Последние несколько дней были похожи на сон, сотканный из лепестков роз и блеска ресторанных огней. Все началось с того, что муж, обычно не склонный к спонтанным проявлениям нежности, пришел домой с огромным букетом моих любимых пионов. А потом, словно этого было мало, вручил мне маленькую коробочку, внутри которой переливались светом изящные сережки. Я, конечно, была приятно удивлена, но и немного озадачена.
«Что за повод, милый?» – спросила я, вертя в руках коробочку.
Он лишь загадочно улыбнулся и поцеловал меня в макушку. «Просто так. Захотелось тебя порадовать».
И это «просто так» растянулось на несколько дней. Каждый вечер мы ужинали в каком-нибудь новом, уютном ресторане. Он заказывал мои любимые блюда, наливал вино, смотрел на меня с какой-то новой, непривычной нежностью. Я чувствовала себя героиней романтического фильма, но в то же время внутри меня росло любопытство. Такая щедрость, такая внимательность – это было слишком для обычного «просто так».
Я пыталась выведать у него причину. «Ты что-то натворил?» – шутливо спрашивала я, пытаясь поймать его взгляд. «Или, может, выиграл в лотерею?»
Он лишь отмахивался, улыбался и менял тему. Его молчание только подогревало мое любопытство. Я перебирала в голове все возможные варианты: повышение на работе, тайный подарок, который он готовил, или, может быть, он просто решил, что мы слишком давно не проводили время вместе. Но ни одна из этих версий не казалась мне достаточно убедительной, чтобы объяснить такой масштабный «праздник».
Вчера мы отправились в супермаркет за продуктами. Я, как обычно, направилась к отделу с косметикой и средствами гигиены. Мой бритвенный станок уже совсем затупился, и я решила купить новый. Долго выбирала, сравнивала, и в итоге, как это часто бывает в последнее время, остановилась на мужском станке. Они, честно говоря, гораздо качественнее и эффективнее женских, да и раздражения после них меньше.
Я взяла упаковку с мужским станком и повернулась к мужу, чтобы показать свой выбор. Он стоял рядом, задумчиво глядя на меня. В его глазах мелькнуло что-то, что я не сразу смогла расшифровать.
«Вот этот возьму, – сказала я, – они намного лучше».
И тут он вздохнул. Глубоко, с каким-то облегчением, смешанным с неловкостью.
«Знаешь… – начал он, и я сразу поняла, что сейчас будет разгадка. – Я должен тебе кое-что сказать».
Я приготовилась слушать.
«Помнишь, несколько дней назад я увидел у нас в ванной мужской бритвенный станок?»
Я кивнула. Конечно, помню. Это был мой старый, который я еще не выбросила.
«Ну вот… – он замялся, покраснел. – Я тогда подумал…» Он сделал паузу, словно подбирая слова. «Я подумал, что у тебя кто-то есть».
Мои глаза расширились от удивления. Я не могла поверить своим ушам.
«Ты… ты что, приревновал меня?» – спросила я, пытаясь сдержать смех.
Он виновато кивнул. «Да. Приревновал. Я не мог понять, откуда он взялся. А потом… потом решил, что нужно тебя как-то… вернуть. Показать, что я тебя ценю, что ты для меня важна».
И тут меня прорвало. Я рассмеялась. Громко, от души, прямо посреди супермаркета. Люди оборачивались, но мне было все равно.