Вызов поступил вечером около 20:00. «Мальчик 13 лет, сильная головная боль, тошнота». После чего возникли данные жалобы — не указано. Наверно, родители сами теряются в догадках. А уж мне тем более ничего об этом не известно. Что ж, поедем разгадывать очередную «загадку века». Хотя подростки с головными болями — явление довольно распространённое. Перегрузки в школе, недосып, телефон до трёх ночи, энергетики...
По приезде — парень лежит на кровати в своей подростково-мальчуковой комнате, увешанной плакатами рок-звёзд, скрючившись калачиком, обхватив голову руками. Свет в комнате был приглушён, шторы задёрнуты — классическая светобоязнь при мигрени. Можно было уже с ходу ставить диагноз. Но всё очевидное — не всегда вероятное.
Мама, женщина лет сорока, суетилась рядом:
— Доктор, я уже не знаю, что делать! Вторую неделю жалуется. То пройдёт, то опять. Сегодня из школы пришёл — еле дополз. Говорит, голова раскалывается. Я думала, давление. Померила — нормальное. Думала, может, в школе переучился...
— Две недели — постоянные головные боли? — уточнил я.
— Ну... — мама замялась. — Не постоянные. Приступами как-то. Несколько часов болит, потом вроде стихает. А вообще... Месяца два уже так, наверное. А сегодня он вообще «никакой». Такого ещё не было.
Я наклонился к парню.
— Привет. Как тебя зовут?
— Денис, — проныл он еле слышно, не открывая глаз.
— Денис, мне нужно тебя осмотреть. Ты как, сможешь повернуться?
Он попытался привстать, чтобы сесть на краешек кровати, но его тут же вырвало. Прямо на пол.
Мама ахнула, бросилась за тряпкой.
— Тазик прихватите ещё, — подсказал я ей вслед. — На всякий случай.
Женщина быстренько вернулась, привела всё в порядок. Небольшой пластмассовый сосуд поставили рядом. Я померил давление — 130 на 80 — для подростка многовато. Пульс 90, ровный. Температура 36,6. Глюкоза в норме.
Начал собирать анамнез.
Оказалось, что головными болями парень мучается не две недели и не два месяца, а в течение последнего года. Периодически всё это время возникали незначительные головные боли один или несколько раз в неделю. Жаловался на кратковременную усталость без причины, потерю аппетита. Подобные приступы проходили быстро, поэтому значения не придавали. В последние два месяца симптомы усилились, то есть стали продолжительнее, присоединилась тошнота. А потом это стало практически постоянным, вплоть до судорог мышц, рвоты, которая немного и временно приносила облегчение.
— К врачам-то обращались? — спросил я.
— У педиатра были позавчера, — вздохнула мама. — Посмотрела она нас, сказала — мигрень или внутричерепное давление. Направила к неврологу за лечением, но там запись через две недели только будет. Ждём. Сдавали анализы — кровь, мочу — всё нормально показывает. Сейчас пока на обезболивающих, на нурофене живём. Сосудистые препараты. Да и они уже не помогают. Может, ему в больницу уже лечь, капельницы какие-нибудь проставить, уколы?
— Не хочу! — пробубнил сын, не поднимая головы.
— Молчи уж, «нехочуха». Смотреть буду на тебя такого? — строго отрезала мама. — У самой, вон, давление на пределе... На корвалоле сижу.
Я попросил пациента встать на ноги, чтобы проверить некоторые симптомы. Тот, кряхтя от боли, медленно приподнялся, опустив ноги на пол, не поднимая головы и вжав её в плечи, и не открывая глаз. Мама приготовилась, взяв в руки тазик, чтобы срочно поднести, если что.
— Больно головой двигать?
— Очень. — тихо процедил он сквозь зубы.
— Попробуй подняться, мне надо, чтоб ты встал и распрямился. — попросил я его.
С трудом ему это удалось.
В позе Ромберга (стоя с закрытыми глазами и вытянутыми руками) был неустойчив. Тонус мышц с обеих сторон одинаковый. Пальце-носовую пробу не выполняет. Инсульт? Явно что-то неврологическое, но информации пока мало.
Разрешил ему ему снова прилечь, что тот с некоторым облегчением сделал.
Проверил менингеальные симптомы. Их не было. Да и не похоже это на менингит с отсутствием температуры. Хоть и похоже симптоматически.
— Сегодня какой день, Денис? — спросил я. — День недели какой сегодня? Месяц, год? Помнишь?
— Конечно помню. (Назвал правильно.)
— Это кто рядом со мной стоит?
— Мама. — впервые еле улыбнулся он, открыв глаза и смотря на маму, которая тоже устало улыбнулась ему в ответ.
И тут я заметил в его открытых глазах одну интересную особенность, которую должен был заметить ещё с самого начала.
— Давай-ка глазки посмотрим твои, — предложил я, доставая фонарик.
Посветил фонариком поочерёдно в каждый глаз Денису, что давалось ему с неприятием. Наконец я увидел то, что, скорее всего, и являлось причиной его тяжёлого состояния.
Конец 1 ЧАСТИ.
-----------------------
Друзья, полную версию этой истории я выложил в своём закрытом «КЛУБЕ МЕДИЦИНСКИХ ДЕТЕКТИВОВ». Там хранится большой архив самых интересных, откровенных и шокирующих случаев из моей 20-летней практики на «03», которые я не могу выложить в открытый доступ ввиду своего содержания. Архив активно пополняется новыми историями. Нас уже более тысячи постоянных читателей. Присоединяйтесь! Там очень интересно! 🔥🚑