Жизнь — сложная и удивительная штука. У каждого она складывается по-своему, но в ней всегда есть место и обычной рутине, и ярким моментам, радостям и горестям, успехам и провалам. А ещё, иногда, жизнь подкидывает нам загадки, не поддающиеся никакому объяснению. Особенно если душа человека открыта для них. И тогда однажды можно столкнуться с чем-то неведомым, находящимся за гранью нашего понимания.
Память о таких событиях остается надолго. Сердце начинает биться чаще, мысли снова и снова возвращаются к пережитому.
Но жизнь стремительно проходит, ежедневные заботы берут своё. Былые чудеса стираются из памяти, и сердце потихоньку успокаивается, словно ручеёк, прижатая тяжелым камнем.
Однако стоит случиться чему-то похожему или услышать знакомое слово, как мысли снова уносятся в прошлое, и сердце вновь начинает биться чаще. Капля за каплей пробуждается родник старых воспоминаний.
***
Не так давно, перелистывая страницы собственной жизни, я вспомнил странные и таинственные события, случившиеся в моей далекой юности на берегу тихой речной заводи. Это происходило на нашей великой южной реке, несущей свои воды к морю. Местные иногда называли её «царицей рек», но чаще говорили о ней как о дикой и опасной, что вполне соответствовало её нраву.
С берега реки открывались захватывающие виды. По левую сторону тянулись заливные луга, кустарники и рощицы кленов, дубов, тополей и ясеней. Крутой правый берег, или, как у нас говорят, яр, порос душистым разнотравьем.
В некоторых местах, где река образовывала тихие затоны, к воде было трудно подобраться из-за густого камыша и высокой осоки. По обоим берегам раскидистые ивы, или ветлы, низко, к самой воде, склоняли свои гибкие ветви. Берега и дно были каменистыми, и только в тихих заводях дно устилал твердый речной песок, смешанный с бледной глиной.
С незапамятных времен люди жили вдоль этой реки. Мой родной городок стоял вниз по течению от небольшого хутора, который местные называли «Мыс Невинных». И место это было овеяно старой и жутковатой легендой.
***
Невыносимо жаркое лето 1969 года. Мне и трем моим лучшим друзьям было по четырнадцать лет. Окончив восьмой класс, все каникулы мы проводили на реке.
Мы купались далеко за городом, возле заброшенной водокачки. Там был небольшой затон, где местами вода доходила нам до шеи. Берега заросли густым тростником. За мелководьем течение становилось быстрым и опасным. Рыбаки обходили это место стороной: на мели плескалась лишь мелочь, а крупная рыба предпочитала уходить на глубину.
Купальщики тоже держались подальше от сильного течения. На речном дне прятались глубокие ямы, водовороты и огромные валуны. Старики говорили, что в прошлые годы там сгинуло немало неосторожных людей. Но нам, четверым пацанам, мелководья хватало с головой. Мы купались до синевы на губах, а потом выбирались на берег, отогреваясь под палящим солнцем.
Мы играли в карты, болтали и отрабатывали приемы самбо. Была у нас и любимая игра — кто дольше продержится под водой или найдет предмет. Один брал камень, показывал всем, как он выглядит, и бросал в затон. Ныряльщик должен был найти его на дне. Мы засекали время: кто находил быстрее всех — побеждал. В тот день была моя очередь. Я внимательно проследил, куда плюхнулся камень.
Набрал побольше воздуха и нырнул. Обычно я плавал с открытыми глазами, но в тот день от долгого купания глаза покраснели и болели. К тому же вода была мутной — со дна поднялась глина, поэтому я искал на ощупь, с закрытыми глазами. Я шарил по дну долго, но камня нигде не было.
Легкие уже горели огнем. И вот, когда воздух был уже на исходе, моя рука коснулась чего-то. Я сжал пальцы и понял, что это не камень. Это была ледяная человеческая рука, которая в ответ сжала мои пальцы. От неожиданности я дернулся, открыл глаза и сквозь муть разглядел бледную человеческую фигуру, которая стремительно развернулась и проплыла мимо меня. В ужасе я попытался закричать, хлебнул воды и пробкой вылетел на поверхность.
Первой мыслью было, что это друзья меня решили разыграть. Но тут я услышал их крики с берега:
— Ну что, нашел? Показывай!
Кашляя и отплевываясь, я повернулся на голоса. Все трое стояли на берегу, там, где им и положено было быть. Значит, тот, кто был под водой, — точно не один из них.
Медленно я вышел из воды, не сводя глаз с прибрежных камышей, ожидая, что шутник сейчас вынырнет, когда у него кончится воздух. Но время шло. Слишком долго. Никто не появлялся. Страх холодком пробежал по спине. Не говоря ни слова друзьям, я схватил одежду и пошел домой. Всю дорогу я прокручивал в голове случившееся.
Сомнений не было: я видел живого человка, а не тело утопленника. Но кто это был, я не знаю до сих пор. Вечером я всё рассказал деду. Он спокойно выслушал и с улыбкой сказал:
— Знать, приглянулся ты ей, раз она руку протянула.
— Кому? Кто она? — спросил я дрогнувшим от волнения голосом.
— Невинная, — ответил дед. — Та девушка, что в отчаянии бросилась в реку с кручи, когда её захотели выдать замуж за нелюбимого. Оттого и место это прозвали «Мыс Невинных». Бог таких душ не принимает, вот и остаются они здесь, не находя покоя.
Была и другая версия легенды. Некоторые говорили, что название пошло от семидесяти невинных душ — женщин, стариков и детей, — которых погубили здесь в лихие времена разбойники или пришедший враг.
С тех пор, когда я бываю в церкви, обязательно ставлю свечку за упокой душ тех невинных, кто стал жертвой нашего жестокого мира.