Учитель сказал бабушке фразу, которая могла сломать любому судьбу: «Ваш внук никогда не станет музыкантом». Сам мальчик в тот момент был готов на всё, лишь бы избежать ненавистных уроков — говорят, даже прыгал в окно. Прошло больше тридцати лет. Сегодня этого «безнадежного» внука знает вся страна, его концерты собирают «Олимпийский», а в зал приходят тремя поколениями сразу. Как вышло, что из бунтаря вырос главный мелодист страны?
Он бегал от музыки. Буквально.
Семья жила на первом этаже. Это имело значение. Когда в дверь звонил учитель фортепиано Алексей Шмитов, маленький Дима делал единственное разумное, на его взгляд, действие: открывал окно и уходил во двор. К ребятам, к хоккею, к обычной жизни.
Шмитов жаловался бабушке, Валентине Феоктистовне. Говорил прямо: ваш внук никогда не станет музыкантом. Бабушка расстраивалась. Дима, судя по всему, нет.
Отцовский ремень лежал на крышке рояля. Не для красоты — для напоминания. Именно этот педагогический приём и творческая атмосфера дома в итоге оказались сильнее всех побегов через окно.
До четырнадцати лет Дима Маликов мечтал стать хоккеистом. В четырнадцать что-то переключилось — он сел за рояль уже по-настоящему. А в шестнадцать написал первую песню. Называлась она «Железная душа». Название, как выяснилось, пророческое.
А вот это мало кто помнит
Органист Алексей Шмитов, предсказавший мальчику музыкальное небытие, впоследствии стал уважаемым педагогом Московской консерватории. Интересно, рассказывает ли он студентам эту историю.
Немецкий продюсер выбрал другого. И пожалел.
Это история, которую сам Маликов рассказал в большом интервью журналу «Афиша Daily» — и которую почти никто не вспоминает.
Baroque
1992 год. Маликов уже известен в России, но хочет большего. Он едет в Германию и создаёт дуэт с голландской певицей Оскар. Называют его Baroque. Выходит сингл «Don't Be Afraid» — звучит на немецком телевидении, крутится на радио. Кажется, что вот оно — европейское признание.
«Мы делали в 1992 году проект Baroque в Германии. И параллельно компания, с которой я работал, раскручивала Haddaway. И он у них тогда так попер, что они забили на нас. У него покатило, а у нас тогда нет. Но сейчас он непонятно где, а я ещё пока живой.»
Маликов же вернулся в Россию, продолжил работу и в итоге отметил тридцать пять лет на сцене. Иногда проигрыш — это просто другой маршрут.
1995 - год Монте-Карло
В 1995 году — уже после немецкой истории — Маликова пригласили на престижнейший фестиваль World Music Awards в Монте-Карло. Он получил там Гран-при в номинации «Лучший исполнитель года по продажам». Это международная премия, которую в разные годы брали Майкл Джексон и Мадонна.
За его плечами — 35 лет работы на сцене. За это время он стал, пожалуй, единственным в стране артистом, которому удалось органично соединить эстрадную стихию с миром классической музыки. Лучшее доказательство — проект PIANOMANIЯ. Это не просто концерт, а авторское высказывание: Дмитрий садится за рояль и исполняет Баха, Моцарта, Рахманинова и Прокофьева в собственных аранжировках. Смысл тут простой и смелый — стереть границы между вечным и современным, показав, что классика может звучать по-новому и цеплять за живое.
Тихая работа, о которой не пишут
В 2012 году Маликов придумал штуку, о которой мало кто знает. Назвал «Уроки музыки» и поехал с ними по стране. Никаких сборов, всё бесплатно — для детей и учителей. Иркутск, Нижний Новгород, глубинка. Объясняет он это просто: «Надо, чтобы музыка приносила радость, а не была каторгой». Вдумайтесь только: за три года — 104 встречи, 50 тысяч ребят в зале, полторы тысячи юных дарований сыграли с ним дуэтом. И это продолжается до сих пор.
Про это не трубят по телевизору. Таблоидам такое неинтересно, им нужны скандалы. Но именно здесь, в этой незаметной работе, пожалуй, и спрятан самый честный итог его 35-летней карьеры.
А вас в детстве заставляли заниматься музыкой? Бросили или до сих пор играете?