Не скрою своего удовольствия от прочтения подобных шедевров судебного творчества, где судьи заставляют нижестоящие суды внимательно изучать и реагировать на доводы жалоб осужденного и защитника. Отмена определений по мотиву немотивированных отказов в удовлетворении жалоб в практике Верховного Суда РФ остается крайне редким явлением.
Как правило, на все доводы защиты отводится один два-абзаца в мотивировочной части судебных постановлений. А привлечь внимание судей к доводам своей жалобы остается крайне сложной и труднореализуемой задачей апеллянта или кассатора.
Но здесь все пошло не так, как вероятно полагали судьи Восьмого кассационного суда общей юрисдикции, по привычке формально направляя отписку на кассационную жалобу осужденного и защитника.
А дело было в Алтайском крае. Калмыков Евгений Валерьевич был осужден Рубцовским городским судом Алтайского края 12 сентября 2023г. по ч. 1 ст. 306 УК РФ за заведомо ложный донос о преступлении. Суть преступления по версии суда следующая: как установлено судом, 12.06.2022 Калмыков Е.В. уронил в водоем телефон REDMI NOTE 11, приобретенный в кредит его сестрой с оформлением договора страхования. После этого с целью сокрытия истинных обстоятельств утери телефона 14.06.2022 он сообщил по телефону в дежурную часть МО МВД России «Рубцовский» о краже указанного телефона неизвестным лицом. В этот же день, будучи предупрежденным об уголовной ответственности за заведомо ложный донос, Калмыков Е.В. подал заявление о совершении кражи телефона с причинением значительного ущерба. В результате проверки было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием события преступления.
В апелляционной и кассационной жалобах защитник указывал на то, что выводы суда об обстоятельствах пропажи телефона основаны на показаниях сотрудников полиции, которые, по мнению защитника, не могут быть признаны допустимыми доказательствами. Защитник в жалобе также указывает, что суд, нарушив правила оценки доказательств, предусмотренные уголовно-процессуальным законом, критически отнесся к показаниям свидетелей Н В К Г С и К пояснявших о том, что со слов осужденного они узнали, что на рыбалке у него украли телефон, и безосновательно отверг их, положив в основу своих выводов показания сотрудников полиции Т и К проводивших проверку в порядке ст. 144 УПК РФ по сообщению Калмыкова Е.В. о краже у него телефона. Данные о том, что на телефон осужденного после его утраты поступил входящий вызов, как считает защитник, опровергают виновность Калмыкова Е.В. в инкриминированном ему деянии, а иные доказательства не подтверждают обвинение. Информация БСТМ не может быть признана допустимыми доказательством, поскольку отсутствуют сведения о том, как она поступила в дело. По мнению защитника, при рассмотрении дела в отношении Калмыкова Е.В. судом был нарушен принцип презумпции невинности, предусмотренный ст. 14 УПК РФ.
Однако, что Апелляционным постановлением Алтайского краевого суда от 8 декабря 2023 г. что Кассационным постановлением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 25 июля 2024 г. никакой оценки доводам жалоб защитника дано не было.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в своем определении от 6 февраля 2026года по делу №51-УД26-1-К8, отменила судебные акта апелляционной и кассационной инстанции, указав следующее.
Как следует из протокола судебного заседания, Калмыков Е.В. в суде виновным себя по обвинению в заведомо ложном доносе о совершении преступления не признал, подтвердив свои показания, данные на предварительном следствии в качестве подозреваемого, в которых он сообщал о том, что принадлежавший ему телефон REDMI NOTE 11 не был утоплен, а украден 12.06.2022 неизвестными лицами из его автомобиля, в тот момент, когда он рыбачил на водоеме вместе со своим дядей К .
При этом он рассказывал об обстоятельствах обнаружения пропажи телефона, а также обстоятельствах подачи им заявления о краже телефона в правоохранительные органы - Межмуниципальный отдел МВД России «Рубцовский» по Алтайскому краю.
Дачу объяснений сотрудникам полиции о том, что телефон был им утерян в водоеме в результате неосторожного обращения с ним, Калмыков Е.В. объяснял оказанным на него психологическим давлением со стороны сотрудников полиции, которые, как он пояснял, провели его опрос с использованием устройства «полиграф» и усомнились в правдивости его первоначальных пояснений о краже телефона.
Допрошенный в судебном заседании свидетель К дал аналогичные показания, пояснив при этом, что в тот момент, когда они вместе с Калмыковым Е.В. рыбачили на водоеме, телефон Калмыкова Е.В. лежал на панели приборов в незапертом автомобиле, который находился на определенном расстоянии от них и вне зоны их видимости.
О том, что телефон Калмыков Е.В., якобы, случайно уронил в водоем во время рыбалки, он (свидетель) рассказал сотрудникам полиции по просьбе самого Калмыкова Е.В. (т.Зл.д. 47). Допрошенные в судебном заседании свидетели Н 5 К С К Г В сообщили суду о том, что о краже телефона неизвестными лицами им стало известно со слов Калмыкова Е.В., сообщившего о краже телефона в то время, когда он находился на рыбалке вместе с К При этом свидетели Н и В пояснили суду, что предложили Калмыкову Е.В. обратиться в полицию с заявлением о краже телефона (т.З л.д. 46, 53).
Свидетель В также сообщила суду, что узнала от Калмыкова Е.В. о том, что он вынужден был сообщить сотрудникам полиции не соответствующие действительности сведения (о якобы неосторожном утоплении телефона), после того как сотрудники полиции по результатам проверки его показаний с использованием устройства «полиграф» усомнились в правдивости сообщенных им ранее сведений о краже телефона и стали оказывать на него психологическое давление. Оценивая показания Калмыкова Е.В., суд в приговоре признал их недостоверными, указав, что его показания являются избранным им способом реализации права на защиту от предъявленного обвинения и стремлением уйти от уголовной ответственности за совершенное им преступление, а к показаниям свидетелей Н К С К Г и В в части сообщенных ими сведений о том, что у Калмыкова Е.В. телефон был похищен, как указано в приговоре, «суд относится критически», поскольку данная информация была получена ими со слов самого подсудимого.
Суд также «критически» отнесся к показаниям свидетеля К ., который, по мнению суда, в силу родственных отношений желает помочь подсудимому уйти от ответственности. Суды апелляционной и кассационной инстанций, проверяя по апелляционной и кассационной жалобам защитника-адвоката Кульчицкой О.В. законность и обоснованность вынесенного в отношении Калмыкова Е.В. приговора, в нарушение требований ч.4 ст.7 УПК РФ не мотивировали свои выводы, опровергающие доводы защитника о том, что у суда не было оснований «критически оценивать» показания допрошенных в судебном заседании свидетелей и признавать их недостоверными, как и показания самого Калмыкова Е.В., данные им на предварительном следствии, поскольку они не были признаны судом недопустимыми доказательствами, и, с точки зрения защиты, не опровергнуты в приговоре суда.
В обоснование своих жалоб защитник указывала, что судом нарушены правила оценки доказательств, предусмотренные ст. 17, 87, 88 УПК РФ, поскольку в основу приговора положены показания двух сотрудников полиции, проводивших проверку по заявлению Калмыкова Е.В. о краже у него телефона, которым, якобы, стало известно о ложном доносе со слов (объяснений) самого Калмыкова Е.В., несмотря на то, что он, будучи допрошенным в качестве подозреваемого с участием защитника, не подтвердил ранее данные им «объяснения», сославшись на оказанное на него психологическое давление со стороны сотрудников полиции, которые, как он пояснял, по собственной инициативе провели его опрос с использованием устройства «полиграф» и усомнились в правдивости его заявления о краже телефона.
Защитник Кульчицкая О.В. в апелляционной и кассационной жалобах также обращала внимание на нарушение судом первой инстанции принципа презумпции невинности, предусмотренного ст. 14 УПК РФ, согласно которому обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого; при этом бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту обвиняемого, лежит на стороне обвинения.
Данным доводам защитника судами апелляционной и кассационной инстанций не дано надлежащей оценки в судебных решениях.
Таким образом, вынесенные в отношении Калмыкова Е.В. апелляционное постановление Алтайского краевого суда от 8 декабря 2023 года и кассационное постановление Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 25 июля 2024 года подлежат отмене, поскольку они не соответствуют требованиям ст.38928 УПК РФ и ст.40114 УПК РФ, соответственно, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, повлиявшим на исход дела.
Спасибо, за то что прочитали статью!
Дмитриев Д.Н., февраль 2026г.
! Адвокат Дмитриев Д.Н., кандидат юридических наук, профессионально занимаюсь адвокатской практикой более 24 лет. Представляю интересы в судах, готовлю журналистские материалы по судебным делам. Пишу апелляционные и кассационные жалобы на вынесенные решения и приговоры судов.
👉 ddn7777@mail.ru
Телеграмм https://t.me/dmitrievdn77
📞. +79643574343