Прапорщик 5-го ластового экипажа, 1845-1852 гг. Рисунок Н. Зубкова
На левой стороне груди - Знак отличия Военного ордена и медаль в память Русско-турецкой войны 1828-1829 гг., заслуженные в бытность нижним чином.
Штабс-капитан Корпуса флотских штурманов, 1845 г. Рисунок Н. Зубкова.
Фельдфебель Морского кадетского корпуса, 1833-1844 гг. Рисунок Н. Зубкова.
В 1831 г. на погонах кадет и гардемаринов были введены галунные нашивки для различия званий. После 1833 г. фельдфебелям, единственным из всех воспитанников, были положены темляки офицерского образца.
Воспитанник Морского кадетского корпуса, 1803-1807 гг. Рисунок Н. Зубкова
В 1803 г. гардемаринам и кадетам Морского кадетского корпуса был присвоен темно-зеленый мундир фрачного покроя, подобный офицерскому, но без шитья на воротнике и обшлагах и с темно-зелеными суконными погонами, на которых вышивались желтые якоря. Головным убором служила треугольная шляпа с белыми гарусными кисточками в углах, холодным оружием - кортик.
Матрос, 1804 г. Рисунок Н. Зубкова.
«Цветной» матросский мундир представлял собой темно-зеленую двубортную куртку с обтяжными пуговицами, в качестве головного убора использовалась круглая шляпа без каких-либо знаков различия.
Белые полотняные брюки при обмундировании образца 1802 г. не предусматривались, но могли использоваться на практике для сбережения казенных вещей.
До 1810 г. матросам не полагалось огнестрельного и холодного оружия с соответствующим снаряжением, однако они могли выдаваться во время десантов, например, при Ситке в сентябре-октябре 1804 г., когда отряд моряков со шлюпа «Нева» под командой лейтенантов П.Повалишина и П.Арбузова оказал военную поддержку российским колониям на Аляске в ходе столкновений с индейским племенем тлинкитов.
Трофеи, захваченные в этих столкновениях, впоследствии были привезены в Санкт-Петербург и ныне хранятся в Кунсткамере.
Облик матроса реконструирован по документальным зарисовкам участников кругосветной экспедиции на шлюпах «Надежда» и «Нева» В.Тилезиуса и Е.Левенштерна. В правой руке матрос держит шлем индейского воина из племени тлинкитов.
Старший инженер-механик, 1896-1904 гг. Рисунок Н. Зубкова.
Воротник сюртука - черного бархата, эполеты - образца, присвоенного инженер-механикам флота в 1896 г. На правой стороне груди - знак об окончании Николаевской морской академии.
Вице-адмирал, 1807 г.
Рисунок Н. Зубкова
На высоком воротнике мундира видны шитый золотом бордюр в виде плетения и шитье в форме якорей. Таким же бордюром украшены обшлага, а якорями уменьшенного размера - обшлажные клапаны. На эполетах вышито по два черных орла, обозначающих чин вице-адмирала. Под мундиром виден белый жилет, поверх которого надета шпага на плечевой портупее. Из-под шелкового галстука по моде того времени выпущены углы воротника рубашки. Головным убором служит шляпа с кокардой и плюмажем. Для береговых смотров и других торжественных мероприятий вне корабля к сапогам могли пристегиваться накладные шпоры. Показанная форма существовала с октября 1807 г. (введение эполет) по март 1808 г. введение для флотского генералитета мундиров с общегенеральским шитьем).
Адмирал в мундире.
Вице-адмирал в сюртуке.
Контр-адмирал в сюртуке со скошенными полами.
1803 год. Художник А. Тронь.
Существовавший непродолжительное время в российском флоте рисунок шитья адмиральских мундиров стал широко известен благодаря портрету адмирала Ф.Ф. Ушакова.
После вступления на престол императора Александра I последовала перемена в форме одежды армии и флота. По высочайшему повелению от 18 мая 1801 г. флотский мундир сохранил цветовую гамму предыдущего периода — тёмно-зелёный основной и белый приборный цвет воротника, став своего рода переходным от традиций военного костюма XVIII века к новому стилю века XIX. Тут же объявлялось, что «…впрочем позволяется донашивать прежний мундир».
Высочайшим указом Адмиралтейств-коллегии от 2 мая 1803 г. вводилась новая форма одежды для адмиралов, генералов и офицеров флота, вполне закреплявшая веяния нового века, — фрачный покрой мундира, стоячий воротник, длинные брюки, причёску. Морской мундир стал одноцветным — тёмно-зелёным с золотым прибором. Такая расцветка формально просуществовала практически до конца императорского периода истории российского флота.
Указывалось «…чтобы все флотские чины мундир имели по нынешнему покрою весь темно-зеленого сукна со стамедную такового же цвета подкладкою и у генералитета на воротнике по краям должна быть золотая вышивка и по каковому же якорю с обеих сторон, на рукавах по три якоря и по краям обшлагов узенькая вышивка, как на воротнике, на плечах золотые погоны с золотыми орлами по чинам: у адмирала тремя, у вице-адмирала двумя, у капитан-командоров же погоны простые без орлов…Пуговицы у всех жёлтые…Камзол и панталоны у всех должны быть белые суконные, галстухи же чёрные шелковые. Шляпы у всех без султанов, а токмо с петлицею по образцу и с бантом, у генералитетов с плюмажем…Полагаются сертуки всем вообще тёмно-зелёного сукна с лацканами, с круглыми обрезными обшлагами, с незагнутыми прямыми или косыми по произволению каждого полами и с пуговицами как на мундирах, а работные дни позволяется всем носить тёмно-зелёные панталоны и кортики, и тогда можно быть без палок…шинели серого цвета с воротниками одинакового цвета с мундирными».
Обер-офицер, унтер-офицер артиллерийской команды и матрос Гвардейского экипажа. 1813–1814 гг. Рисунок Николая Зубкова.
Во время заграничных походов Гвардейский экипаж (изначально созданный в 1807 г. «для наружных и гребных придворных судов») дошел до Парижа и 19 марта 1814 г. торжественно вступил в столицу Франции. Там он находился два месяца. Матросов разместили в Вавилонских казармах, расположенных в Сен-Жерменском предместье, а офицеров — в частных домах на соседних улицах.
Наконец, настало время для возвращения на Родину. 22 мая Александр I выехал из Парижа в Лондон. В тот же день Гвардейский экипаж выступил в Гавр, где 3 июня был посажен на русский фрегат «Архипелаг». Артиллерийская команда экипажа отправилась вместе с гвардейской артиллерией в Шербург и 8 июня погрузилась на фрегат «Венера». Гвардейцы, полтора года воевавшие в Европе, с радостью встретились с моряками Балтийского флота.
«В первый день, как мы поступили на корабль. — вспоминал один из офицеров, — когда за обедом нам подали черный хлеб и квас, то кают-компания огласилась криком „Ура!“». За месяц плавания матросы Гвардейского экипажа с радостью вспоминали морскую службу и по собственной просьбе были расписаны на вахты, которые несли с особым усердием. 17 июля корабли пришли на Кронштадтский рейд. С 20 по 30 июля гвардейцы приводили себя в порядок в Ораниенбауме, тщательно готовили обмундирование и амуницию.
Вице-адмирал «синего флага» и офицер линейного флота, 1801-1803 гг. Рисунок Н. Зубкова.
Внешний облик изображенных соответствует высочайшему повелению от 18 мая 1801 г. Клапаны обшлагов украшены золотым шитьем; у вице-адмирала аналогичное шитье в два ряда добавлено также и на воротник. Кроме того, знаком адмиральского чина является белый плюмаж на шляпе. Синий тафтяной шарф свидетельствует о том, что адмирал служит во 2-й дивизии Балтийского флота.
Подробнее: В.В.Глазков, С.А. Попов «Униформа российского военного флота. 1801–1855».
Тамбур-мажор Гвардейского экипажа. 1814 г. Художник А.Тронь.
25 августа 1814 г . командир Гвардейского экипажа [военно-морской части гвардии, сформированной в 1810 г.] сообщал: «Его Императорскому Величеству было угодно приказать, что бы во вверенном мне Экипаже иметь тамбур-мажора и одеть его по примеру полков Лейб-гвардии в самом скорейшем времени».
28 ноября поступил отчёт о финансовых затратах на обмундирование тамбур-мажора в сумме 896 рублей 50 копеек, которые были потрачены на:
— 35 аршин золотого галуна (84 руб. 50 коп.);
— пару золотых эполетов (170 руб.);
— 25 золотых кистей (87 руб. 50 коп.);
— золотой кутас и кокарду (130 руб.);
- 2 золотых темляка (50 руб.);
- булаву с позолоченным набалдашником и наконечником (75 рублей);
- пару золотых кистей и шнуров на булаву (115 руб.);
- позолоту герба и чешуи (25 руб.);
- 1 кутас и шёлковые кисти на булаву (85 руб.);
— 4 аршина тёмно-зелёного сукна на мундир и шаровары (64 руб.);
- замшевые перчатки и чёрный шёлковый платок (7 руб. 50 коп.).