Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Заигрыш: Масленичные веселья в литературе

🥞 Вторник Масленичной недели называется «Заигрыш». Это второй день праздника, посвященный началу веселья, народным гуляньям и сватовству. В старину были популярны такие развлечения, как катания на санях, представления скоморохов и кукольных театров во главе с Петрушкой. Сегодня читаем с вами отрывок из книги И. А. Гончарова «Фрегат “Паллада”», посвященный народному веселью. А конкретнее — тому, как веселились в Масленицу матросы, будучи на воде (том I, глава III). «Так дождались мы масленицы и провели ее довольно вяло, хотя Петр Александрович делал всё, чтобы чем-нибудь напомнить этот веселый момент русской жизни. Он напек блинов, а икру заменил сардинами. Сливки, взятые в Англии в числе прочих презервов, давно обратились в какую-то густую массу, и он убедительно просил принимать ее за сметану. Песни, напоминавшие татарское иго, и буйные вопли quasi-веселья оглашали более нежели когда-нибудь океан. Унылые напевы казались более естественными, как выражение нашей общей скуки, порождаем


🥞 Вторник Масленичной недели называется
«Заигрыш».

Это второй день праздника, посвященный началу веселья, народным гуляньям и сватовству. В старину были популярны такие развлечения, как катания на санях, представления скоморохов и кукольных театров во главе с Петрушкой.

Сегодня читаем с вами отрывок из книги И. А. Гончарова «Фрегат “Паллада”», посвященный народному веселью. А конкретнее — тому, как веселились в Масленицу матросы, будучи на воде (том I, глава III).

«Так дождались мы масленицы и провели ее довольно вяло, хотя Петр Александрович делал всё, чтобы чем-нибудь напомнить этот веселый момент русской жизни. Он напек блинов, а икру заменил сардинами. Сливки, взятые в Англии в числе прочих презервов, давно обратились в какую-то густую массу, и он убедительно просил принимать ее за сметану. Песни, напоминавшие татарское иго, и буйные вопли quasi-веселья оглашали более нежели когда-нибудь океан. Унылые напевы казались более естественными, как выражение нашей общей скуки, порождаемой штилями.

Нельзя же, однако, чтоб масленица не вызвала у русского человека хоть одной улыбки, будь это и среди знойных зыбей Атлантического океана. Так и тут, задумчиво расхаживая по юту, я вдруг увидел какое-то необыкновенное движение между матросами: это не редкость на судне; я и думал сначала, что они тянут какой-нибудь брас. Но что это? совсем не то: они возят друг друга на плечах около мачт.

Празднуя масленицу, они не могли не вспомнить катанья по льду и заменили его ездой друг на друге удачнее, нежели Петр Александрович икру заменил сардинами. Глядя, как забавляются, катаясь друг на друге, и молодые, и усачи с проседью, расхохочешься этому естественному, национальному дурачеству: это лучше льняной бороды Нептуна и осыпанных мукой лиц».

*Обложка: Леонид Соломаткин. Масленица (Ну и Масленица!), 1878

Еда
6,93 млн интересуются