В 1976 году работница роддома в селе Уинское Пермского края пришла на работу с застолья и решила поменять местами русского и татарского мальчика. Две матери забрали чужих сыновей и вырастили их в чужих семьях.
Галину Плотникову дома встретили холодно. Свекровь заявила, что в ее роду темноволосых и смуглых никогда не было. Но со временем Андрей влюбил в себя всю семью, включая бабушку. Свекровь даже вспомнила, что среди предков все–таки были темные мужчины. Андрей же обижался, когда во дворе его дразнили татарином, и отстаивал свою русскость.
У Язили Калимовой, которая забрала ребенка Плотниковой, проблем дома не было. Родственники удивились светлому мальчику, но сразу вспомнили про двоюродного деда. Язиля назвала сына Дамиром. Все было прекрасно, но, когда мальчику исполнилось три года, Калимова узнала правду. От кого — она так и не рассказала. Язиля решила не искать Плотникову, пока сыновья не вырастут.
Галину тем временем терзали сомнения. Стало хуже, когда к ней из Уинского приехала родственница и сказала, что видела на улице мальчика очень похожего на мужа Плотниковой. Прошли годы, Андрей и Дамир выросли и отслужили в армии. Язиля Калимова поняла, что ждать больше нельзя. Она поехала к Плотниковой и рассказала правду. Матери обнялись и вместе плакали над семейными альбомами.
Калимовы успели подготовить Дамира к потрясению. Андрей же подслушал разговор родителей и сбежал из дома на неделю. Все детство он чувствовал себя чужаком, теперь ему сказали об этом прямо. Но со временем Плотников принял нового себя. Его семья подружилась с Калимовыми, а сам Андрей даже выступил свидетелем на свадьбе Дамира. За возмещение ущерба бороться не стали. Язиля высказалась так: «Спрашивают, почему мы не подаем иск на компенсацию, мол, там три миллиона отсудили. А с кого нам требовать, с районной больницы? То, что пережито, деньгами не окупишь. Да и жаловаться нам не на что».