Сейчас модно говорить, что это просто возраст.
Мол, после 30 начинаешь ворчать и видеть в молодёжи проблему.
Возможно.
Но я всё чаще ловлю себя на мысли: дело не в возрасте. Что-то реально изменилось.
Недавно сидел в кафе. За соседним столом парень — лет 25, дорогие кроссовки, айфон последней модели — эмоционально объяснял кому-то по телефону:
— Я так больше не могу. Это токсично. Я не обязан это терпеть.
Сначала подумал — серьёзный конфликт.
Потом услышал продолжение.
Начальник отправил отчёт на доработку.
Всё.
Ни крика. Ни унижения. Ни штрафа. Просто переделай.
И это уже — токсичность.
Я поймал себя на странной реакции. Меня даже не сам парень задел. А то, насколько легко обычный рабочий момент превратился в драму.
Мы перестали отличать сложность от несправедливости
Мне кажется, мы начали путать две вещи:
- Когда с тобой правда поступают плохо.
- Когда тебе просто неприятно.
Это не одно и то же.
Неприятно — не значит унизительно.
Трудно — не значит абьюз.
Критика — не всегда травма.
Я сам, кстати, не святой. Пару лет назад ушёл с проекта, потому что не моё. Сейчас понимаю — просто не выдержал давления. Было проще выйти, чем дорасти.
Тогда я называл это осознанностью.
Если честно — это была слабость.
Мы хотим комфорта быстрее, чем результатов
Работа должна быть интересной.
Отношения — поддерживающими.
Друзья — понимающими.
И всё это — желательно без этапа притирки, ошибок, конфликтов и усталости.
Но любая система ломается, если из неё убрать напряжение.
Мышцы без нагрузки становятся мягкими.
Характер — тоже.
И вот тут начинается самое неприятное.
Слабость стала звучать красиво
Я выбираю себя.
Мне это не откликается.
Это нарушает мои границы.
Иногда — да, так и есть.
А иногда это просто новая форма фразы:
Мне тяжело, и я не хочу терпеть.
Я понимаю, что сейчас многие мысленно со мной спорят. И, возможно, правильно делают.
Потому что есть и другая крайность — терпеть всё подряд и разрушать себя.
Но ощущение, что маятник качнулся слишком сильно.
Мы стали лучше разбираться в терминах.
Но хуже — в выдержке.
И вот вопрос, который меня реально волнует.
Если убрать красивые слова —
мы правда стали бережнее к себе?
Или просто менее устойчивыми?
Интересно, кто узнает в этом себя.
И кто скажет, что это просто старческое брюзжание.
