Антон шёл через парк и увидел уютную скамейку, одиноко стоящую у фонтана. Он решил присесть, передохнуть немного.
Вокруг было так тихо, так спокойно, так красиво. Высокие деревья, растущие вдоль широкой асфальтированной дороги, смыкались где‑то в вышине верхушками, образуя купол, сквозь который пробивались солнечные лучи. Всё это выглядело как декорация к сказке.
По дороге туда‑сюда ходили люди: кто‑то торопился по своим делам, кто‑то неспешно прогуливался. Улыбающиеся молодые мамочки — поодиночке и небольшими группами — катали коляски; сновали маленькие дети на самокатах и велосипедах. Идиллическая картина.
Этот городской пейзаж напомнил Антону место из его собственного прошлого — красивый парк в центре маленького городка, где прошло его детство.
Мать Антона много работала. Воспитанием мальчика до пятого класса занималась в основном бабушка. Они часто гуляли в парке, кормили птиц, разговаривали обо всём на свете. Бабушка всегда покупала внуку либо вкусную булочку в местной пекарне, либо мороженое.
Иногда Антону встречались в парке знакомые ребята со двора — такие же, как он, приходившие сюда с родителями или бабушками и дедушками. Тогда они затевали весёлую игру вокруг фонтана или среди высоких деревьев.
Светлое было время, спокойное. Антон, вспомнив бабушку, привычно улыбнулся. Теперь он мог думать о ней со светлой грустью — не то что сразу после её ухода.
Это случилось, когда Антон уже был достаточно взрослым: он учился на третьем курсе университета. Но всё равно парень рыдал, не стесняясь слёз. Бабушка была, пожалуй, самым близким и родным человеком для него. Именно она, как никто другой, понимала Антона.
Он часто вспоминал о ней, особенно в знаковые периоды своей жизни. Всё думал, как бы бабушка отнеслась к тому или иному событию. Сожалел, что она не видит его успехов, не может разделить с ним радость побед.
А побед было достаточно. Антон окончил университет с красным дипломом и стал квалифицированным молодым инженером — как когда‑то и мечтала бабушка. Именно она заметила, что маленький Антон не просто собирает фигурки из конструктора…
Он строил удивительно симметричные и продуманные сооружения, интуитивно выбирая правильные пропорции. Бабушка обнаружила способности внука к математике ещё до того, как тот отправился в школу.
— Это блестящий ум, будущий талантливый инженер! Его ждёт большое будущее, — нередко говорила бабушка с гордостью, поглядывая на Антона.
Мать мальчика лишь улыбалась. Антон, хотя и был совсем малышом, прекрасно понимал: маме кажется, будто бабушка нахваливает его только из‑за слепой любви. Но мама ошиблась — а вот бабушка оказалась права. Во всём, кроме «большого будущего».
Антон действительно оказался талантливым математиком. Выяснилось это в первом же классе. Пока другие дети с трудом справлялись с элементарными операциями, Антон лихо решал задачи повышенной сложности — такие давали четвероклассникам. Учительница давала мальчику дополнительные задания, чтобы он не скучал на уроках.
Бабушка дополнительно занималась с внуком дома. Она работала в архитектурном бюро до выхода на заслуженный отдых и тоже была неплохим математиком. Потому не без оснований считала, что Антон пошёл в неё, — и очень этим гордилась.
— Эх, жаль, дед не видит, какой ты у нас! — не раз вздыхала она, разглядывая очередную грамоту Антона с городской олимпиады математиков.
Дедушка умер, когда Антону было несколько месяцев. Бабушка скучала по супругу и часто рассказывала внуку о нём. Дед был хирургом — увлечённым, внимательным, вдумчивым. В их городе его любили и уважали.
Не стало дедушки прямо на рабочем месте. Резко закружилась голова, потемнело в глазах, сдавило грудь. Его тут же доставили в отделение кардиологии, диагностировали инфаркт — но, к сожалению, не спасли.
Антон никогда не видел дедушку, но это не мешало ему его любить. Бабушка и — в меньшей степени — мать создали в голове ребёнка яркий, реалистичный образ. Дело довершили фотографии деда: у бабушки их было огромное количество. Так что дедушка всё же присутствовал в жизни Антона.
А вот отца своего мальчик не знал — от слова «совсем». Когда Антон немного подрос, он, конечно, начал задавать вопросы. В то время ему очень не хватало мужского плеча рядом. Бабушка и мама — это отлично: они хорошие, заботливые, добрые. Но должен же быть кто‑то, с кем можно поговорить на мужские темы, погонять мяч, обсудить какие‑то проблемы.
Мама долго уходила от ответа; бабушка — тоже. Она неизменно перенаправляла внука с его вопросами к дочери:
— Не моя это тайна, и точка.
Мать пыталась перевести разговор на другую тему или ссылалась на занятость.
А однажды мать не выдержала:
— Да бросил он меня, когда узнал о беременности, сбежал — вот и всё. Обычная история. Он иногородний был. Говорил, из Архангельска, а там — кто его знает. Здесь проездом оказался. Мы на дискотеке познакомились. Наврал мне с три короба, потом исчез. После его отъезда я поняла, что тебя жду. И ещё поняла, что оставлю ребёнка во что бы то ни стало.
Она помолчала, собираясь с мыслями, и продолжила:
— Хотя в отце твоём с самого начала была не уверена. Да и как можно быть уверенным в человеке, которого почти не знаешь?
Родители её поддержали.
Потом отец Антона снова появился в их маленьком городке — приезжал периодически на заработки. Парень решил встретиться с той самой девушкой, с которой несколько месяцев назад так чудесно провёл время. Позвонил, пригласил на свидание — а она пришла с уже округлившимся животиком.
Отец Антона исчез. Всё, что знала о нём мать, — имя и город проживания. Да и то не факт, что эта информация была достоверной: парень вполне мог и присочинить.
— Мы не искали его никогда, — вздохнула мать. — Зачем? Он же знал, где я живу. Если бы захотел, сам бы нашёл. А он сбежал, испугался. Я и не виню его даже. Вот такая вот некрасивая история. Извини уж, что так получилось.
Антон был тогда уже в достаточно осознанном возрасте, чтобы понять: матери тяжело вспоминать о тех временах. Ведь получалось, что она повела себя слишком легкомысленно, а потом её бросили. Не особенно красиво мама выглядела во всей этой истории — потому и не хотела рассказывать.
Но Антону всё равно важно было узнать правду. С тех пор мальчишка перестал мечтать о долгожданной встрече с отцом, перестал представлять его героем — лётчиком, моряком дальнего плавания, военным, человеком, который не может встретиться с сыном из‑за своей важной и опасной работы. Признание матери избавило парня от иллюзий.
Лет до одиннадцати‑двенадцати Антон жил у бабушки, потом переехал к матери. Она снимала квартиру неподалёку от математического лицея — добираться до школы было удобнее от матери, вот Антон и перебрался к родительнице. Он был уже достаточно взрослым, нянька в виде бабушки ему больше не требовалась. И всё равно Антон каждые выходные ездил к бабушке.
Скучал он по ней — по своей комнате, по коту Бублику, по той атмосфере, что царила в квартире, где прошло его детство.
В новом лицее у Антона случилась первая любовь — да такая, что и словами не описать. И при этом безответная. Избранницей мальчика стала девочка Вика. Они учились в разных классах, но физкультура у них проходила в одно время.
Антон не блистал спортивными талантами. Отличником и золотым медалистом он не стал только из‑за физкультуры. По всем предметам в дневнике красовались пятёрки, а вот по физре — слабенькая и явно натянутая четвёрка. Антон никогда не любил уроки физкультуры — до тех пор, пока их класс не стал заниматься совместно с шестым «В».
Вику невозможно было не заметить. Высокая, стройная, лёгкая и грациозная, как пантера. Антон любовался её чёткими, слаженными движениями, зачарованно следил, как переливаются в момент движения длинные блестящие волосы девочки, напоминающие цветом расплавленный шоколад.
По школе Вика часто ходила с распущенными волосами, но на физкультуре всегда собирала их в высокий хвост. Антону нравилась эта причёска: она оставляла открытым лицо девочки, и можно было любоваться её совершенными чертами. Прямой нос, тёмные брови вразлёт, пухлые, красиво изогнутые губы, огромные глаза какого‑то нереального бирюзового оттенка. Они сияли на смуглой коже, как два озера.
Вика была красавицей и прекрасно знала это. Замечали её красоту и другие: за Викой всегда ходили толпы поклонников. А она не прогоняла их — со всеми была приветлива и дружелюбна, но и не подпускала никого к себе особенно. Это радовало Антона.
Он не был в толпе явных почитателей Вики — на это у него не хватило смелости. Вокруг девочки крутились в основном популярные парни: красавцы, спортсмены, уверенные в себе и обладающие отменным чувством юмора. Антон никогда таким не был.
Зато у него имелись другие достоинства. Мальчишка быстро стал одним из лучших математиков в лицее. Бабушка оказалась права: талант Антона действительно раскрылся в стенах специализированной школы в полной мере. Учителя хвалили его, занимались с ним дополнительно, давали задания повышенной сложности.
В своём классе Антон быстро стал человеком, у которого всегда можно списать домашку. Парень никому не отказывал: «Что, мне жалко, что ли, в самом деле?» За это его в классе уважали.
Слава о математических способностях Антона распространилась и за пределы его класса. И однажды к нему прямо на перемене подошла она — Вика.
Вместо физкультурной формы девочка была одета в чёрное платье с белым воротничком, подчёркивающее точёную фигуру. Антон в первое мгновение совершенно растерялся от её близости.
— Привет, — лучезарно улыбнулась Вика. — Меня Вика зовут. У нас с вашим классом физкультура в одно время. Помнишь меня?
Она ещё и спрашивает, помнит ли он её! Да знала бы эта красавица, сколько времени у него отнимают мысли о ней…
Антон слабо кивнул. Из‑за обуревавших его эмоций он не мог выговорить ни слова. Вика подошла к нему. Сама! Она говорит с ним! Какая‑то странная, просто нереальная ситуация — но очень приятная.
— Понимаешь, — продолжила Вика, немного замявшись, — математичка нам на дом дала контрольную, сложную. Я ничего там не поняла. А у меня это решающая оценка. Получу три — и всё, тройка в четверти. Мать меня тогда прибьёт. Выручишь?
Антон готов был ради Вики не то что контрольную решить — горы свернуть. Конечно же, он согласился. Надо было видеть, какой радостью загорелись бирюзовые глаза девочки.
— Спасибо! — Вика в порыве чувств обняла Антона.