первая часть
Слушать девица её вряд ли будет, да и словам им веры нет. Куда более наглядным подспорьем станут фотографии. Марина Сергеевна созвонилась с одним мастером — его ей рекомендовали подруги. Человек делает в графических редакторах такие коллажи, что только экспертиза может доказать, что это монтаж, — нереально реалистичные работы.
Он за довольно круглую сумму согласился поработать на Марину Сергеевну и уже готовил для неё серию очень интересных фотографий. На них её сын, Слава, предстаёт в объятиях нереальной красотки. Снимки этой девушки Марина Сергеевна нашла в интернете. Женщина попросила мастера, чтобы тот представил Славу и эту незнакомую прелестницу в романтичных отношениях. Когда тот спросил, зачем ей нужны такие фото, ответила, что готовит шуточный сюрприз сыну на день рождения.
Скоро снимки будут у неё. Останется лишь подложить их наглой девице в почтовый ящик. Где жила Алёна, Марина Сергеевна уже знала, благодаря проделанной детективом работе.
Через три дня фотографии были готовы. Марина Сергеевна рассматривала их и диву давалась. Надо же, какой компромат! Её Слава на снимках позировал с длинноногой брюнеткой из интернета, обнимал её за талию, целовал, нежно поправлял на ней бретельку сарафана. Сама любовь и забота. Снимки не вызывали сомнения: на фото запечатлены любовники. В них было столько любви, столько огня. Да, мастер, к которому обратилась Марина Сергеевна, полностью отработал свой гонорар.
В тот же день женщина отправилась на окраину города. Район, в котором жила Алёна, поражал своей убогостью: покосившиеся заборы, почерневшие от времени бараки. Повсюду грязь и запустение, стихийные свалки на каждом шагу. Дом Алёны и вовсе выглядел так, словно вот‑вот развалится: только хлопни посильнее подъездной дверью — и кирпичное здание оползёт на землю, подняв тучи пыли.
Марина Сергеевна не чувствовала здесь себя в безопасности. Не мудрено, что Алёна скрывает от Славки место своего проживания. В подъезде пахло плесенью и ещё чем‑то противным: то ли тянуло из канализации, то ли где‑то между этажами что‑то протухло.
«Ну и дыра», — поморщилась она.
Марина Сергеевна поднялась на второй этаж. Именно там располагалась квартира Алёны. Дверь, обитая дешёвым дерматином, — что ж, вполне ожидаемое зрелище. В этом доме почтовые ящики располагались возле каждой квартиры. Марина Сергеевна достала из сумки конверт с фотографиями и опустила его в железный короб на двери Алёны.
«Всё, дело сделано».
Женщина поспешила покинуть неприятное место. Ещё долго потом она оттирала руки влажными салфетками. В носу у неё стоял тот самый неприятный запах.
Теперь оставалось только ждать. Марина Сергеевна внимательно следила за сыном, стараясь заметить малейшие перемены в его настроении. И уже на следующий день женщина увидела то, что хотела. Слава вернулся домой раньше обычного. В последнее время он до ночи пропадал где‑то с Алёной, а тут вдруг явился, когда ещё даже темнеть не начало. Хмурый, растерянный, бледный, взъерошенный какой‑то. И сразу в свою комнату прошёл.
Марина Сергеевна возликовала. Наверное, Алёнка высказала ему всё, что о нём думает. Устроила сцену ревности. Обвинила в измене. Вот и отлично. Может, прозреет, наконец, парнишка. Поймёт, что не пара ему эта истеричка. Только бы не выдать своей радости. Слава не должен знать, чьих рук это дело. Пусть думает, что Алёна — ревнивая истеричка. Ну или просто выдумала предлог, чтоб бросить его.
Прошло три дня. Марина Сергеевна уже готовилась праздновать победу. Слава выглядел унылым и подавленным. На все вопросы отвечал односложно и почти ничего не ел.
Постоянно запирался в комнате и набирал, набирал, набирал раз за разом номер Алёны. Марина Сергеевна точно это знала: подслушивала, как сын наговаривает на автоответчик послания своей пассии, а та гордо молчала, не отвечала. Марине Сергеевне жаль было видеть сына в таком состоянии, но она считала, что поступает правильно. Пусть лучше сейчас переболеет, чем потом узнает, что связал жизнь с меркантильной особой, которой от него только и нужны — его деньги.
Марина Сергеевна ликовала. Да, она совершила, в общем‑то, подлый поступок, но цель оправдывает средства — это уж вне всяких сомнений. А потом Алёна позвонила сама.
Слава в этот момент сидел в гостиной вместе с Мариной Сергеевной. Женщина смотрела сериал, парень работал над каким‑то проектом за ноутбуком. И тут зазвонил его телефон. Марина Сергеевна успела заметить на экране фотографию Алёны. Лицо Славы сразу же озарил какой‑то особый свет. Его, такого безучастного и пассивного в последнее время, будто бы снова включили. Он схватил телефон и вышел из гостиной, поспешил в свою комнату. Парню явно не хотелось, чтобы у этого важного разговора были свидетели.
Марина Сергеевна бросилась за сыном. Мало ли чего хочет Славка — он балбес, не понимает ещё ничего в этой жизни. А вот она должна знать, о чём там у них разговор. Слава вошёл в свою спальню, закрыл дверь. Марина Сергеевна притаилась около входа и вся обратилась в слух. На её счастье, сын включил громкую связь, наверное, чтобы видеть свою собеседницу.
— Я так по тебе соскучился, — признался Слава. — Это какое‑то недоразумение. На фотографиях я, но я даже не знаю, что это за девушка. Не представляю, как появились эти снимки. Наверное, монтаж.
— Зато я теперь знаю эту девушку, — ответила Алёна. — Это австралийская фотомодель, которая ни разу не была в России, не самая известная, но…
— Вот это да, — удивился Слава и добавил уже в своей обычной шутливой манере: — Но в Австралию я точно на выходных не летал.
— Извини, что не поверила тебе, — голос девушки звучал виновато. — Просто фотографии так реалистично выглядели, а ты так обнимал её, с такой нежностью на неё смотрел… Всё это затмило мне разум, эмоции взяли вверх. Я ведь так тебя люблю.
— Я тоже тебя люблю, — серьёзно ответил Слава. — Места себе эти дни не находил, всё думал, как доказать тебе, что это всё монтаж. Я только сейчас понял, когда на фото этой красотки в интернете наткнулся.
— Кто‑то хочет нас с тобой разлучить, — тихо сказала Алёна. — Но кто? У тебя что, есть отвергнутая поклонница?
— Да, конечно, целая толпа. Клуб моих фанаток, узнав о нашей скорой свадьбе, разбушевался, — попытался пошутить Слава.
— Нет, ну правда. Этот кто‑то ведь так тщательно подготовился, сделал эти коллажи, нашёл, где ты живёшь. Это даже страшно.
— Да, неприятно, — согласился Слава. — Тем более я сам до сих пор не знаю, где ты живёшь.
— А вот это пора исправить, — Алёна, судя по тому, как звучал её голос, улыбалась. — Мне страшно и одиноко сейчас одной. К тому же я очень‑очень по тебе соскучилась. Так что приезжай ко мне.
И девушка продиктовала адрес дома, куда совсем недавно наведывалась Марина Сергеевна.
Женщина едва успела отойти на безопасное расстояние от двери комнаты сына, как та с грохотом распахнулась. Слава, счастливый, воодушевлённый, вылетел в коридор и выскочил из дома. Вскоре раздался шум мотора его автомобиля — помчался к своей девице.
А тут ещё и сама Марина Сергеевна просчиталась. Надо же было выбрать именно эту красотку, которая оказалась известной моделью. Выходит, Марина Сергеевна только помогла Алёне, предоставила повод пообижаться, вызвать тем самым у Славы чувство вины. Вина — это ведь мощное орудие в руках опытного манипулятора, каким, по её убеждению, и является Алёна. Подержала какое‑то время Славку на расстоянии, тот потерзался, соскучился. Да теперь она из него верёвки может вить. Вон как поскакал, по первому зову. А Алёнка так кстати Славика к себе позвала.
Сегодня сын увидит, в каких условиях живёт его возлюбленная. Может, поймёт хоть что‑то.
И Слава понял. Только не то, на что надеялась Марина Сергеевна. Он вернулся на следующий день задумчивый, какой‑то очень печальный. Глядя на сына, женщина решила, что он под впечатлением от квартиры своей возлюбленной, и до него, наконец‑то, начали доходить её истинные мотивы. Но спустя несколько мгновений Слава уже обзванивал агентства недвижимости, искал съёмную квартиру.
— Это зачем ещё тебе? — не поняла Марина Сергеевна.
— Выбираю квартиру для нас с Алёной.
— Свадьбы же ещё не было. Зачем? Тебе с нами, что ли, не живётся?
– Свадьба совсем скоро. И вообще это просто формальность. Я хочу быть всё время рядом с Алёной, уже сейчас.
— Какая разница?
— А такая, что ты учишься, работаешь, а теперь ещё и убираться, готовить придётся. Алёна‑то твоя вряд ли будет, как я, за тобой ухаживать. Не торопи события, доучись нормально.
— Мам, — Слава улыбнулся той самой улыбкой, от которой сердце Марины Сергеевны всегда наполнялось нежностью и любовью. — Всё будет хорошо, не переживай, мы справимся. И вообще, ты бы знала, в каком ужасном месте она живёт. Если бы я увидел этот дом раньше, я бы никогда не позволил Алёне там так долго находиться.
Последняя надежда Марины Сергеевны рухнула. Ужасная квартира Алёны не оттолкнула Славу. Наоборот, вызвала в нём жалость и желание помочь девушке, вытащить её из грязи и нищеты.
«Ну конечно, девица‑то хитрая, — думала Марина Сергеевна. — В подходящий момент ещё и использовала свою помойку как козырь. Талантливая она манипулятор, надо отдать ей должное. Только вот с Мариной Сергеевной тягаться ей рано. Не знает мерзавка, с кем связывается».
Настала пора плана «Б». Не хотелось бы к нему прибегать, но что поделать? Алёна сама её вынуждает, малой кровью тут никак уже не обойтись.
Марина Сергеевна сидела в просторном кабинете своего двоюродного брата, начальника городской полиции Виктора Семёновича. Хотя для неё этот мужчина в возрасте, с солидным пузом и посеребрёнными сединой висками навсегда так и останется Витьком — мальчишкой, с которым она в детстве гоняла по деревне на велосипедах и лазила по деревьям.
— Да ладно, — удивлялся Виктор. — В самом деле, Славка жениться надумал? Вчера же ещё только под стол пешком ходил. Сколько ему? Чуть за двадцать? Ранний какой, ты посмотри.
— Да он не по своей воле, — печально покачала головой Марина Сергеевна. — Окрутила его тут одна, охотница до чужого богатства. Девушка ушлая, деревенская, бойкая, лапши парню на уши навешала.
— Есть такие, — согласился Виктор. — Я теперь их насквозь вижу. А по молодости, конечно, этого не понять. Любовь, гормоны, романтика — всё вместе.
— Вот‑вот. Я, конечно, не могу допустить этой свадьбы. Поможешь мне?
— Ну как сестре двоюродной не помочь, — усмехнулся Виктор. — Тем более Славка мне не чужой. Не переживай, вытащим парня.
Марина Сергеевна улыбнулась. Виктор — человек слова, всегда таким был. Раз он сказал, можно не сомневаться: всё будет хорошо.
— Есть у меня люди для таких дел, — сказал брат. — Звони этой мадам и договаривайся о встрече. Скажем, среда, 15:00, всё будет готово уже.
Алёна очень удивилась, когда ей позвонила Марина Сергеевна и попросила о встрече. При этом женщина предупредила, что Слава ни о чём не должен знать:
— Сюрприз, — пояснила она. — Для него готовлю.
Девушка, конечно, согласилась. Ей очень хотелось наладить отношения с родителями своего будущего мужа. Марине Сергеевне было понятно это желание: знает девица, в чьих руках на самом деле её счастье.
Ровно в 15:00, как и было оговорено с Виктором, Марина Сергеевна поджидала Алёну в кафе. Девушка немного опоздала. Она явно бежала, чтобы не заставлять Марину Сергеевну долго себя ждать.
— Вы извините, пожалуйста… Работа, — объяснила она свою задержку. — Форс‑мажор на работе произошёл.
— Ничего страшного, деточка, — улыбнулась Марина Сергеевна.
Вряд ли эта улыбка вышла естественной, но женщине было уже не до таких мелочей.
— Так что, готовитесь вы к свадьбе? — спросила она.
— Да, — лицо Алёны при этом озарилось внутренним светом.
Близость к цели явно радовала её.
— Уже билеты купили, фотографа нашли, осталось продумать наряды, — добавила девушка.
— Но ты же понимаешь, деточка, что ты не пара моему сыну, — наконец‑то сказала Марина Сергеевна то, что давно вертелось у неё на языке.
— Я понимаю, о чём вы, — Алёна сразу как‑то потухла. — Меня и саму это терзает, но Слава… Он говорит, что всё это пустяки, что мы сами всего добьёмся. Знаете, я ведь поступила в медакадемию. Много занималась и поступила. С осени начнётся учёба, теперь…
— Теперь ты будешь учиться и сидеть на шее Славы, — перебила Марина Сергеевна.
— Нет, я не брошу работу. Буду мыть полы по вечерам, всё решаемо. У меня есть цель — стать хирургом.
— У тебя цель — красивая жизнь за счёт богатенького лоха, — парировала Марина Сергеевна.
Вся сдерживаемая столько времени неприязнь прорвалась наружу.
— Так это были вы, — печально покачала головой Алёна.
— Ты о чём? — прищурилась Марина.
— О фотографиях. Это вы их сделали и подкинули в мой ящик. Как же я сразу не догадалась…
— Да, это я, — не стала отпираться Марина Сергеевна. — Надеялась, что не придётся говорить с тобой обо всём прямо, но вот пришлось. Отстань от моего сына. Прошу пока что по‑хорошему.
— Почему вы не даёте ему право самостоятельно решать? Я не понимаю…
— И не поймёшь, потому что никогда не будешь на моём месте. Так и останешься навсегда голодранкой. Мы богаты. Ты это прекрасно знаешь, потому и окрутила Славку. А у состоятельных людей, ты не можешь этого не понимать, есть связи. Если не отстанешь от Славы — очень пожалеешь. Я подключу влиятельных знакомых и… прости, прощай, свобода. На зону поедешь.
— Вы… вы хотя бы осознаёте, что говорите? — глаза Алёны наполнились слезами.
Марина Сергеевна понимала, что размазывает девушку, унижает её, пугает, и испытывала при этом наслаждение. Алёна вскочила со своего места с явным намерением поскорее покинуть кафе и оказаться подальше от этой страшной, неприятной женщины, но Марина Сергеевна окликнула её:
— Постой.
продолжение