Романтическая драма “Грозовой перевал” – это тематический аттракцион по мотивам одноименного романа 1847 года Эмили Бронте. По мотивам потому, что за основу сценария взята одна лишь линия и прямолинейный неисследовательский ее пересказ на подростковый лад.
Режиссером и сценаристом новой адаптации стала Эмиральд Феннел, известная по фильмам “Девушка, подающая надежды” (2020, Oscar за сценарий) и “Солтберн” (2023). Из “Солтберна” в “Грозовой перевал” перекочевали вожделение и Джейкоб Элорди.
Феннел, которая впервые прочитала роман и впечатлилась им в возрасте 14 лет, очень дерзко обошлась с первоисточником, похоже, даже не заботясь о сохранении глубины того.
В романе, когда отец семейства Эрншо собирался в Ливерпуль, он спросил своих детей, какие подарки им привезти. Хиндли попросил скрипку, а Кэтрин – хлыстик; она всегда была хорошей наездницей. Позже, через пару страниц, есть момент, когда отец Эрншо сетует на неугомонность дочери: “Почему ты не можешь всегда быть хорошей девочкой, Кэти?” Может, хлыстик и формулировка “хорошая девочка” запустили у Феннел ход мысли?
В самом начале ее фильма есть сцена, когда отец говорит Кэтрин: “Учись понимать шутки, зануд никто не любит”. Только эта реплика по большей части адресована не Кэтрин Эрншо, она просто вписана в диалог, а усвоить ее должны зрители – перед вами не любовное письмо классике, наполненное почтением, а поп-развлечение, аттракцион, оторвитесь по полной (этот призыв есть и на постере – Come Undone). Только мне что-то этот аттракцион по душе не пришелся. Фу, зануда. Ну, пусть так. Я чувствую себя как викторианец в апреле 1896 года, которому впервые показали фильм “Поцелуй” с Мэй Ирвин и Джоном Райсом.
Сюжет
Эмиральд Феннел из романа вырвала как позвоночник из тела единственную сюжетную линию Кэтрин и Хитклиффа, многие родственники отвалились, но прицепились только двое из Линтонов, потому что они должны жить в соседней усадьбе Дрозды (так как в оригинале Thrushcross Grange, где корень thrush – это дрозд). Вот из этого она и сделала отдельную историю без особого смысла. Без точек зрения.
Мистер Эрншо, хозяин поместья Грозовой перевал, из поездки в Ливерпуль вернулся с мальчиком, который, как он выяснил, никому не нужен. Ему было жалко мальчика, потому он его и приютил. Пожаловал своей дочери Кэтрин как домашнего питомца. Кэтрин назвала его Хитклиффом – в честь умершего брата.
С момента появления мальчика в поместье Кэтрин и правда вела себя с ним будто это ее щенок, хотя Хитклифф проявлял очевидные признаки глубоких к ней чувств – ему нравилось, когда она рядом, он готов был защищать ее, но его ранило, когда она его оскорбляла, при этом он всегда ее прощал.
Когда они повзрослели, просто играть стало труднее. Тем более, Кэтрин пора выходить замуж. Отец к этому времени разорился, поместье пришло в полный упадок. Так что муж для Кэтрин должен быть богатым, чтобы обеспечить ее будущее. Мистер Линтон из усадьбы Дрозды очень подошел на эту роль.
Оскорбленный Хитклифф покинул Грозовой перевал не в силах пережить предательство Кэтрин.
Открывающая сцена как заявление, насколько это вольная адаптация
Есть очень старая шутка: “Чем отличается эрoтикa от поpнo? – В эрoтике используют перышко, а в пopно всю курицу целиком”.
Открывающий эпизод как раз задает тональность всему фильму – это будет очень странная фантазия на тему отношений между Кэтрин Эрншо и приемышем неизвестного происхождения Хитклиффом. Если Эмили Бронте и подразумевала что-то большее между молодыми людьми, то это было так глубоко между строк, что предположение читателя об этом казалось сплетней, ну, скажем, было что-то вроде перышка; в то же время Эмиральд Феннел решила рассуждать открыто – да, было. Они только и думали об этом; одна мысль о том, что они могут лечь вместе, распаляла их не меньше, чем сам процесс. Кэтрин так точно нравилось дразнить Хитклиффа и когда он был мальчиком, и когда стал старше. Кэтрин вообще нравилось страдать и делать драму, что она, любя своего друга, отталкивала его многие годы, будто расстояние между ними тоже разжигало ее фантазию.
В открывающей сцене с повешенным, на кого завороженно смотрят горожане и каждый видит свое, Кэтрин возмечтала, что хочет также задыхаться от страсти, быть в таком же стихийном плену чувств, чтобы прямо сойти в могилу от их силы. По крайней мере, я так это прочитала.
Плюс могу предположить, что это тоже послание от режиссера/сценариста – каждый увидит свое в силу обстоятельств, неспроста же камера оператора обвела широкий круг зрителей (подростки, монашка, молодая парочка, которая тут же принялась страстно целоваться, обычные наблюдатели, наблюдающие безэмоционально, словно ничего такого не произошло).
Таким образом, Эмиральд Феннел сделала большую ставку – взять серьезный материал и взглянуть на него максимально смело и с вожделением, то есть использовать “целую курицу” и посмотреть на реакцию. Конечно, от чисто икс-рейтед фильм отличается, но в рамках британской сдержанности страсти тут довольно много. Такого вересковые пустоши еще не видели.
О чем получился “Грозовой перевал” Эмиральд Феннел
В целом обычная романтическая драма о несчастной обреченной любви между хозяйской дочерью и безродным приемышем. Если ее оформить только красивыми костюмами и умными диалогами, вряд ли бы фильм нашел отклик. Максимум бы его номинировали на Oscar, но не было бы повышенного интереса, обсуждений и споров. Потому мы имеем то, что имеем – ‘курицу’ в красивых платьях, вдохновенно разработанных без учета эпохи художником по костюмам Жаклин Дюрран.
Думаю, на этапе разработки ситуация сложилась такая: не было опасений, что таким образом интерпретированная история ничего не сможет дать зрителям в духовном плане; наоборот, а сколько мы заработаем, если интерпретируем эту историю именно так.
Боссы Warner Bros. были приятно удивлены сборами, так как они превзошли их ожидания на начальном этапе. Фильм с рейтингом R заработал с момента премьеры 83 миллиона долларов в мировом прокате. То есть сборы поравнялись с производственным бюджетом, но дальше еще премьеры в других странах (Япония, Вьетнам и Китай), так что стоит ожидать, что сумма сборов вырастет, чтобы окупить и маркетинговые издержки.
Меня как раз не устраивает тот момент, что расчет был на примитивный уровень восприятия, будто зрителей воспринимают совсем уж недалекими, чтобы развлекать практически “средним пальцем”, что они будут поедать то, что бросили и радоваться, что не пришлось долго пережевывать. Но sex sells, и это проверено.
Интересно, в какую сумму для студии Warner Bros. обошлась похвала от сотрудников “Музея сестёр Бронте” (Brontë Parsonage Museum) в адрес фильма Эмиральд Феннел. В преддверии официальной премьеры Warner Bros. организовали для них специальный показ, а потом статья с положительными откликами была опубликована в The Guardian. Сотрудники музея простили неточности и непочтение, назвали версию освежающей, а Джейкоба Элорди одобрили безоговорочно.
Это вполне маркетинговый ход – исключить сомнения по поводу качества новой адаптации, заручившись поддержкой сотрудников музея Бронте. Раз они одобрили, имеет ли право рядовой зритель критиковать видение Феннел.
Мои мысли и впечатления после просмотра
Прелесть романа “Грозовой перевал” в том, что в нем есть сторонний наблюдатель (мистер Локвуд, который арендовал усадьбу Дрозды) и непосредственный свидетель событий (экономка Нелли Дин). Это если брать ту часть истории, которая касается Кэтрин и Хитклиффа.
Как минимум на этом можно выстроить интересное повествование для экранизации. То, как было на самом деле; то, как это видит наблюдатель; то, как это воспринимает слушатель; да и то, как историю передает рассказчик, тоже интересно, потому что личное отношение к участникам истории играет большую роль.
В фильме же нет точек зрения, это линейное повествование, сведенное к элементарным проблемам, – зависть, корысть, месть, затаенная обида. Но, когда присутствует загадочность, становится интереснее.
Кэтрин подсматривала за Линтонами через стену, вытягивая шею, чтобы рассмотреть получше, так и зрителю нужно в правильных местах ставить ‘стену’, чтобы он хотел через нее перебраться за разгадкой. В романе Эмили Бронте как раз такими ‘стенами’ служат повествования с точки зрения разных людей. Мистер Локвуд смотрел на новую для себя местность с юмором, ему оказался симпатичен Хитклифф, потому что он был такой же необщительный как сам Локвуд. Только я подумала, что весь роман будет таким забавным, как по просьбе Локвуда Нелли Дин стала рассказывать, кто есть кто в Грозовом перевале. И начала выстраиваться другая картина – более объемная и подталкивающая к размышлениям.
В романе отец привез в Грозовой перевал брошенное никому ненужное “дитя, достаточно подросшее, чтобы ходить и говорить”; и которого назвали Хитклиффом в честь умершего брата Хиндли и Кэтрин.
В фильме Хиндли не существовало в целом, отец привез своей единственной дочери брошенного мальчика в качестве домашнего питомца, типа щеночка.
В романе у Эмили Бронте Хитклифф превращается в символ – он проходит путь от безродного приемыша до хозяина тех, кто дал ему дом, и может командовать теми, кто раньше его даже не замечал. Ситуация сильно меняется – Хитклифф превращается в джентльмена, а Изабелла Линтон – в замарашку: “Лишь он один выглядел прилично – пожалуй, никогда он не выглядел лучше, чем теперь. Обстоятельства настолько изменились, что человек посторонний принял бы его за родовитого и воспитанного джентльмена, а его жену – за нищую замарашку из низов,” – рассказывает Нелли.
Вспоминается драма Мартина Скорсезе “Убийцы цветочной луны” со схожей с романом “Грозовой перевал” идеей, когда пришлые занимают главенствующую позицию, а истинных хозяев подавляют, превращая в слуг.
В фильме же Хитклифф так и остается щеночком для Кэтрин (даже после того, как стал хозяином Грозового перевала), который твердит ей одни и те же признания, что готов идти за ней на край земли, хоть за край. Только в этом проявляется его нечто цыганское, ни в чем другом он на литературного Хитклиффа не походит. Хотя тема наследования была бы очень интересна – пусть эту версию Хитклиффа и создали щенком, но было бы неплохо добавить твист, чтобы он как в романе начал бы предпринимать попытки завладеть еще и поместьем Дрозды.
В период, когда развивается действие романа, Ливерпуль, где мистер Эрншо подобрал Хитклиффа, был оживленным портом, где велась работорговля. Можно допустить, что мальчик был ребенком рабов. А нет худшего хозяина, чем бывший раб.
Конечно, это не первая экранизация или переосмысление, которая приводит в замешательство, но есть один удачный вариант, который мне сейчас пришел на ум. Сценарий южнокорейской драмы/ужасов “Жажда” Пака Чхан-ука заимствует сюжетную линию романа “Тереза Ракен” Эмиля Золя. Но придает истории вообще другую форму, раскрывает тему паразитирования иначе, не как Золя, хотя его идея сразу считывается. Может, с “Грозовым перевалом” стоило поступить так же? Дать другое название и как-то интереснее раскрыть тему смены социального статуса и перехода ролей от одного к другому, когда хозяин превращается в зависимого.
В качестве заключения
Но надо отдать должное Джейкобу Элорди – исполняет он роль хорошо. Хотя его и лепят по типу “интернет-бойфренда” (внимательный и всепонимающий взгляд, надежность), но он все же старается не просто красоваться и халтурить, а давать драму лицом.
Также меня невероятно удивил Шазад Латиф, исполнивший роль Эдгара Линтона. Он сделал утонченный аристократичный образ, получился надежный заботливый муж для Кэтрин, которого она не заслуживает.