Капитан Гельмут Шмидт служил в 249‑й бригаде самоходных орудий вермахта. Проще – истребителей танков. И ему довелось стать одной из самых нелепых гитлеровских жертв последних дней войны.
Прорыв в Берлин
24 апреля 1945 года 249‑я бригада совершила почти невозможное: она единственная из немецких частей сумела прорваться в Берлин сквозь кольцо советских войск. Но успех принёс и главную проблему — у гансов почти не осталось боеприпасов.
Чтобы спасти положение, командир бригады поручил Шмидту важную миссию: отправиться в район Шпандау на завод вооружений «Алкетт» и добыть там необходимый боезапас.
Роковая встреча
По пути гауптман столкнулся с патрулём военной полиции СС. Всё бы ничего, но командир бригады не снабдил Шмидта письменным распоряжением. И когда капитан попытался объяснить цель своей поездки, то эсэсовцы ему не поверили.
Вероятно, они уже не раз слышали подобные оправдания от дезертиров, которые тоже ссылались на «особое задание». В условиях хаоса и отчаяния последних недель войны доверие гитлеровцев друг к другу было на нуле.
Беспощадный приговор
Не тратя времени на разбирательства, полевая полиция устроила импровизированный трибунал прямо на месте. Решение было молниеносным — смертная казнь. Шмидта тут же повесили на ближайшем дереве.
Жестокая логика войны
Подобные «летучие трибуналы» SS в 1945 году случались нередко. Их цель формулировалась фразой pour encourager les autres («чтобы другим было неповадно»). Командование рассчитывало, что показательные расправы укрепят боевой дух солдат и заставят их сражаться даже тогда, когда победа была уже недостижимой мечтой.
Так, в агонии последних дней войны, опытный нацист Гельмут Шмидт стал жертвой системы, которая в отчаянии цеплялась за любые способы удержать рассыпающийся фронт.
Фото, которые я не могу разместить здесь вы можете посмотреть в телеграмм канале по этой ссылке.