Трибунал счёл недостаточным наличие признательных показаний и выводы графологической экспертизы для вынесения обвинительного приговора: суд оправдал заведующего финансовым отделом военного комиссариата и сотрудников банка по делу о подлоге и хищении 2 миллионов рублей. В деле есть ещё ряд любопытных деталей: обвиняемым по нему проходил пишущий о финансах журналист, который, как оказалось в ходе процесса, редко пребывал в разумном состоянии. А его супруга, которой отдали похищенные деньги на хранение, при задержании рвала купюры и выбрасывала их из окна туалета поезда. В итоге наказание понесла только она, получив год исправительных работ.
Революционный Трибунал. Дело М.В. Лезгинцева [от 1-го апреля 1919 года]
В Московском революционном Трибунале 28, 29 и 30-го марта вновь слушалось, по определению кассационного отдела при Ц. И. К., дело М.В. Лезгинцева. Он обвинялся в том, что, заведуя финансовым отделом комиссариата по военным делам, получил посредством подлога с текущего счета комиссариата из московской конторы государственного банка 2 миллиона рублей, составив от имени комиссариата отношение к банку о том, что с 15-го мая 1918 г. на денежных требованиях финансового отдела будет стоять дополнительная подпись «И. Бабиков», а затем за этой подписью, сделанной его рукой, послал требование на получение названных денег.
А.Д. Дмитриевский, помощник начальника финансового отдела обвинялся в соучастии, выразившемся в том, что он указал Лезгинцеву на Николая Веревкина, который возьмет на себя получение денег. Петр Веревкин, журналист финансового отдела, привлекался по обвинению в том, что расписался на денежном требовании в получении денег. Жена его, Пелагея Веревкина, взялась сохранить деньги, спрятала их под платье и, будучи арестована вместе с мужем около Самары, разрывала деньги и выбрасывала их через окно уборной на полотно железной дороги.
Обвинял т. Н.В. Крыленко. Защищали Лезгинцева — А.С. Тагер, Дмитриевского — Л.Л. Розенталь, Веревкина — В.И. Зоммер и служащих банка — В.Ф. Данилевич.
В деле имелось подробное признание Петра Веревкина о том, как они с братом Николаем заполняли текст бланков за подписью М.В. Лезгинцева, вместе с Ушкарем и Логиновым получили из банка деньги, затем уехали в Самару и в пути были арестованы. Ввиду возникшего сомнения относительно состояния умственных способностей П. Веревкина, был вызван эксперт психиатрического отделения госпиталя П.И. Борисов. Он засвидетельствовал, что П. Веревкин страдает кататоническим слабоумием, которое характеризуется хаотическим состоянием психики. При болезни возможны изредка светлые промежутки, но полноценным гражданином Веревкин быть не может. В зависимости от светлых промежутков он мог давать сознательные ответы.
На прямой вопрос председателя тов. Петерса, может-ли экспертиза настаивать на выводе, что подпись «И. Бабиков» на отношении банку от 15-го мая и на денежном требовании от 17-го мая сделана рукой М.В. Лезгинцева — эксперты-графологи в лице граждан: Ладкова, Доброва и Линде, категорически утверждать это отказались.
В своей обвинительной речи тов. Н.В. Крыленко указал, что в этом деле приходится основываться на целом ряде деталей и на них строить гипотезу за или против обвинения Лезгинцева. Имеющихся у суда деталей было бы недостаточно, чтобы считать факт получения денег Лезгинцевым установленным, если бы не графологическая экспертиза. Так как сходство почерков Лезгинцева и того, каким сделана подложная подпись, несомненно, то приходится предположить, что у другого лица был почерк, совершенно схожий с почерком Лезгинцева, между тем, такое совпадение допустить трудно.
По отношению к Дмитриевскому обвинитель устанавливает отсутствие фактических данных, но бытовые и психологические данные как-то: его дружба с Веревкиным и его странное поведение во время исчезновения Веревкиных и в момент получения телеграммы об их аресте — дают возможность предполагать его участие в деле. В действиях банковских служащих обвинитель состава преступления не нашел.
Трибунал постановил считать обвинение против М.В. Лезгинцева недоказанным и признал его по суду оправданным.Оправданы также служащие государственного банка, граждане: Григорьев, Медианов, Сибиряков и Яковлев. Ввиду признания психиатрами-экспертами ненормальности Петра Веревкина трибунал постановил дело о нем прекратить. Пелагея Веревкина признана виновной в сокрытии денег и приговорена к общественным работам на 1 год.
Литература
- 1. Известия Ц. И. К. Подготовил Евгений Новиков от 1-го апреля 1919 года [Электронный ресурс] Режим доступа: https://rapsinews.ru/incident_publication/20190401/297128111.html, свободный. — Загл. с экрана (дата обращения: 18.02.2026). — Яз. рус.