Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Продолжение классики: Осень Дубровского

Часть цикла «Продолжение классики» на ЯПисатель.рф Продолжение классики Творческое продолжение в стиле Александра Сергеевича Пушкина Через семь лет после того, как в здешних местах перестали бояться ночных свистов и внезапных пожаров, в Покровское приехал неизвестный господин в поношенном дорожном плаще. Он назвался отставным штабс-капитаном, представил исправные бумаги и снял у дьячка маленький флигель за садом, выходившим к старому барскому пруду. Кирила Петрович Троекуров к тому времени заметно сдал: шумел по привычке, но уставал от собственного крика, сердился без прежнего азарта и все чаще подолгу молчал у окна, глядя на липовую аллею, где некогда бегала его дочь. Князь Верейский умер на водах, оставив Марью Кириловну молодой вдовой с большим именем и пустым домом. Появление штабс-капитана осталось бы незамеченным, когда бы не одна странность: он никогда не ездил в гости, не играл в карты и не пил, зато по вечерам долго ходил вокруг старой Кистеневки, заросшей осинником, как чел
Осень Дубровского
Осень Дубровского

Часть цикла «Продолжение классики» на ЯПисатель.рф

Продолжение классики

Творческое продолжение в стиле Александра Сергеевича Пушкина

Через семь лет после того, как в здешних местах перестали бояться ночных свистов и внезапных пожаров, в Покровское приехал неизвестный господин в поношенном дорожном плаще. Он назвался отставным штабс-капитаном, представил исправные бумаги и снял у дьячка маленький флигель за садом, выходившим к старому барскому пруду.

Кирила Петрович Троекуров к тому времени заметно сдал: шумел по привычке, но уставал от собственного крика, сердился без прежнего азарта и все чаще подолгу молчал у окна, глядя на липовую аллею, где некогда бегала его дочь. Князь Верейский умер на водах, оставив Марью Кириловну молодой вдовой с большим именем и пустым домом.

Появление штабс-капитана осталось бы незамеченным, когда бы не одна странность: он никогда не ездил в гости, не играл в карты и не пил, зато по вечерам долго ходил вокруг старой Кистеневки, заросшей осинником, как человек, который считает шагами чужое преступление. Дворовые прозвали его Угрюмым барином и решили, что он либо немец, либо разорившийся поэт.

В воскресенье, после обедни, Марья Кириловна увидела его у церковной ограды. Незнакомец снял шляпу; ей почудилось в этом движении что-то знакомое до боли. Она вернулась домой смущенная и, запершись в кабинете, долго глядела на себя в зеркало, будто искала в собственном лице прошедшие годы.

На другой день, гуляя в саду, она снова встретила его. Он стоял у старой беседки, где когда-то, в иной жизни, было сказано слишком мало и слишком поздно. — Сударыня, — произнес он, — если вы не боитесь мертвецов, поговорите со мной. — Мертвецов? — прошептала Марья Кириловна. — Да. Владимир Дубровский умер для всех. Остался только человек, который устал помнить. Читать далее ->

Подпишись, ставь 👍, Пушкин бы подписался!

#Дубровский #Пушкин #драматическое_продолжение #русская_классика #честь_и_месть #дворянская_проза