ее оплачиваешь, да еще и налоги ты платишь. Ну и что это за дар такой? Тебе от него хоть рубль перепал? Траты одни.
Молчит мать, потом говорит тихо:
— Не перепал.
— То-то и оно, — вздыхает Николай Анатольевич. — А мы с тобой двадцать лет вместе. Ладно, Юлька и Геннадий — это наши дети и наша обязанность им помогать. А внучка Лиза, она ж к тебе с любовью. Давай сделаем так, чтоб, по справедливости: перепиши-ка ты эти квартиры на меня, а я тебе обратно отпишу. И тогда-то условие Сашкино утратит силу. А ты завещание на эти квартиры на Лизу сделаешь.
Мать долго думала, потом махнула рукой.
— А, давай.
И 06 декабря 2017 года Вера Кирилловна подарила обе квартиры своему мужу, Николаю Анатольевичу. А через две недели, 22 декабря, Николай Анатольевич подарил их обратно жене.
Всё честь по чести, с подписями, с регистрацией. И новое право собственности у Веры Кирилловны появилось — уже без Сашкиных условий, потому что старые договоры дарения, с его пунктами, потеряли силу. Было — и сплыло.
В январе 2018 года всё официально оформили, Вера Кирилловна вздохнула спокойно, стала думать, как дальше жить, кому что оставить.
А Сашка ничего не знал, он тогда с очередной женщиной встречался.
14 марта 2018 года Веры Кирилловны не стало.
Сашка, когда узнал, сначала горевал, конечно, мать всё-таки. А потом спохватился:
— Квартиры-то мои! Сейчас вступлю в права, как условием прописано, и заживу.
Пришёл он в регистрационную палату 21 сентября 2020 года с заявлением, а ему говорят:
— Гражданин, а вы кто будете?
— Как кто? — Сашка глаза вытаращил. — Сын я, даритель. У меня в договоре пункт есть, что после смерти одаряемого мне квартиры возвращаются. Вот, смотрите!
Посмотрели специалисты документы. Переглянулись.
— Гражданин, — говорят, — а вы знаете, что ваша мама, Вера Кирилловна, эти квартиры в декабре 2017 года своему мужу подарила?
— Как — мужу? — Сашка аж побледнел.
— А так, подарила, он через две недели ей обратно. Так что у неё с 9 января 2018 года новые документы были. И в них никаких ваших условий уже нет, так что, извините.
Тут Сашка, говорят, на стул сел, потому что ноги отказали.
— Как же так? — шепчет. — Я ж для себя... Я ж с условием... А они...
И пошла тут писанина. Суды, иски, заседания.
Сашка в суд подал — сначала одно дело, потом второе. Объединили их. Привлекли всех: Николая Анатольевича, Геннадия, Юлию, внучку Лизу, которая по завещанию наследница.
Сашка кричал:
— Это мнимая сделка, фиктивная, для вида. Они специально, чтоб меня обойти. Я требую признать дарение недействительным.
Районный суд, надо сказать, Сашке поверил. В ноябре 2021 года вынес решение — иск удовлетворить.
Обрадовался Сашка, а рано.
Потому что областной суд в марте 2022 года всё пересмотрел, взял и отменил решение. И в иске Сашке отказал полностью.
— Дорогой товарищ, — сказали судьи, — вы напрасно беспокоитесь. Сделки были реальные, подписи настоящие, регистрация прошла, расходы по содержанию стороны несли. Ваша мама, Вера Кирилловна, имела полное право распоряжаться своим имуществом. И подарила она его мужу не фиктивно, а по-настоящему, муж ей обратно тоже по-настоящему подарил. А что вы там хотели какое-то условие применить, так оно в новых документах не значится. И ваше личное намерение обойти развод и оставить квартиры себе — это ваши трудности. Для признания сделки мнимой нужно, чтобы обе стороны не имели намерения её исполнять. А здесь обе стороны исполняли. Так что гуляйте, гражданин.
Сашка в кассацию побежал, во Второй кассационный суд. 18 октября 2022 года слушали дело.
Пришёл Сашка в суд, а там уже все свои, сидят, улыбаются.
— Ну что, Саша, — говорит Николай Анатольевич, — здорово ты придумал с условием-то. Да только жизнь, брат, похитрее будет.
Выслушали судьи Сашкины доводы, посмотрели документы и вынесли определение:
— Апелляционное решение оставить в силе. Кассационную жалобу— без удовлетворения.
….Доводы кассационной жалобы о том, что Ш. заключил договоры дарения во избежание возврата квартир в собственность дарителя, не могут служить основанием для отмены состоявшегося судебного постановления. Податель жалобы не учитывает, что намерения одного участника совершить сделку с целью причинения вреда другому лицу для применения нормы пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации недостаточно.
Так и остался Сашка у разбитого корыта. Квартиры отошли наследникам: Николаю Анатольевичу, Геннадию, Юлии и Лизе (Сашкиной дочке, по завещанию любимой бабушки). А Сашка по сей день ходит и удивляется: как же так? Всё ж по-честному, с условием... Или не по-честному?
Теперь сидит, вспоминает, как мать при жизни просила:
- Ты бы Кате с Лизой помог.
А он не помог. Всё для себя старался.
А в городе до сих пор эту историю рассказывают: как хитрый Сашка сам себя перехитрил.
*имена взяты произвольно, совпадения событий случайны. Юридическая часть взята из:
Определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 18.10.2022 по делу N 88-24109/2022