Все чаще можно встретить блогеров и других известных деятелей, которые продают свой биоматериал. А поскольку у многих людей есть иллюзии относительно идеальности тех или иных личностей, то, конечно, донорство яйцеклеток или спермы кажется классной идеей. Почему бы не родить сына с генетикой Павла Дурова?
Поговорим сегодня о донорстве яйцеклеток и спермы с точки зрения семейных систем.
Донорство яйцеклеток и спермы – это благо?
Семья, как и любая другая система имеет свои законы, и от них зависит наше здоровье и благополучие. С одной стороны, в рамках темы донорства биоматериала нам нужно рассмотреть тех, кто сознательно отдает свои яйцеклетки или сперму, чтобы из них родился ребёнок в другой семье. А с другой стороны, есть сам ребенок, и то, что с ним будет происходить.
Часто донорство происходит анонимно, и люди, получающие чужую сперму или яйцеклетку, не знают, кому она принадлежит. Но встречаются и другие истории, когда у мужчины не может быть детей, а женщина очень хочет и она просит другого мужчину стать отцом ее ребенка.
С яйцеклетками всё сложнее. Возможно, есть ситуации, когда кто-то обращается к близкому человеку или неблизкому с просьбой быть донором яйцеклеток, но, на мой взгляд, это от скудоумия. Не ведают люди, что творят. Им кажется, а что такого? Всё равно пропадает, условно говоря.
Ситуации могут быть абсолютно разные, у кого-то как будто бы нет другого выхода, чтобы получить естественную беременность, и он прибегает к донорскому материалу. У других партнёр, например, не состоятелен в этом вопросе, но хочется очень ребёнка.
И у нас появляется вот такой рынок яйцеклеток и сперматозоидов в рамках рынка медицинских услуг. То есть как будто бы это таблетка или как клизму или градусник поставить. Ну, а что такого? Купил донорскую клетку, а ребёночек-то всё равно твой.
Но если мы углубимся в законы семейных систем, то поймем, что донорство яйцеклеток и спермы – это изощренный вариант усыновления, а усыновление – это «опасное дело».
Почему усыновление и донорство биоматериалов – опасное дело?
Наверняка, у вас возникает вопрос: «Почему усыновление опасно?»
«Тому, кто делает это без важной причины, придётся за это дорого заплатить или одним из собственных детей, или же партнёром». И это не мои слова, это слова Хеллингера, основателя системной семейной терапии. Именно Хеллингер описал законы семейной системы и много говорил об усыновлении.
Отсутствие детей в семье – это не ошибка или поломка, просто в этой семейной системе по какой-то причине дети и не должны появиться. Возможно, места для ребенка нет, или оно занято чем-то другим – карьерой, домашним животным и др. Может быть, мужчина и женщина должны решить какой-то важный вопрос, разобраться в отношениях, или им нужно развиваться. Но они не хотят идти вглубь и зациклились на желании родить ребенка, по сути, они хотят купить ребёночка, понимаете? Пойти и решить все проблемы через ЭКО, то есть через медицинскую услугу.
Семье, у которой по какой-то причине нет ребёнка, я прямо настоятельно рекомендую почитать «Порядки любви» Хеллингера, особенно раздел «Осуществлённое и неосуществлённое».
Если вы обходите систему, получаете ребенка, для которого места не было, вы заплатите партнером или партнерством. И такие истории можно увидеть в публичных семьях, когда с помощью ЭКО появляется ребенок, но муж уходит их семьи, или один из супругов умирает.
Экстракорпоральное оплодотворение может использовать целиком и полностью материал родителей – мамина клетка, папина клетка. Может, у мамы по причине внематочных беременностей, например, были удалены обе трубы.
Эко – это способ оплодотворения вне тела женщины, и оно может производиться со своим генетическим материалом. И тогда это совершенно другая история. Не об этом вообще речь. Мы говорим о том, когда происходит замена генетического материала, когда женщина вынашивает не своего ребёнка, и биологически он принадлежит не её родовой системе, это не её яйцеклетка.
Рождается ребёнок, и пара разводится, муж отсуживает этого ребёнка, то есть ребёнок остаётся с ним, он женится, ребёнка воспитывает вообще условно уже третья мать, потому что первая мать – это биологическая, которая дала яйцеклетку для этого ребёнка. Вторая мать – которая выносила. И ребёнок даже и не знает, не догадывается, что, на самом деле, мать ему не мать, что мать, которая его выносила и родила, тоже ему не совсем мать, и что там присутствует ещё одна мать, которая дала яйцеклетку.
Но здесь важно понимать, что семейной системе, которая принимает ребёнка, нужно будет заплатить своим членом семейной системы. И, как правило, это про малую (ядерную) семью, потому что есть понятие малая семья, мама, папа, я. А есть понятие большая семья. Большая семья – это братья, сёстры, мамины братья, папины братья, предыдущие жёны, предыдущие мужья, это всё большая семья. Бабушки, дедушки, сёстры бабушек, сёстры дедушек.
И, как правило, оплата за принятого ребёнка, происходит из ядерной семьи. Это первое, что нам надо с вами знать.
Что происходит с ребенком, рожденным от других биологических родителей?
В формате использования донорских материалов есть ещё ребёнок, который из этих донорских материалов появится. Тот самый живой человек, который родится из этих донорских материалов.
Если ребёнок, которого взяли из детдома или дома малютки, усыновили, то возможно, это было сделано в связи с трагедией – родственники погибли. У усыновлённого ребёнка ещё есть шанс узнать, что он не родной, а это очень важно для ребёнка – знать, какой родовой системе он принадлежит, что у него есть другой отец и другая мать. Но у ребёнка, который сделан из биоматериала других людей, практически нет шанса узнать, что он для этих людей биологически не родной, что у него есть ещё какие-то другие биологические родители.
Как правило, этот ребёнок выношен женщиной, которая прибегает к использованию донорского материала, и этот ребёнок считается родным. Это не просто усыновление уже готового человека, это гораздо более запутанная штука с точки зрения родовой системы.
Допустим, мы взяли донорский материал. Зачем об этом об этом вообще ребёнку сообщать, да? Ну, это же наш ребёнок, мы его вырастили, мы его родили самостоятельно, я его кормила грудью, допустим. Какая разница, что яйцеклетка не моя? Понимаете? Как бы у такого ребёнка нет шанса узнать, что он, вообще-то, принадлежит ещё и к другой родовой системе. И вообще, к какой родовой системе он принадлежит больше? Одному Богу известно. Страшная игра. И страшна она потому, что у ребенка с большой долей вероятности будет расщепление личности. Потому что есть женская фигура, которая не является моей семейной фигурой, условно, но я её знаю как свою маму, и есть что-то женское во мне, какая-то анима, которая проявляется во мне, но которая к моей маме вообще не имеет никакого отношения, или мужская фигура, которая говорит во мне, но которая к моему отцу не имеет никакого отношения. И эти фигуры проявляются в ребенке, это и есть расщепление, и ребенок не понимает, что с ним происходит.
Донорство спермы: а что тут такого?
А теперь поговорим про донорство спермы. Например, студент может сдавать свой биологический материал постоянно для того, чтобы денег заработать на шаверму, это классическая история какого-нибудь военного института или военного училища. И к моменту появления его желанного ребёнка у него может быть уже много детей.
Во-первых, желанный ребёнок может не появиться. Начнём с этого, потому что семейная система не резиновая, а в ней 1000 детей в одном поколении обычно не помещается. И когда он захочет своих детей, может не остаться места для своего ребёнка. Раз. А два, у него могут родиться свои детки. И он будет считать, что это его первый ребёнок, и его жена будет считать, что это его первый ребёнок. Но он на самом деле одиннадцатый, например.
И ребёнок тоже не знает, что он одиннадцатый, что у него там 10 старших братьев и сестёр, но он всё время чувствует, что он не один, но не знает ничего, это тайна, а всё тайное стремится быть проявленным.
Как выглядит у ребёнка то, что он чувствует, что он не один? Ну, пока ребёнок маленький, это «не один» выглядит как фантазия – у меня есть братики, сестрички, но они живут не со мной. Он прямо это чувствует, из поля берёт. Маленькие дети это хорошо чувствуют.
Когда он подрастает, становится подростком, он ещё поле чувствует, но уже объяснить не может, он его не видит, он его чисто чувствует на уровне подсознания, и он начинает понимать, что он проявляет тех самых 10 братьев и сестёр, представляет, что он не один, разговаривает с детьми, которых физически рядом нет, копирует речь и привычки тех, кто существует в его голове.
Сам ребёнок будет понимать, что с ним что-то не так, но он ничего с собой поделать не может. И здесь у нас тоже путь в малую или в большую психиатрию. К сожалению, в большинстве случаев это так, иногда просто в серьёзные нарушения.
Чтобы глубже разобраться в этом вопросе, посмотрите запись моего эфира «Донорство яйцеклеток и спермы с точки зрения семейных систем». Там освещено больше аспектов этой сложной и глубокой темы. Все материалы или ссылки на них ЗДЕСЬ.