Однажды в Африке случилось кое-что дикое. Представьте: обычный январский день 1962 года, деревня Кашаша в Танганьике (сейчас это Танзания), миссионерская школа для девочек. Три школьницы посреди урока начали смеяться. Без причины, без шуток, без мемов — просто хихикали как ненормальные.
Учитель, само собой, попытался навести порядок и выгнал девчонок во двор. Логика железная: пусть там смеются, а мы тут поучимся. Но вот незадача — смех оказался заразен. Одна за другой школьницы начали хохотать, глядя на своих подруг. И самое жуткое — глаза у них при этом были абсолютно невеселые.
Когда смех — это не смешно
За пару месяцев из 159 учениц школы 95 подцепили эту "смешную болезнь". Причем девочки не просто смеялись — они еще и рыдали одновременно, вырывались, когда взрослые пытались их успокоить. Симптомы длились от пары часов до 16 дней. Учителя, кстати, вообще не заразились — видимо, взрослая жизнь уже выбила из них все веселье.
18 марта школу закрыли. Решили, что пусть девочки идут домой и там хоть обхохочутся. Спойлер: не сработало. Смех пошел гулять по деревням как какой-то мем, который невозможно остановить. Соседняя деревня Ншамба — зацепило. Город Букоба — тоже. Дошло даже до Уганды.
В апреле-мае 217 человек (в основном молодежь) стали жертвами смеха. В июне подключилась еще одна школа — 48 девчонок из Рамашене.
Что это было?
На школу в Кашаше, где все началось, даже в суд подали. Типа, вы там чем девочек кормили, что они всю округу смехом заразили? В итоге закрыли 14 школ, пострадало около тысячи человек. Эпидемия закончилась только через 18 месяцев. ВОСЕМНАДЦАТЬ МЕСЯЦЕВ, Карл!
Ученые до сих пор спорят, что это было. Вариантов куча:
Версия №1 — массовая истерия. Танганьика только-только получила независимость, вся страна в стрессе. Школьники под давлением учителей и родителей, которые теперь ждут от них великих свершений. А старая добрая массовая психогенная болезнь (MPI) — это вообще классика для людей, у которых нет власти и возможности выразить протест. Хочешь пожаловаться на жизнь, но нельзя? Тело найдет способ. Психолог Кристиан Хемпельманн прямо говорит: "MPI — последний ресурс для людей с низким статусом."
Версия №2 — культурный шок. Социолог Роберт Бартоломью считает, что дело в разрыве между традиционными ценностями дома и новыми идеями в миссионерских школах. Деревенские старейшины говорят одно, учителя — другое. Мозг подростка: "Ребята, я вообще не понимаю, что происходит" — и включается режим истерики.
Версия №3 — вирус. Этолог Сильвия Кардозо и неврологи Ханна и Антонио Дамасио считают, что виноват какой-то энцефалит, который повредил мозг. Мол, чисто психологическая реакция не может длиться так долго. Но доказательств нет.
Версия №4 — социализация. Профессор Роберт Провайн изучил более 1000 эпизодов смеха и пришел к выводу, что люди обычно смеются не потому, что смешно, а для социализации. Смех — это послание группе: "Я свой". А уж насколько смех заразителен, вы и сами знаете.
Что было дальше
Американцы Питер Макгроу и журналист Джоэл Уорнер в 2014 году прилетели в Танзанию искать свидетелей. Нашли одну женщину, которая, возможно, была среди жертв. Она отказалась говорить. Видимо, до сих пор триггерит от воспоминаний.
Кстати, эпидемия смеха была не единственной. В том же районе потом случились еще два похожих случая: в 1963 году в Уганде люди начали бегать без остановки, причем с болью в груди, агрессией и депрессией. Все три эпидемии — результат того, что традиционная культура трещала по швам под натиском новых времен.
История про эпидемию смеха — это на самом деле история про безнадежность, давление и то, как люди выживают, когда совсем невмоготу.