Мороз ударил неожиданно, сковав город ледяным воздухом. Вера, выскочив из автобуса на своей остановке, на ходу закутала лицо шарфом, но колючий холод всё равно пробрался к щекам, защипало нос, а на ресницах тут же осел белый иней. Тренировка в этот день выдалась обычной — тренер гонял их без жалости, до ломоты в мышцах.
— Давайте, активнее работайте ластами! — его голос эхом разносился над водой. — На соревнованиях вам никто поблажек делать не будет! Плывёте, как сонные селёдки!
Вера только улыбнулась про себя этим знакомым с детства шуткам. Голос из динамиков принадлежал её отцу, Петру, он всегда так подбадривал своих пловцов, и никто в группе никогда не обижался на его добродушное ворчание.
Пётр десять лет назад получил серьёзную травму на областной олимпиаде, что поставило крест на его карьере пловца. Но оставить спорт совсем он не смог и, потеряв возможность участвовать в соревнованиях самому, полностью посвятил себя тренировкам. Он готовил молодых спортсменов, среди которых всегда была и его дочь. Вера с самого детства обожала воду, и Пётр, часто беря её с собой в бассейн, быстро разглядел в ней настоящий талант. Его жена Наталья была человеком далёким от спортивных нагрузок, хотя работала всё в том же бассейне дежурным медиком. Но при этом воды она боялась до такой степени, что один её вид вызывал у неё дурноту. Папа с дочкой, глядя на неё, часто добродушно посмеивались над этой фобией.
Тот морозный день начинался обычно и не предвещал беды. После тренировки Вера, попрощавшись с родителями до вечера, уехала домой. Живым отца она больше не видела. Пётр и Наталья, закрыв бассейн, возвращались домой вместе, когда на их глазах произошло страшное: легковой автомобиль на скользкой дороге вылетел с моста прямо в реку. Лёд, хоть и сковал воду после морозов, был ещё слишком ненадёжным. Машина с людьми начала быстро уходить под воду.
— Наташа, вызывай скорую! — только и крикнул Пётр жене, на ходу скидывая куртку и обувь, и бросился по льду к образовавшейся полынье.
Он нырял в ледяную воду несколько раз, пока не вытащил из тонущей машины водителя и двух пассажиров. К тому времени на помощь уже прибежали прохожие, и подъехали две бригады скорой. Спасённых, мокрых и замерзающих, сразу же увезли в больницу. Наталья, забыв о своём паническом страхе перед водой, рванула за мужем, но чьи-то руки крепко схватили её, не пуская к полынье. Она вырывалась, била по сжимавшим её рукам, в исступлении кричала, что там, в ледяной воде, её муж, но хватка была железной. Её держали слишком крепко. Пётр выбрался сам, кое-как выполз на лёд.
— Все живы? — спросил он хрипло и, услышав утвердительный ответ, потерял сознание.
Третья скорая приехала только через двадцать минут. Петра уже вытащили на берег, и Наталья, вырвавшись наконец, упала рядом с ним на колени.
— Петя, Петенька, очнись, — шептала она, склонившись к его лицу и пытаясь уловить дыхание.
Дыхания не было. Она сама, до приезда медиков, делала ему непрямой массаж сердца, и потом врачам с трудом удалось оттащить её от тела мужа. Пётр пролежал в коме две недели. А потом его не стало — он так и не пришёл в сознание. Сказались чудовищный перепад температур, сильнейшее переохлаждение и та самая старая травма позвоночника. Всё это время Наталья не отходила от его постели, говорила с ним, умоляла не оставлять их с Верой. Она сильно похудела, осунулась и словно постарела за эти дни. В свои тридцать четыре она стала выглядеть на все сорок пять.
Веру к отцу не пускали. Увидела она его только в гробу, на похоронах. Было ей тогда всего шестнадцать. А ещё через шесть лет, не выдержав затяжной депрессии после смерти мужа, ушла и мама. Она выбросилась из окна их квартиры на девятом этаже, оставив дочери короткую записку с просьбой не держать на неё зла. К тому времени Вера уже окончила спортивный вуз и имела за плечами звание кандидата в мастера спорта по плаванию, которое не бросила, несмотря на все семейные трагедии. И тут новый удар.
Похороны матери помогли организовать коллеги и друзья родителей. Теперь нужно было как-то выживать одной. Большая трёхкомнатная квартира требовала денег на содержание, и одна только коммуналка съедала приличную сумму. Продать квартиру Вера пока не могла — не вступила в наследство, а жить на что-то было необходимо. И тут, совершенно случайно, она встретила в торговом центре друга отца, с которым тот когда-то тренировался и ездил на соревнования, а теперь руководил крупным спорткомплексом.
— Верка, ты, что ли? — воскликнул он, разглядев её. — Ну ты и вымахала! Сколько лет, сколько зим! Я только недавно из-за границы вернулся. Слышал, что у вас случилось... Мои самые искренние соболезнования. А как мама?
Он был искренне огорчён и потрясён, узнав и об этой жуткой потере.
— А ты сама как? Спорт-то не забросила? Работаешь где?
Узнав, что Вера совсем недавно окончила институт и находится в активном поиске работы, он заметно оживился.
— Слушай, мне как раз в центр нужен инструктор в бассейн. Аквааэробика, аквареабилитация, аквайога. Платят очень достойно. Центр у нас элитный, туда просто так с улицы не попадают, но я за тебя словечко замолвлю. Как тебе такое предложение?
Вера согласилась, даже не раздумывая.
Центр и правда сильно отличался от всех других спортивных комплексов, которые она видела. Сюда нельзя было просто прийти с улицы. Здесь тренировалась исключительно элита города: работники администрации, известные юристы, директора крупных предприятий, владельцы магазинов, бизнесмены и их жёны. Вера быстро освоилась в коллективе, вникла во все тонкости работы и даже внесла несколько своих методик. Клиенты были от неё в восторге. Сначала она вела только аквааэробику, но, пройдя дополнительные курсы, стала заниматься аквареабилитацией по назначению врачей. Платили действительно очень хорошо.
Именно в бассейне она и познакомилась со своим будущим мужем. Однажды занятие аквааэробикой уже подходило к концу, группа Веры выполняла последние упражнения, как вдруг с бортика раздался отчаянный крик:
— Человек тонет!
Через пару дорожек от неё происходило что-то страшное. Кто-то отчаянно бил руками по воде, и голова несчастного то исчезала под водой, то на мгновение показывалась на поверхности. Человек молчал, но Вера мгновенно поняла: он действительно тонет. Она, не раздумывая ни секунды, бросилась к нему. Подхватив утопающего, перевернула его на спину и изо всех сил отбуксировала к бортику, где его сразу же подняли наверх. Убедившись, что мужчина попал в руки медиков, Вера вернулась к своей группе. Женщины, наблюдавшие за этой сценой, встретили её дружными аплодисментами.
— Вера Петровна, вы такая смелая! Настоящая героиня! — наперебой восхищались они.
Вера лишь смущённо отмахивалась от комплиментов, но краем глаза всё ещё наблюдала за суетой у бортика. Мужчину уже поставили на ноги, он растирал сведённую судорогой ногу, разговаривая с подоспевшим врачом. Закончив занятие, она уже собралась идти переодеваться, как вдруг прямо перед ней вырос тот самый пострадавший.
— Вера Петровна! — он широко улыбался, хотя был ещё бледен. — Вера Петровна, я просто обязан вас поблагодарить за то, что вы меня спасли.
И тут до неё дошло — это же тот самый тонувший.
— Ну как же вы так, не умея плавать, в воду полезли? — невольно усмехнулась она. — Надеюсь, сейчас вы чувствуете себя хорошо?
— Да нет, я плавать умею, — смутился он. — Просто ногу свело неожиданно, такая досада. Если бы не вы, лежать бы мне сейчас на дне. А мне ещё лет пятьдесят жить как минимум.
— Что ж, буду на это надеяться.
Мужчина хмыкнул, но его смущение всё ещё было заметно.
— В общем, я очень рад, что всё обошлось, — улыбнулась Вера.
— Можно мне вас куда-нибудь пригласить в знак благодарности? — он театрально приложил руку к груди и слегка склонил голову. — Ах да, совсем забыл представиться. Дмитрий Сомов, управляю филиалом одного банка. Так что, могу я рассчитывать на ваше согласие?
Вера сначала хотела отказаться — день и так выдался насыщенным, но взгляд Дмитрия был таким открытым и настойчивым, что сердце её дрогнуло.
— Хорошо, только дайте мне переодеться, идёт? — её усмешка была вполне безобидной.
— Это непременное условие, — рассмеялся он. — Я пока не знаю ни одного ресторана, куда пускают в купальниках.
Дмитрию было тридцать, и он всё никак не мог найти ту самую, единственную. Всякий раз ему казалось, что стоит только жениться, как он тут же встретит женщину, которая будет лучше, интереснее. Но встреча с Верой положила конец этим вечным терзаниям.
Похоже, это сама судьба, думал он. Можно сказать, сами обстоятельства преподнесли мне красивую, умную и вполне самостоятельную женщину, и, кажется, я ей тоже симпатичен.
Дима не ошибался. Вера тоже почувствовала к нему симпатию. Он был приятной внешности, образован и хорошо воспитан. Его серьёзная должность и высокая зарплата не были для неё главным критерием, но после нескольких знакомств с молодыми людьми, которые сначала восхищались её спортивной фигурой, а потом, узнав, что она зарабатывает больше, начинали комплексовать и просто исчезали, это было приятным и обнадёживающим дополнением. Через несколько месяцев ухаживаний Дмитрий сделал ей предложение, и, отметив своё двадцатипятилетие, Вера согласилась.
Семейная жизнь потекла своим чередом. Дмитрий по-прежнему управлял филиалом банка, а Вера тренировала состоятельных женщин и занималась реабилитацией в воде. Но одно обстоятельство сильно омрачало их брак — у них никак не получалось завести детей. Прошло уже три года после свадьбы, но Вера так и не беременела.
— Может, это всё из-за воды и этой хлорки, в которой ты постоянно находишься? — как-то предположил Дима, когда очередной тест на беременность после небольшой задержки снова оказался отрицательным.
— Дима, это же полная ерунда! — возразила Вера, будучи уверенной, что работа здесь ни при чём. — Давай лучше сдадим все анализы, проверимся? Вдруг кому-то из нас нужно лечение.
— Я-то точно здоров, как бык, — раздражённо ответил супруг. — Но если ты настаиваешь, давай сходим, чтоб закрыть этот вопрос.
И всё же он согласился пройти обследование. Вместе они посетили клинику, сдали все необходимые анализы и стали ждать результатов.
Когда из клиники позвонили, Вера с замирающим сердцем отправилась за заключением. Вскрыв конверт прямо в коридоре, она первым делом увидела результат мужа: «Здоров, патологий не выявлено». В ту же секунду у неё пересохло в горле, а руки, державшие бумаги, мгновенно вспотели и задрожали. Её собственный диагноз был коротким и страшным: бесплодие. На бланках не писали имён, только штрихкоды на пробирках, но буквы «М» и «Ж» напротив заключений не оставляли сомнений. Вера зажмурилась, сжимая бесполезные бумаги, а когда открыла глаза, Дима уже выхватил у неё свой листок.
— Я же тебе говорил, что со мной всё в порядке, — Дима с облегчением отбросил свой листок на стол. — Получается, проблема в тебе. И, скорее всего, это из-за твоей работы.
— Хочешь, я уволюсь? — тихо спросила Вера, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Найду что-то другое.
— И какой в этом смысл? — он раздражённо махнул рукой. — Думаешь, это панацея? Чудес не бывает.
С того самого дня их отношения стали заметно прохладнее, особенно со стороны Дмитрия. Вера переживала страшно, но решиться на повторное обследование пока не могла — не было ни сил, ни моральной готовности.
Дима, напротив, начал всё чаще посещать разные мероприятия без неё, заводил новые знакомства, флиртовал с другими женщинами, иногда заходя довольно далеко, но, по крайней мере, без явных измен. В бассейн он ходить перестал, сменив его на тренажёрный зал, чтобы лишний раз не видеть жену. Именно там он и познакомился с молодой женщиной по имени Карина, которая полгода назад развелась и теперь находилась в активном поиске. На момент знакомства Карина встречалась с тренером Кириллом, накачанным блондином недалёкого ума, но появление банкира стало для неё прицелом на гораздо более перспективное будущее.
Начало смены не предвещало ничего плохого. Группа Веры спокойно выполняла упражнения под её чутким руководством, размеренно преодолевая дорожку за дорожкой. Однако одна из новеньких пловчих, которая занималась на соседней дорожке, то и дело заплывала на территорию Вериных подопечных, постоянно сбивая темп и мешая проведению занятия. Вера несколько раз спокойно и корректно просила женщину соблюдать дистанцию и плавать на своей стороне. Та в ответ лишь что-то неразборчиво пробурчала себе под нос и вскоре, резко выйдя из воды, покинула бассейн.
А через несколько минут Веру неожиданно вызвали к директору. К тому времени руководство комплексом сменилось, и вместо друга отца здесь теперь заправлял новый управляющий — человек с лицом, будто он только что лимон разжевал, и скользким, как рыба, рукопожатием. Войдя в кабинет, Вера с удивлением обнаружила там ту самую недавнюю нарушительницу.
— Вот, значит, как у вас тут работают! Не давали мне спокойно плавать! Понабрали по объявлениям чёрт знает кого! — дама буквально захлёбывалась визгом, ткнув пальцем в сторону Веры. — Эта особа вела себя просто возмутительно! Орала на меня, выгоняла из воды, как нашкодившую собачонку! Я так этого не оставлю, вы меня поняли? Я подниму на ноги все проверяющие инстанции! Вы даже представить себе не можете, что я с вами сделаю! Вы знаете, кто я? Я — жена губернатора этого городишки!
Женщина тараторила без остановки, не давая никому и рта раскрыть, и лишь когда ей понадобилось перевести дух, в кабинете наконец повисла тишина.
— Я всего лишь попросила её не мешать моей группе, — только и успела сказать Вера, пытаясь прояснить ситуацию.
Директор поморщился и отмахнулся от неё, будто от назойливого насекомого.
— Помолчите уже! Вы хоть понимаете, что только усугубляете своё положение?
— Я требую немедленно уволить эту хамку! — снова взвизгнула высокопоставленная особа, набрав полные лёгкие воздуха.
— Может быть, ограничимся выговором? — робко предложил директор, прекрасно осознавая, что Вера — один из лучших его сотрудников, и терять её совсем не хотелось.
— Или вы увольняете её сию минуту, или завтра же утром здесь будут пожарная инспекция, санитарная служба и ещё бог знает кто! — топнула ногой губернаторша и, гордо вскинув подбородок, выплыла из кабинета, явно не сомневаясь в своей полной безнаказанности.
— Вера Петровна, вы уволены, — устало произнёс директор, когда дверь за скандалисткой закрылась. Он был взбешён этой ситуацией, но выместить злость на настоящей виновнице не мог, поэтому вся его злость обрушилась на ту, кто был под рукой.
— За систематическое нарушение этикета общения с клиентами, за грубость и... — он запнулся, подыскивая слова, понимая, как абсурдно это звучит. — Пишите заявление по собственному желанию. И не заставляйте меня передумать и уволить вас по статье. Вы свободны.
Такого поворота Вера не могла предвидеть. Столько лет безупречной работы, море благодарности от постоянных клиентов — и всё перечеркнула одна истеричка с громкими связями. Какая-то нелепая, гнусная инсинуация напыщенной гусыни просто перечеркнула её карьеру. Собирая вещи в опустевшей раздевалке, она всё ещё надеялась, что это глупая шутка. Вот сейчас войдёт директор, скажет, что всё уладил, и они вместе посмеются над этой нелепостью. Но никто не пришёл. Вера вышла из спорткомплекса и обессиленно опустилась на лавочку у входа. Слёзы сами катились по щекам, и она их даже не замечала. Они смешались с мелким июльским дождём, который моросил с самого утра.
— Проблемы? — рядом с ней, откуда ни возьмись, присел мужчина лет пятидесяти. — Я случайно оказался около кабинета директора, когда там бушевала эта дама. Уволили?
Вера молча кивнула, у неё уже не было сил ни отпираться, ни что-либо объяснять.
— Вот ведь... — мужчина сжал кулак и с досадой стукнул им по мокрой деревянной скамейке. — И что теперь думаете делать?
— Не знаю... — всхлипнула Вера, не скрывая слёз. — Я даже не думала об этом. Всё случилось так внезапно.
— Вера Петровна, — неожиданно назвал он её по имени, и она, на мгновение забыв о своём горе, удивлённо подняла на него глаза. — Я частый посетитель вашего бассейна, хорошо вас знаю как специалиста. Вы меня, конечно, не примечали, я всегда плаваю на второй дорожке, в дальнем конце. Я часто вижу, как вы работаете с группами, и, если вам нужна работа, я мог бы предложить один вариант.
Вера посмотрела на него с таким явным подозрением, что мужчина невольно рассмеялся.
— Меня зовут Андрей. У меня есть младший брат, Илья. Он бизнесмен, человек обеспеченный, живёт за городом, в собственном доме. Семь месяцев назад он попал в жуткую аварию, врачи буквально по кусочкам его собирали. Парень он упёртый, поставил себе цель восстановиться во что бы то ни стало и уже начал потихоньку вставать. Но для полноценной реабилитации врач настоятельно рекомендовал занятия в бассейне. Сами понимаете, каждый день таскаться в город ему тяжеловато, да и я не всегда могу его возить. Может, вы согласитесь... забирать его? — не поняла Вера.
— Так у меня и прав нет.
— Да нет же, возить никого не нужно! У него дома собственный бассейн, отличный, между прочим. Нужен просто грамотный тренер. Какая у вас здесь была зарплата? — поинтересовался Андрей.
Вера назвала сумму.
— Договорились. Вы будете получать столько же, плюс все транспортные расходы я компенсирую. Ну что, согласны? — Андрей выжидающе посмотрел на неё и мельком глянул на часы — видимо, очень спешил.
— Можно мне подумать? — Вера растерялась от такого стремительного предложения.
— Конечно. Вот моя визитка. — Андрей протянул ей ламинированный прямоугольник. — Извините, мне действительно пора. Буду ждать вашего звонка.
Он коротко пожал ей руку и быстро зашагал к стоянке. Вера повертела визитку в пальцах и убрала в сумочку. В любом случае, нужно посоветоваться с мужем, даже если их отношения сейчас далеки от идеальных.
Домой она вернулась намного раньше обычного. Часы показывали всего лишь начало первого. Её удивило, что машина Димы стоит во дворе — обычно он возвращался с работы позже неё. Войдя в квартиру, Вера сразу услышала негромкую музыку, доносившуюся из комнаты, и голос мужа. Он с кем-то разговаривал по телефону, включив громкую связь, и, судя по всему, совершенно не ожидал, что кто-то может его подслушивать.
— Заехал домой переодеться. Не хочу встречаться с тобой в официальном костюме, — говорил Дима.
— А что ты наденешь? — раздался в ответ томный женский голос, от которого у Веры неприятно кольнуло в груди.
— То, что быстрее всего снимается, — с пошловатым смешком ответил муж.
— Надеюсь, ты тоже оценишь мои кружева, которыми я тебя всё время дразню, — промурлыкала женщина.
— Ой, Дима, ну какой же ты пошляк! — притворно возмутилась собеседница и тут же залилась хихиканьем. — Посмотрим на твоё поведение.
— Слушай, а что ты скажешь своей жене? — полюбопытствовала женщина.
— Скажу, что в командировку, придумаю что-нибудь по дороге, — беззаботно отозвался Дима.
— Ты что, совсем её не любишь?
— Раньше любил, наверное. А потом выяснилось, что она пустышка. Короче, любовь прошла, завяли помидоры. Кому нужен такой пустоцвет?
Вера стояла за дверью, и каждое его слово било наотмашь, выбивая почву из-под ног. Она вся сжалась в комок, и нечаянный, едва слышный стон вырвался из её горла.
— Ты что, подслушивала? — набросился на неё Дима, увидев жену, как только вышел из комнаты. — Следишь за мной? Так и знал, что просто так не отстанешь, не захочешь меня отпустить!
Вера пыталась что-то сказать, но из горла вырывались лишь беспомощные всхлипы. Она держалась за живот, словно её только что ударили под дых, и не могла вымолвить ни слова.
— Я... я...
— Что ты? — передразнил муж. — Ты — никто. Недочеловек, не женщина. Думаешь, если когда-то спасла меня, то теперь можешь до конца жизни мной помыкать? Думаешь, я буду вечно благодарность изображать и жить с тобой из чувства долга? Да на тебе, на, выкуси! — Он сложил кукиш и сунул ей в лицо. — Забирай свои шмотки и вали в свою конуру! — голос его срывался на крик. — Я подаю на развод!
Это был ещё один удар, обрушившийся на неё в один день. Не успев опомниться от несправедливого увольнения, она узнала об измене и услышала такие слова от человека, которого когда-то вытащила из воды. После свадьбы Дмитрий настоял, чтобы они жили в его квартире, а Верину трёшку сдавали. Жильцы там оказались очень приличными — семейная пара с двумя детьми, и выгнать их на улицу в одночасье было невозможно. Куда идти, она не знала. И тут вспомнила про визитку Андрея. Она позвонила ему и согласилась на предложенную работу у его брата.
Дом за городом оказался внушительным, сразу видно — строили для большой и дружной семьи. Уютная веранда, ухоженный садик с качелями и песочницей, небольшой фонтанчик во дворе. Вера нажала кнопку звонка. Послышались шаги, дверь открылась. На пороге стоял молодой мужчина лет тридцати пяти, очень похожий на Андрея, и опирался на трость.
— Здравствуйте, я Вера.
— Добрый день, Андрей мне звонил, я вас ждал. Проходите, пожалуйста, — он медленно, с заметным усилием, но стараясь держаться прямо, пошёл вглубь дома, и Вера последовала за ним.
Они обсудили все детали: график тренировок, методику, оплату. Илья оказался человеком обстоятельным и приятным в общении.
— Илья, вы случайно не знаете, не сдаётся ли здесь поблизости какое-нибудь жильё? — спросила Вера под конец разговора.
— А я как раз хотел вам сам предложить остаться здесь, — улыбнулся он. — Сами видите, дом большой, а я тут совершенно один. Есть несколько гостевых комнат, например, в другом крыле. Мы можем вообще не пересекаться вне занятий. И да, не волнуйтесь, я не буду высчитывать стоимость проживания из вашей зарплаты, — опередил он её вопрос.
Илья был искренне рад, что у него появилась такая помощница. Будучи человеком небедным, он мог позволить себе нанять хоть целый штат прислуги: сиделок, домработниц, массажистов. Но после того, как от него ушла жена, не выдержав необходимости ухаживать за почти инвалидом, Илья напрочь разуверился в людях и перестал кого-либо подпускать к себе близко. Переубедить его смог только старший брат. Андрей рассказал о Вере как о прекрасном тренере и очень порядочной женщине, упомянув, как она когда-то спасла тонущего посетителя. Он, правда, не уточнил, что тот спасённый стал её мужем, но, видимо, что-то подсказывало ему, что этот брак долго не продержится.
Вера со всей серьёзностью взялась за реабилитацию своего нового подопечного. Уже через месяц он стал заметно увереннее держаться на ногах и передвигаться. Ещё через два — отбросил трость, а спустя три месяца смог без остановки пробежать стометровку. Между ними постепенно возникало что-то очень тёплое и трепетное, но ни он, ни она не решались довериться этому новому чувству, боясь ошибиться и снова обжечься. Иногда приезжал Андрей, с удовольствием наблюдал за успехами брата и не мог не заметить, какие взгляды Илья бросает на Веру и как она при этом краснеет.
— Брат, да ты, никак, влюбился? — как-то спросил Андрей, оставшись с Ильёй наедине. Это прозвучало не столько как вопрос, сколько как констатация факта.
— Неужели так заметно? — Илья даже испугался.
— Ещё бы! И что ты молчишь? Вера — замечательная женщина, я был бы только рад за вас обоих, — Андрей дружески хлопнул брата по плечу. — Это тебе не та вертихвостка, которая при первой же трудности дёру дала.
Илья поморщился, вспомнив бывшую жену. Как она кричала, заламывая руки, обвиняя его в эгоизме: «Ты думаешь только о себе! А я хочу жить нормально! Какая может быть жизнь с инвалидом? У меня всё впереди, я хочу большего, чем сидеть затворницей в твоём доме! Для кого ты его строил? Где обещанные дети, для которых всё это?» Она тыкала идеальным маникюром в окно, за которым виднелась детская площадка во дворе. «Ну, могу приезжать к тебе иногда...» — «Пошла вон!» — спокойно, но твёрдо сказал тогда Илья и, развернув кресло-каталку, выехал из комнаты, оставив её одну. Через день жена собрала все свои вещи — до последней булавки — и уехала, оставив его одного. Вскоре подала на развод и отсудила у него машину, квартиру, купленную в браке, и маникюрный салон, подаренный ей же. Илья старался больше не вспоминать о ней, и это ему вполне удавалось, пока кто-нибудь не начинал разговор на эту тему.
Вера была абсолютно не такой. Илья и сам не заметил, как всё чаще и чаще ловил себя на мыслях о ней. Ему хотелось видеть её каждую минуту, разговаривать, спорить, слышать её смех. После четырёх месяцев совместной работы Вера поняла, что её чувства к Илье перестали быть просто рабочими. Испугавшись этой привязанности, она решила, что нужно уходить, пока не стало слишком поздно.
— Илья, мне кажется, моя миссия выполнена, — как-то вечером сказала она. — Вы уже вполне самостоятельны и больше не нуждаетесь в постоянном присмотре тренера. Вы огромный молодец. Я оставлю вам подробные рекомендации и все упражнения, дальше вы вполне сможете заниматься сами.
— Да, наверное, вы правы, — тихо согласился Илья, глядя ей прямо в глаза таким взглядом, от которого у Веры мгновенно вспыхнули щёки, а по коже побежали мурашки. — Но я очень нуждаюсь в вас... в тебе, Вера. Я не хочу, чтобы ты уходила. Пожалуйста, останься.
Она не верила своим ушам. Слёзы предательски защипали глаза, и ей пришлось запрокинуть голову, чтобы они не покатились по щекам.
— Я, конечно, понимаю, предложение так себе, — Илья от волнения начал нервно шутить. — Мужик только на ноги встал, а уже туда же, в любовь играет. — Он помолчал и добавил уже серьёзно: — Но зато я перспективный.
— Дурачок ты перспективный, — рассмеялась Вера сквозь слёзы, опуская голову, и посмотрела на него сияющими, счастливыми глазами.
Через полтора месяца после этого разговора Вера вдруг почувствовала себя странно. Её мутило по утрам, дико хотелось то солёных огурцов, то квашеной капусты, а однажды среди ночи она проснулась с непреодолимым желанием понюхать мокрый асфальт.
— Вер, ну где я тебе среди ноября мокрый асфальт найду? — сонно пробормотал Илья. — Хочешь, в гараже пол водой залью? Что за капризы?
И вдруг он резко сел на кровати и уставился на неё круглыми глазами.
— Слушай, а ты случайно не беременна?
Илья не сводил взгляда с Веры, которая от его слов опешила не меньше его самого.
— Этого не может быть, — прошептала она испуганно. — Мне говорили, что я бесплодна.
— Спорим? — неожиданно весело сказал Илья. — Если родится девочка, я сам выбираю ей имя, а если мальчик — будем решать вместе, идёт?
Утренний тест показал две яркие полоски. Вера, не веря своим глазам, бросилась к врачу, и тот подтвердил: да, она беременна, всё в порядке. От радости она едва не грохнулась в обморок прямо в кабинете. А через неделю ей позвонили из той самой клиники, где они с Димой когда-то сдавали анализы.
— Вера Петровна, мы вынуждены признать нашу чудовищную ошибку, — растерянно лепетала девушка на том конце провода. — Наша новая практикантка перепутала штрихкоды на ваших пробирках с пробирками другой пары. Пожалуйста, приезжайте за вашими настоящими результатами.
Оказалось, что в той самой другой паре женщина была бесплодна, а её мужчина здоров. Они не удовлетворились результатами одной клиники и перепроверили в нескольких других — вердикт был единогласным. Тогда они пришли с претензиями в ту самую лабораторию, где всё началось. Подняв архив и проверив базу, специалисты наконец нашли пару, которая сдавала анализы в тот же день, что и Вера с Димой.
— Значит, это Дима бесплоден, — задумчиво проговорила Вера, машинально поглаживая округлившийся живот.
А Дмитрий тем временем был на седьмом небе от счастья. Его Карина была беременна. Для него это стало лучшим доказательством собственной правоты и окончательным приговором их браку с Верой. Они уже назначили дату свадьбы и, чтобы окончательно утереть нос бывшей жене, Дима собственноручно отправил ей приглашение.
Его самого чуть удар не хватил, когда в день регистрации к ЗАГСу подкатила шикарная иномарка и из неё вышла цветущая беременная Вера под руку с известным в городе бизнесменом.
— Поздравляю тебя, Дима, — спокойно сказала она, протягивая ошеломлённому жениху конверт с настоящими результатами обследования, где чёрным по белому было написано, что мужчина бесплоден.
Но штампы в паспорте уже стояли. Как выяснилось позже, Карина, бывшая жена Ильи, разведясь, успела покрутить роман с тренером Кириллом, а потом и с Димой. Забеременев, она пришла к Кириллу, но тот наотрез отказался от отцовства — ему такие проблемы были ни к чему. Тогда она пошла ва-банк и объявила Диме, что ждёт ребёнка именно от него. Тот был счастлив ровно до того момента, пока Вера не сунула ему под нос конверт с результатами анализов.
— Ты женился на мне! — визжала Карина, когда Дима, побелев как полотно, протянул ей бумаги. — Я теперь твоя законная жена! Это всё ошибка, какая-то провокация! Кого ты слушаешь?!
Но Вера и Илья не стали досматривать этот балаган до конца. Они развернулись и ушли, оставив ошарашенных гостей, молодожёнов и разборки между ними. А через шесть месяцев Илья, задумчиво глядя на двух орущих свёртков, мучительно соображал, какие имена подойдут сразу двум очаровательным девочкам.