Людмила проснулась в половине седьмого, как обычно. Встала, умылась, оделась и вышла из квартиры. До дома дочери было двадцать минут пешком. Шла быстро, несмотря на то, что ноги уже с утра ныли. В последнее время ноги болели все чаще, да и спина побаливала. Но разве об этом расскажешь? Анна сразу закатит глаза и скажет, что у всех что-то болит, что это возраст.
Людмила открыла дверь своим ключом. В квартире было тихо. Анна с мужем еще спали. Дети тоже. Людмила прошла на кухню, поставила чайник, достала из холодильника продукты. Нужно было приготовить завтрак для внуков, собрать старшего, Матвея, в школу, младшую, Соню, в садик.
В восемь утра на кухню вышла Анна. Накрашенная, в деловом костюме, с телефоном в руке.
– Мам, привет. Ты кашу сварила?
– Да, вот, остывает.
– Отлично. Слушай, я сегодня задержусь. У нас встреча с партнерами. Сможешь до восьми посидеть?
Людмила кивнула. До восьми – это значит, она весь день с детьми. С утра до вечера.
– Конечно, Анечка.
– Ты лучшая, – дочь чмокнула её в щеку и схватила со стола бутерброд. – Детей разбуди, а то опоздают.
Анна убежала. Людмила услышала, как хлопнула входная дверь. Вздохнула и пошла будить внуков.
Матвей собирался в школу неохотно, капризничал. Соня не хотела есть кашу, требовала блинчиков. Людмила уговаривала, упрашивала, отвлекала. Наконец отвела обоих по назначению и вернулась в квартиру дочери. Прибралась на кухне, помыла посуду, пропылесосила комнаты. В обед забрала Соню из садика, покормила, уложила спать. Потом встретила Матвея из школы, проверила уроки, поиграла с детьми.
Вечером приехал зять, Игорь. Поздоровался коротко, уткнулся в телефон. Людмила накормила его ужином, который приготовила днем. Игорь поел молча, кивнул и ушел в комнату.
Анна вернулась только в девятом часу. Усталая, но довольная.
– Мам, спасибо огромное. Ты меня так выручаешь.
– Ничего, доченька.
– Дети поели?
– Да, и уроки сделали, и поиграли.
– Умница. Иди домой, отдыхай.
Людмила оделась и вышла на улицу. Было темно и холодно. Она шла по знакомой дороге и думала о том, что завтра все повторится снова. И послезавтра. И через неделю. Так продолжалось уже десять лет.
Когда родился Матвей, Анна попросила помочь с ребенком. Людмила согласилась с радостью. Она тогда только вышла на пенсию и думала, что посидеть с внуком – это счастье. Так и было поначалу. Но потом родилась Соня. Анна вышла на работу, стала делать карьеру. А Людмила превратилась в постоянную няню.
Дочь не платила ей. Иногда давала немного денег, но это были копейки. Говорила, что Людмила и так на пенсии, зачем ей много. Людмиле было неловко просить. Как же, это её внуки, родная кровь. Разве за это деньги берут?
Но постепенно она понимала, что жизнь проходит мимо. Подруги путешествовали, ходили в театры, занимались любимыми делами. А Людмила сидела с внуками. Каждый день, без выходных. Если она просила отпустить её на денек, Анна обижалась, говорила, что мать её не любит, что ей внуки не нужны.
Дома Людмила разогрела себе суп, который сварила еще позавчера. Поела, посмотрела немного телевизор и легла спать. Утром все повторится снова.
Так прошла еще неделя. Обычная, серая, одинаковая. Людмила просыпалась рано, шла к дочери, целый день возилась с внуками, возвращалась поздно вечером. Усталость накапливалась, спина болела все сильнее. Но она молчала.
В пятницу, когда Людмила укладывала Соню спать, зазвонил телефон. Незнакомый номер. Людмила подумала, не сбросить ли, но все же ответила.
– Алло?
– Людочка, это ты? – в трубке раздался веселый женский голос.
– Да, это я. А вы кто?
– Галя! Галина Петрова, мы вместе работали, помнишь?
Людмила вспомнила. Галя, её коллега с прежней работы. Они дружили когда-то, но после выхода Людмилы на пенсию связь прервалась.
– Галечка! Конечно, помню! Как ты?
– Отлично! Слушай, я тут в твоем городе проездом. Завтра днем свободна. Может, встретимся? Посидим в кафе, поболтаем?
Людмила хотела уже отказаться по привычке, но вдруг подумала: а почему бы и нет? Завтра суббота, Анна дома, пусть сама с детьми посидит.
– Давай встретимся, – сказала она.
Они договорились на два часа дня в кафе в центре города. Людмила положила трубку и почувствовала, как на душе стало немного легче. Встреча, разговор с подругой – это было так давно.
Утром Людмила позвонила Анне.
– Доченька, я сегодня не смогу к вам прийти. У меня встреча.
В трубке повисла пауза.
– Какая встреча? – голос Анны был недовольный.
– Подруга приехала, мы договорились пообедать вместе.
– Мам, ну ты серьезно? У меня дела, мне нужно на маникюр сходить, потом с подругами встретиться. Ты же знаешь, суббота – мой единственный выходной.
– Аня, но я тоже хочу отдохнуть. Я всю неделю с детьми сижу.
– Ну так и что? Ты же бабушка, это твои внуки. Или ты их не любишь?
Людмила сжала зубы. Этот аргумент Анна использовала всегда.
– Люблю. Но сегодня я не смогу. Извини.
– Знаешь что, делай как хочешь. Только потом не обижайся, что внуки тебя не помнят.
Анна бросила трубку. Людмила стояла с телефоном в руке и чувствовала, как дрожат руки. Внутри все сжалось от обиды. Как же так? Она десять лет жертвовала всем ради внуков, а дочь вот так с ней разговаривает?
Но она решила не сдаваться. Оделась, накрасилась, надела хорошее платье, которое лежало в шкафу уже несколько лет. Вышла из дома и поехала в центр.
Галя встретила её объятиями. Она выглядела прекрасно – подтянутая, веселая, с блеском в глазах.
– Людка, как же я рада тебя видеть! Ты совсем не изменилась!
Они сели в уютном кафе, заказали кофе и пирожные. Галя рассказывала о своей жизни. После выхода на пенсию она записалась на танцы, стала ходить в бассейн, путешествовать.
– Понимаешь, я поняла одну вещь, – говорила Галя, размешивая сахар в кофе. – Мы всю жизнь жили для других. Для детей, для мужей, для работы. А когда на пенсию вышли, наконец появилось время для себя. И я решила: все, теперь я живу для себя.
– А дети? – спросила Людмила. – У тебя же внуки есть?
– Есть. Я их люблю, конечно. Но я не няня. Я бабушка. Прихожу в гости, играю с ними, балую. А потом ухожу к себе. У них есть родители, пусть сами воспитывают.
– А дочь не обижается?
– Поначалу обижалась. Говорила, что я плохая мать, что не помогаю. Но я объяснила: я помогу, если ты заболела или у тебя форс-мажор. Но быть бесплатной няней каждый день не буду. У меня своя жизнь.
Людмила слушала и чувствовала, как что-то внутри переворачивается. Галины слова звучали как откровение. Десять лет работала няней для внуков дочери. Один звонок перевернул всё – эта мысль пронзила её, как молния.
– А ты как? – спросила Галя. – Чем занимаешься?
Людмила хотела было рассказать про внуков, про то, как она каждый день с ними сидит. Но вдруг поняла, что ей стыдно. Стыдно признаться, что у нее нет своей жизни. Что она превратилась в бесплатную прислугу для дочери.
– Да по-разному, – уклончиво ответила она.
Галя посмотрела на нее внимательно.
– Людка, я тебя знаю сто лет. Говори, что случилось.
И Людмила рассказала. Про десять лет няней, про то, что дочь воспринимает её помощь как должное, про усталость, про боль в ногах и спине, про то, что жизнь проходит мимо.
Галя слушала молча. Когда Людмила закончила, она покачала головой.
– Люда, ты что творишь? Ты убиваешь себя! Аня взрослая женщина, у нее муж, у них хорошая зарплата. Пусть нанимают няню, если им некогда с детьми сидеть.
– Но как же? Это мои внуки...
– Внуки, а не дети. Ты их уже вырастила. Теперь очередь Ани.
– Она обидится.
– Пусть обижается. Лучше пусть она обидится, чем ты загубишь остаток жизни.
Людмила сидела и молчала. Слова Гали били точно в цель. Она и правда губила себя. Ради дочери, которая даже спасибо толком не говорила. Ради зятя, который вообще её не замечал.
– А что мне делать? – спросила она тихо.
– Скажи, что больше не можешь быть няней. Что ты бабушка, а не наемная работница. Что ты готова помогать иногда, но не каждый день. И живи своей жизнью. Запишись на какие-нибудь курсы, найди хобби, путешествуй. Пенсия маленькая, конечно, но на жизнь хватает. Зато какая свобода!
Людмила кивала. Галя была права. Абсолютно права. Но страшно было делать этот шаг. Страшно было ссориться с дочерью, страшно было потерять внуков.
– А вдруг она мне запретит с внуками видеться? – прошептала Людмила.
– Не запретит. Она же не дура. Поорет, потопает ногами, а потом успокоится. Найдет няню, будет платить деньги и поймет, как хорошо ей было, когда мама бесплатно все делала.
Они просидели в кафе еще час. Галя рассказывала про свои путешествия, про танцы, про новых подруг. Людмила слушала и впитывала каждое слово. Ей так хотелось такой жизни. Яркой, интересной, свободной.
Когда они прощались, Галя крепко обняла её.
– Людка, не трать жизнь впустую. Мы уже немолодые. Кто знает, сколько нам осталось? Поживи для себя, пока можешь.
Людмила вернулась домой воодушевленная. Она приняла решение. Завтра поговорит с Аней. Скажет, что больше не может быть няней каждый день. Что готова помогать пару раз в неделю, но не больше.
В воскресенье утром она пришла к дочери. Дети радостно бросились к ней, обнимали, целовали. Людмила обняла их и почувствовала, как сердце сжимается. Она их любила. Очень любила. Но любовь не должна превращаться в жертву.
Анна вышла на кухню хмурая.
– Ну что, нагулялась? – бросила она.
– Ань, мне нужно с тобой поговорить.
– О чем?
Людмила собралась с духом.
– Я больше не могу сидеть с детьми каждый день. Я устала. Мне уже шестьдесят два года, у меня болят ноги и спина. Я хочу пожить для себя.
Анна уставилась на мать так, будто та сказала что-то невероятное.
– Что? Ты шутишь?
– Нет. Я серьезно. Я готова помогать тебе иногда, в выходные или если у тебя форс-мажор. Но каждый день я не могу.
– Мама, ты что несешь? – голос Ани повысился. – Я на тебя рассчитываю! У меня работа, карьера! Мне некогда с детьми сидеть!
– Тогда найми няню.
– Няня стоит денег!
– Я тоже человек. И мое время тоже чего-то стоит.
Анна побагровела.
– То есть ты хочешь, чтобы я тебе платила? За то, что ты со своими внуками сидишь?
– Нет, я не хочу денег. Я хочу свободы. Я хочу жить своей жизнью.
– Какой жизнью? – Анна усмехнулась зло. – Ты пенсионерка! Какая у тебя может быть жизнь?
Людмила вздрогнула от этих слов. Дочь смотрела на нее с презрением. Как на что-то ненужное, отработанное.
– У меня может быть жизнь, – сказала Людмила тихо, но твердо. – Я могу ходить в театр, встречаться с подругами, записаться на курсы. Я могу просто отдыхать дома, читать книги, смотреть фильмы. Это моя жизнь, и я имею на нее право.
– Ага, понятно, – Анна скрестила руки на груди. – Подруга тебе голову задурила вчера. Наговорила всякого, и ты теперь такая из себя свободная.
– Галя помогла мне понять, что я гублю себя.
– Галя! – фыркнула Анна. – Эта эгоистка! Я ее помню. Она своих детей бросила, как только смогла.
– Она их не бросила. Она просто не стала жить только ради них.
– То же самое. А ты хочешь меня бросить.
– Я не бросаю тебя, Аня. Я просто хочу, чтобы ты меня уважала. Ценила мою помощь. Понимала, что я не обязана сидеть с твоими детьми каждый день.
– Обязана! – выкрикнула Анна. – Ты моя мать! Ты обязана мне помогать!
Людмила покачала головой.
– Я помогала. Десять лет. Каждый день, без выходных, без отпусков, практически бесплатно. Я отдала тебе десять лет своей жизни. Этого мало?
Анна молчала. Людмила видела, что дочь злится, но слов не находит.
– Я ухожу, – сказала Людмила. – Подумай над моими словами. Если тебе нужна будет помощь в выходные или если заболеешь – я приду. Но няней я больше не буду.
Она повернулась и пошла к выходу. Матвей выбежал из комнаты.
– Бабушка, ты уже уходишь? Мы же хотели в парк пойти!
Людмила обняла внука.
– В следующий раз, солнышко. Обязательно пойдем.
– Ты придешь завтра?
Людмила посмотрела на Анну. Та стояла с каменным лицом.
– Нет, завтра не приду. Но мы обязательно увидимся скоро.
Она вышла из квартиры с тяжелым сердцем. Но одновременно чувствовала облегчение. Она сделала это. Сказала дочери правду. Теперь будь что будет.
Неделю Анна не звонила. Людмила тоже не звонила. Она боялась, что дочь запретит ей видеться с внуками. Но она держалась. Каждый день напоминала себе слова Гали: нужно жить для себя.
Людмила записалась на курсы по рисованию. Всегда мечтала научиться рисовать, но времени не было. Теперь время появилось. Она ходила на занятия, общалась с другими пенсионерками, рисовала натюрморты. Это было удивительно приятно.
Потом записалась в библиотеку, стала брать книги. Читала по вечерам, не отвлекаясь на детские крики и капризы. Встретилась с еще одной старой подругой, с которой не виделась лет пять. Та пригласила её в клуб любителей скандинавской ходьбы. Людмила согласилась.
Жизнь вдруг стала насыщенной, интересной. Каждый день было чем заняться. Людмила просыпалась с желанием жить, а не с тяжестью в душе.
Через неделю позвонила Анна. Голос сухой, официальный.
– Мам, Матвей заболел. Температура высокая. Мне на работу нужно. Сможешь посидеть с ним?
Людмила подумала. Это как раз тот случай, когда она готова помочь.
– Конечно. Сейчас приду.
Она приехала к дочери. Матвей лежал в кровати, бледный, с горячим лбом. Людмила напоила его чаем с малиной, дала лекарство, почитала книжку. Мальчик уснул. Людмила сидела рядом и гладила его по голове.
Анна вернулась вечером. Зашла в комнату, посмотрела на спящего сына.
– Как он?
– Температура спала. Спит спокойно.
– Спасибо, – Анна помолчала. – Мам, я подумала над твоими словами.
Людмила промолчала, ждала.
– Может, ты и права. Я, наверное, злоупотребляла твоей добротой. Воспринимала как должное.
– Да, – согласилась Людмила. – Именно так.
– Я наняла няню. Она будет приходить в будни, забирать детей из школы и садика, делать с ними уроки. Дорого, конечно, но что делать.
– Это правильно.
– Но я бы хотела, чтобы ты приходила в выходные. Хотя бы на пару часов. Дети тебя очень любят. Спрашивают, где бабушка.
Людмила почувствовала тепло в груди. Внуки ее любят. Это главное.
– Я буду приходить. С удовольствием. Мы будем гулять, играть, я буду их баловать. Как и положено бабушке.
Анна кивнула. Помолчала, потом сказала тихо:
– Прости меня. Я была неправа. Я использовала тебя. Думала только о себе.
– Я рада, что ты это поняла.
– А что ты делаешь теперь? Как проводишь время?
Людмила рассказала про курсы рисования, про книги, про клуб скандинавской ходьбы. Анна слушала с удивлением.
– Ничего себе. А я думала, ты дома сидишь и скучаешь.
– Нет. Мне некогда скучать. Жизнь оказалась очень интересной.
Анна улыбнулась.
– Я рада. Правда рада, мам.
Людмила стала приходить к внукам в выходные. Она гуляла с ними в парке, водила в кино, в театр кукол, в музеи. Покупала им мороженое, рассказывала сказки. Это было совсем другое – не тяжелый труд няни, а радость бабушки. Она наслаждалась каждой минутой, проведенной с внуками, потому что знала: потом она вернется к своей жизни.
Курсы рисования закончились, Людмила записалась на новые – по лепке из глины. Потом подруга из клуба любителей скандинавской ходьбы позвала её съездить на экскурсию в соседний город. Людмила поехала. Это была ее первая поездка куда-то просто так, для себя, за много лет.
Она гуляла по незнакомым улицам, фотографировала красивые здания, пила кофе в уютном кафе. И чувствовала себя счастливой. По-настоящему счастливой.
Вечером позвонила Анне, рассказала про поездку. Дочь слушала с интересом.
– Мам, а ты молодец. Я горжусь тобой.
Эти слова согрели душу. Людмила не помнила, когда дочь в последний раз говорила ей что-то подобное.
Прошло несколько месяцев. Отношения с дочерью наладились. Анна стала внимательнее, заботливее. Иногда приглашала Людмилу на обед просто так, чтобы пообщаться. Спрашивала, как дела, чем занимается. Людмила рассказывала, и дочь слушала с неподдельным интересом.
Игорь, зять, тоже изменился. Однажды, когда Людмила приехала в гости, он сказал:
– Людмила Ивановна, спасибо вам. За то, что помогали нам все эти годы. Мы не ценили этого. Но теперь понимаем.
Людмила кивнула. Приятно было слышать эти слова, пусть и с опозданием.
Галя звонила время от времени. Они болтали по телефону, делились новостями. Галя радовалась, что Людмила изменила свою жизнь.
– Видишь, а ты боялась, – говорила Галя. – А теперь живешь и радуешься.
– Да, – соглашалась Людмила. – Спасибо тебе. Если бы не тот звонок, я бы так и продолжала губить себя.
– Ты сама решилась. Я только подтолкнула.
Людмила вспоминала тот день. Телефонный звонок от Гали перевернул всю её жизнь. Заставил задуматься, открыл глаза на то, что она делает с собой. И она нашла в себе силы изменить ситуацию.
Теперь она была счастлива. У неё были внуки, которых она любила и которые любили её. Была дочь, с которой наладились отношения. Но главное – у неё была своя жизнь. Интересная, насыщенная, полная событий и эмоций.
Однажды Матвей спросил:
– Бабушка, а почему ты раньше каждый день приходила, а теперь только по выходным?
Людмила присела рядом с внуком.
– Понимаешь, Матвеюшка, раньше я забыла, что у меня есть своя жизнь. Я думала, что должна всё время быть рядом с вами. Но потом поняла, что так нельзя. Что я тоже человек, и мне нужно время для себя.
– А ты нас любишь?
– Конечно, люблю! Очень сильно! Но любить – это не значит забыть про себя.
Мальчик задумался, а потом кивнул.
– Понятно. А мне няня Света нравится. Она добрая и с нами в футбол играет.
Людмила улыбнулась. Дети приспособились к новой ситуации быстро. Они любили бабушку, но не страдали без неё каждый день. У них была няня, были родители. А бабушка – это праздник, радость, подарки и прогулки.
В один из вечеров Людмила сидела дома, пила чай и смотрела на свои рисунки, развешанные по стенам. Она научилась рисовать довольно неплохо. Преподаватель хвалил, говорил, что у неё талант.
Зазвонил телефон. Звонила Анна.
– Мам, привет. Слушай, у меня к тебе просьба. В следующую субботу у нас с Игорем годовщина свадьбы. Мы хотим сходить в ресторан, вдвоем. Ты не могла бы посидеть с детьми вечером?
– Конечно, – ответила Людмила. – С удовольствием.
– Спасибо огромное. Ты меня так выручаешь.
– Не за что, доченька.
Людмила положила трубку и улыбнулась. Дочь попросила её посидеть с детьми, а не потребовала. Поблагодарила, а не восприняла как должное. Людмила согласилась, потому что хотела помочь, а не потому что боялась отказать.
Все изменилось. Она изменилась. И жизнь стала совсем другой. Той, о которой она и мечтать не смела десять лет назад.
Людмила встала, подошла к окну. За окном светило солнце, во дворе играли дети, по дорожке шла женщина с собакой. Обычный день, обычная жизнь. Но для Людмилы эта жизнь была прекрасна. Потому что теперь она жила её по-настоящему. Для себя, для своих желаний и мечтаний.
Один телефонный звонок перевернул всю её жизнь. Показал, что можно жить по-другому. Что не нужно жертвовать собой ради других. Что можно любить детей и внуков, но при этом не забывать про себя.
Людмила была благодарна судьбе за этот звонок. За Галю, которая вовремя напомнила ей о праве на собственную жизнь. За смелость, которую она нашла в себе, чтобы изменить всё. И за счастье, которое пришло вместе с этими переменами.
Она вернулась к столу, взяла кисть и начала рисовать новую картину. Яркую, красочную, полную жизни. Такую же, как и её жизнь теперь.