В прихожей разрывался домофон. Алина, уже накинувшая плащ и поправляющая перед зеркалом серьги, нахмурилась. Она ждала такси и подругу Свету — сегодня они шли на премьеру в театр. Нажав кнопку, она услышала голос, от которого внутри всё неприятно сжалось.
— Алина, привет! Открывай, это Марат.
— Марат? — переспросила она, не веря своим ушам. — Руслан в командировке. Ты разве не знаешь?
— Знаю, конечно. Я от него. У вас же там трубы потекли? Он просил глянуть, пока сантехник не приехал, — голос Марата звучал слишком бодро и фальшиво.
Алина усмехнулась своему отражению. Руслан знал, что она терпеть не может этого типа. Марат был из тех «друзей», которые на каждом корпоративе шепчут мужьям: «Смотри, бабы — они такие», а сами при этом липнут ко всем подряд.
— Сантехник уже был утром, всё в порядке. Руслану я написала, — отрезала она, даже не думая открывать дверь.
— Алин, не будь букой. Я на пороге постою, гляну одним глазом и уйду. Начальник, блин, переживает. Доверяй, но проверяй, — Марат засмеялся собственной шутке.
Алина закатила глаза. Спорить с ним через домофон было бесполезно, а соседи и так вечно жалуются на шум. Она нажала кнопку открытия подъездной двери.
Когда он вошёл в квартиру, его взгляд тут же скользнул по ней — от туфель на каблуках до уложенных волос. Липкий, раздевающий взгляд, который Алина узнавала безошибочно.
— Опаздываешь? — спросил он, проходя в коридор даже не думая разуваться.
— Да. Так что давай быстрее, — сухо ответила она, пропуская его в ванную.
Марат пару секунд постучал по трубам, покрутил вентили и, удовлетворённо крякнув, вышел. Алина уже стояла в прихожей с сумочкой наперевес, всем своим видом показывая, что аудиенция окончена.
— Ну вот видишь, я же быстро, — улыбнулся он, но вместо того чтобы уйти, вдруг развернулся и направился на кухню. — Слушай, пока бежал к тебе, замёрз как собака. Налей чаю, а? Согреюсь — и в путь.
— Марат, такси уже подъехало, — соврала Алина, чувствуя, как закипает.
— Отмени. Ну чего ты как неродная? Руслан бы не отказал, — он уже стоял на кухне и трогал чайник.
Алина медленно выдохнула. Скандал сейчас был ни к чему, но и оставлять его здесь одного она не собиралась. Она прошла за ним, выключила щёлкнувший чайник и убрала кружки обратно в шкаф.
— Слушай, давай без игр. Ты свою «проверку» провёл? Провёл. Дверь вон там, — она указала рукой в коридор.
Марат присвистнул. Он облокотился на кухонный стол и сложил руки на груди.
— Какая ты строгая. А Руслан там, в командировке, наверное, тоже не скучает... Интересно, с кем? — он бросил эту фразу небрежно, но в глазах мелькнул азарт.
— Что ты хочешь этим сказать? — Алина прищурилась.
— Да так, мысли вслух. Мужики они такие. Но ты не переживай, я ему про тебя ничего плохого не скажу, — Марат подмигнул. — Если ты, конечно, проявишь гостеприимство.
Алина не верила своим ушам. Он что, её шантажирует? Или просто пытается приударить таким топорным способом?
— Ты сейчас серьёзно? — тихо спросила она. — Ты в гостях у жены друга набиваешься на кофе с намёками?
— А чего сразу намёки? Я прямо говорю: посидим, поболтаем. Скучно же одной в пустой квартире. А Руслан... он мужик умный, сам сказал: «Присмотри за ней».
Последние слова заставили Алину похолодеть. Она резко достала телефон и набрала мужа. Гудки шли долго, наконец в трубке раздался уставший голос Руслана.
— Алло, малыш, я на совещании...
— Руслан, твой друг Марат сейчас стоит на моей кухне и отказывается уходить. Он говорит, что ты его прислал «присматривать за мной». Это правда?
В трубке повисла пауза. Слишком длинная пауза.
— Руслан?
— Алин, ну... я попросил его заехать, проверить, как там кран. Он же свой человек, чего ты сразу в штыки? Накорми его пирогом что ли. Неудобно перед человеком.
— Ты с ума сошёл? — Алина даже растерялась от такой абсурдности. — Ты меня с ним проверяешь, что ли?
— Ничего я не проверяю! Просто... блин, Алин, не нагнетай. Марат — свой, я ему доверяю. Всё, давай, я перезвоню.
Связь прервалась. Алина стояла с телефоном в руке и смотрела на Марата, который ухмылялся во весь рот.
— Ну что, убедилась? — спросил он, делая шаг к ней. — Я свой в доску. Давай уже расслабься. Муж не против.
— Муж — идиот, — выдохнула Алина.
Марат воспринял это как сигнал к действию. Он резко шагнул к ней, схватив за запястье.
— А ты ничего такая, строгая. Руслан тебя явно недооценивает.
Алина дёрнулась, но он держал крепко. Паника холодной волной ударила в голову. Силой с ним не справиться. Но она была на своей территории. Рванувшись изо всех сил, она выскочила из его хватки и, не думая ни секунды, вылетела из кухни, захлопнув за собой дверь. Пальцы сами нащупали маленький замочек, который они с Русланом поставили год назад, чтобы тот не воровал нарезку с салатов. Щелчок — и Марат оказался в ловушке.
— Эй! — донеслось из-за двери, и ручка с той стороны задёргалась. — Ты чего дурака валяешь? Открывай давай!
Алина, трясущимися руками, уже набирала номер. Не Свете — той было не помочь. Она позвонила Илье, другу детства, который работал в полиции.
— Илья, привет, ты на месте? — голос срывался. — Мне нужна помощь. Ко мне в квартиру вломились. Я закрыла человека на кухне. Приезжай, пожалуйста.
— Алин, не надо ментов! — заорал Марат, начиная колотить в дверь. — Я пошутил! Руслан тебя убьёт!
Но Алина уже вышла из квартиры и ждала лифт, чтобы спуститься вниз и встретить Илью.
---
В участке всё решили быстро. Марат орал, возмущался, звонил Руслану, но протокол уже составили. Илья подвёз Алину до театра.
— Дрожишь вся, — заметил он. — Может, отвезти домой?
— Нет. Я не оставлю его одного в моей квартире, даже если он заперт. Пусть полицию дожидается, — Алина глубоко вздохнула. — Илья, спасибо. Я завтра же замки сменю.
— Умница, — кивнул он. — А с Русланом как?
Алина ничего не ответила. Она смотрела в окно и молчала.
Театр был скомкан. Алина сидела, уставившись в сцену, но видела перед собой только ухмылку Марата и слышала растерянный голос мужа в трубке. Подруга Света, узнав историю в антракте, только ахала и крутила пальцем у виска.
— Он дурак? Совсем ку-ку? Подослал альфонса к жене?
— Он назвал это «доверием», — горько усмехнулась Алина.
Утром разрывался телефон. Руслан. Она сбросила. Потом пришла эсэмэска: «Немедленно забери заявление. У Марата неприятности на работе».
Алина набрала его сама.
— Ты серьёзно сейчас? У твоего друга неприятности на работе, а у меня — ночной кошмар и синяк на запястье!
— Алин, он ничего бы тебе не сделал! Это же Марат, он просто пошутил. Я просил его просто... ну, присмотреть.
— Руслан, говори прямо. Ты просил его проверить, дам ли я себя соблазнить? Ты устроил мне тест на верность?
— Ну... это же игра. Я не думал, что он... — Руслан мямлил, и это было хуже всего. — Я просто хотел убедиться...
— В чём убедиться? В том, что за десять лет брака ты меня ни разу не узнал? — Алина говорила тихо, но в голосе звенела сталь. — Ты не друга мне подослал. Ты показал, чего сам стоишь. И он, кстати, тоже. Игрушки закончились, Руслан.
— Алина, не глупи. Собери вещи Марата, чтобы он забрал, а с заявлением...
— Заявление останется. А вещи свои он пусть через суд требует. И знаешь что? Твои вещи я тоже соберу. К вечеру заберёшь у матери.
— Ты выгоняешь меня? Из-за шутки?
— Нет. Я выгоняю тебя из-за того, что ты впустил в наш дом эту мразоту. Из-за того, что ты не заступился, когда мне было страшно. Из-за того, что твоё больное воображение важнее моей безопасности. Иди и живи теперь с чувством выполненного «доверия».
Она положила трубку.
Через неделю до Алины дошли слухи: Руслана уволили. История как-то просочилась в фирму. Его начальник, старый заслуженный врач, услышав её, вызвал Руслана к себе и сухо сказал, что люди, способные на такие «проверки» в семье, не вызывают доверия и в делах. Марат тоже лишился места. Мелкая, но ядовитая месть состоялась.
Прошло два месяца. Руслан звонил каждый день, присылал цветы, караулил у подъезда. Алина не открывала. Она сменила замки, купила новое платье и записалась на танцы.
В воскресенье, вернувшись домой с прогулки, она застала его сидящим на ступеньках лестницы. Без цветов, без улыбки, просто уставшего и несчастного.
— Можно просто поговорить? Без криков, — тихо попросил он.
Алина остановилась, покрутила в руках ключи от новых замков.
— Я слушаю.
— Я был идиотом. Я попал под влияние этого гадёныша. Он мне в уши дул: «Ты бабу свою знаешь? А она тебе изменяет? А давай проверим?» И я... я повёлся. Не потому что не доверял тебе. А потому что боялся, что я тебя недостоин, — Руслан говорил, не поднимая глаз. — И он угадал этот страх. Прости меня.
Алина молчала долго. Мимо прошла соседка с собакой, удивлённо покосилась на них.
— Я испугалась тогда, — наконец сказала она. — Очень. И обида до сих пор здесь, — она прижала руку к груди. — Я не знаю, Руслан. Я не знаю, смогу ли я снова чувствовать себя с тобой в безопасности.
— Я готов ждать, — быстро сказал он. — Сколько скажешь. И к психологу пойду. И Марату морду набью, если увижу.
— Морду бить не надо. Ты просто... вырасти сначала, — Алина вздохнула и, чуть помедлив, открыла дверь. — Зайди. Чай будешь? Только без проверок.
Она не обещала ему ничего. Но это был первый шаг. Последний шанс, который она давала не столько ему, сколько себе — убедиться, что из двух людей, которых она знала, настоящим оказался тот, кто сейчас сидел на её кухне, виновато мяв в руках ключи от машины, а не тот, кто впустил в их дом предательство.