Вика отодвинула сырник от Лёшиной тарелки — двумя пальцами, брезгливо, будто там лежало что-то чужое.
— Мы своих в государственный сад не отдаём, — протянула она. — У нас частный садик, с четырёхразовым питанием и английским. Это совсем другое.
Наталья замерла над чайником. Пятилетний Лёша сидел рядом за столом и смотрел на тётю. Они были в гостях у родителей мужа — воскресный обед, как обычно. Дети играли на ковре, потом сели за стол, когда позвали к чаю.
— Никита, не бери его машинку, — одёргивала сына Вика. — Там всё в пыли, поиграешь своими потом.
Наталья глотнула воздуха и посмотрела на Лёшу. Он сжал ложку в руке и уставился в тарелку.
— Вик, может, не надо при детях, — тихо сказал её муж Сергей, брат Натальиного Дениса.
— Я просто объясняю, почему мы с вашими не пересекаемся, — развела руками Вика. — У нас разные маршруты, разные садики. Это нормально.
Денис молчал. Наталья знала — он сейчас думает, что вмешиваться не стоит, что это семейная мелочь. Его родители разливали чай по чашкам и делали вид, что ничего не происходит.
— Мам, — Лёша дёрнул её за рукав. — Я плохой, да?
Она почувствовала, как всё внутри провалилось.
— Ты хороший, солнышко, — быстро сказала она. — Пойдём домой, ладно?
— Но мы же только пришли, — попытался возразить Денис.
— Пойдём, — повторила Наталья, поднимаясь из-за стола.
Лёша молча сполз со стула и взял её за руку. Вика что-то говорила про то, что все слишком обидчивые, но Наталья уже не слушала. Она собрала их вещи, натянула на сына куртку и вышла. Денис догнал их в коридоре.
— Ну зачем ты так? — спросил он. — Она не со зла.
— Она при твоём ребёнке сказала, что мы не их уровня, — Наталья старалась говорить тихо, чтобы Лёша не слышал. — И ты молчал.
— Она просто такая, всегда хвастается, — Денис смотрел растерянно. — Всё время про свой садик, про машину новую.
— Хвастайся сколько хочешь, но не задевай моего сына.
Они доехали домой молча. Лёша прижимался к ней в автобусе и не задавал вопросов. Дома она включила ему мультики и пошла на кухню. Села и уставилась в стену.
Телефон зазвонил через час. Звонила свекровь.
— Наташенька, ну что же вы так, — говорила она участливо. — Вика просто неудачно пошутила. Приезжайте обратно, я тортик испекла.
— Спасибо, но мы уже дома. Лёша устал.
— Девочки всегда так, правда? — продолжала свекровь. — То одно, то другое. Но вы же семья, надо уметь прощать.
— Я прощу, когда она извинится перед Лёшей, — сказала Наталья и положила трубку.
Вечером она сидела за ноутбуком и считала, сколько стоит этот частный садик Вики. Нашла их страницу в сети — всё красиво, занятия с логопедом три раза в неделю, бассейн, театр по пятницам. Сорок восемь тысяч в месяц. У них с Денисом на двоих выходило сто двадцать. Квартира однокомнатная, в ипотеке ещё на пятнадцать лет. Денис работал в строительной компании прорабом, она — бухгалтером в небольшой фирме. Лёша ходил в сад рядом с домом, обычный муниципальный. Воспитательница хорошая, дети нормальные, Лёше нравилось.
Но после сегодняшнего дня она вдруг увидела это всё другими глазами. Грязные игрушки. Государственный сад. Чужой ребёнок.
Денис пришёл поздно. Сел на диван и посмотрел на неё виноватым взглядом.
— Сергей звонил, — сказал он. — Говорит, Вика не хотела никого обидеть. Просто она такая, любит показать, что у них всё хорошо.
— А что у нас всё плохо, по-твоему? — спросила Наталья.
— Нет, но у них действительно денег больше. Сергей начальником стал, зарплата приличная. Они себе могут позволить.
— Позволить унижать чужих детей?
— Да брось ты, — махнул рукой Денис. — Дети вообще ничего не поняли. Лёшка уже забыл, наверное.
— Не забыл.
Наталья вспомнила, как сын спрашивал перед сном, почему Никита не хочет с ним играть. Она ответила, что Никита просто устал, но Лёша смотрел недоверчиво. Он всё понял. Дети всегда понимают больше, чем кажется.
Денис вздохнул и полез в холодильник.
— Ладно, завтра Серёга с Викой поговорит. Всё утрясётся.
На следующий день Наталья возила Лёшу в садик, потом поехала на работу. Весь день ждала, что позвонят, извинятся. Но никто не звонил. Вечером забрала Лёшу — он притащил пластилиновую улитку и рассказывал, как лепил её с Вовкой. Она смотрела на него и думала: может, правда, Денис прав? Дети быстро забывают.
Но не забыла она.
В среду позвонил Сергей.
— Наташ, привет, это я, — сказал он. — Слушай, я хотел извиниться за Вику. Я с ней разговаривал. Она не хотела Лёшку обидеть, правда. Просто вырвалось.
— Вырвалось, — повторила Наталья.
— Ну да. Она вообще человек открытый, что думает, то и говорит. Иногда без фильтров. Ты же знаешь.
— Знаю. Серёж, а почему звонишь ты, а не она?
Повисла пауза.
— Она стесняется, — наконец выдавил он. — Ей неудобно.
— Понятно.
— Приезжайте в субботу на шашлыки, помиримся, — предложил Сергей. — Родители тоже будут. Лёше понравится, на улице погуляют с Никитой.
— Спасибо, но мы заняты.
— Да ладно, Наташ, — Сергей явно не ожидал отказа. — Что, совсем обиделись? Это ж мелочь.
— Для тебя мелочь, для моего сына — нет.
Она положила трубку и почувствовала, что у неё болит голова. Села на кухне, заварила себе мяты. Денис вернулся с работы и сразу начал:
— Серёга сказал, ты отказалась приехать. Зачем?
— Я жду, когда Вика извинится перед Лёшей, — сказала Наталья. — Я тебе это уже говорила.
— Серёга извинился.
— Не Серёга обидел моего ребёнка.
— Твоего? — Денис нахмурился. — А мой он вообще не сын, получается?
— Твой, — Наталья устало посмотрела на него. — Только ты не видишь проблемы. Или не хочешь видеть.
— Не вижу, потому что её нет. Просто бабьи разборки, как всегда.
Наталья встала и ушла в ванную. Стояла под душем и думала, что вот так и живут люди. Рядом, но в разных мирах. Он не понимает. И, может, никогда не поймёт.
В субботу утром раздался звонок в дверь. Наталья открыла — на пороге стоял Сергей с пакетом.
— Привет, — сказал он. — Лёшка дома?
— Дома. Заходи.
Лёша высунулся из комнаты, увидел дядю и радостно побежал к нему. Сергей присел на корточки.
— Привет, чемпион, — сказал он. — Слушай, я тут подумал — ты отличный пацан, правда. Самый лучший племянник на свете. А тётя Вика тогда была неправа. Она сказала глупость. Ты не обижаешься?
Лёша смотрел на него внимательно.
— А почему она так сказала?
— Потому что иногда взрослые говорят глупости, — Сергей погладил его по голове. — Но это не значит, что ты плохой. Наоборот. Ты молодец. И вот тебе машинка, видишь, с пультом управления. Хочешь?
Лёша взял машинку и кивнул. Потом обнял дядю.
— Спасибо.
Сергей встал и посмотрел на Наталью.
— Я правда виноват, что не остановил её тогда, — сказал он тихо. — Вика такая, да, но я должен был вмешаться. Прости.
Наталья кивнула. У неё вдруг защипало глаза.
— Хорошо.
Сергей ушёл, а Лёша тут же помчался разбирать машинку. Наталья смотрела на него и понимала, что для ребёнка уже всё хорошо. Дядя пришёл, извинился, подарил игрушку. Всё просто.
Но для неё — нет.
Вечером Денис сказал, что родители зовут в воскресенье на обед.
— Сергей с Викой тоже будут, — добавил он. — Давай съездим? Лёшка уже и забыл всё.
— Давай, — согласилась Наталья.
В воскресенье они приехали. Вика открыла дверь, улыбнулась натянуто и кивнула. Лёше ничего не сказала. Прошли в кухню, сели за стол. Разговор шёл вяло — про погоду, про работу, про то, что Никите в садике поделку сделали на конкурс, заняли первое место. Вика рассказывала, как у них занятия построены, какие педагоги замечательные. Сергей молчал и ел. Лёша играл в машинку на полу.
Потом Вика позвала Никиту есть, и тот подошёл к столу.
— А почему у Лёши такая игрушка хорошая? — спросил он.
— Папа ему подарил, — ответила Вика.
— Мне тоже такую хочу.
— Тебе не нужно, у тебя своих полно.
Никита скривился и сел рядом с Лёшей на пол. Они молча катали машинку туда-сюда. Наталья смотрела на них и думала, что дети не виноваты. Никита обычный мальчик, просто мать учит его делить людей на своих и чужих.
Обед закончился быстро. Вика при детях больше ничего не сказала, но Наталья видела. Видела, как она вытирает чашку, из которой пил Лёша, — отдельной салфеткой, тщательно, — и ставит её на край стола. Как отодвигает от сына тарелку с печеньем, к которой Лёша прикасался.
По дороге домой Денис спросил:
— Ну что, нормально всё было?
— Да, нормально, — ответила Наталья.
Лёша спал у неё на руках. Она смотрела в окно автобуса и гладила его по голове. Сергей всё сделал правильно — пришёл, извинился, объяснил ребёнку, что тот хороший. Лёша простил. Дети вообще быстро прощают.
А Вика так и не извинилась.
Но чашку теперь вытирала молча.