Марина поставила на стол тарелку с жареной картошкой и котлетами. Обычный семейный ужин в обычный четверг. Муж Андрей уже потянулся за вилкой, когда в дверях показалась его мать.
– Опять эта картошка, – протянула Валентина Петровна, садясь за стол. – Марина, ну неужели нельзя что-то поизысканнее приготовить? Андрюша привык к нормальной еде.
Марина сжала губы и ничего не ответила. Отвечать было бесполезно. Свекровь все равно найдет, к чему придраться.
– Мам, все нормально, – миролюбиво сказал Андрей. – Я люблю картошку.
– Потому что ничего другого и не пробовал, – вздохнула Валентина Петровна. – Вот я для твоего отца такие блюда готовила! Жульены, буженину домашнюю, заливное. А тут – картошка да макароны.
Марина молча принесла салат. Обычный оливье, который она делала по своему рецепту. Свекровь попробовала, поморщилась.
– Горошек какой-то не такой. И колбасу надо брать докторскую, а не эту непонятную. Я тебе столько раз объясняла.
– Валентина Петровна, может, вам чаю налить? – как можно спокойнее спросила Марина.
– Налей. Только не из пакетиков, пожалуйста. Хоть чай научись заваривать нормально.
Андрей виновато посмотrel на жену и принялся активно поглощать картошку, показывая, как ему все нравится. Но Марина уже не обращала внимания. Она привыкла. Двадцать лет брака, и все эти двадцать лет одно и то же.
После ужина Валентина Петровна, как обычно, отправилась домой. Жила она в соседнем подъезде, поэтому заходила почти каждый день. Марина мыла посуду и думала о своем.
Свекровь двадцать лет называла ее бездарной хозяйкой. С самой первой их встречи. Помнила Марина, как готовила на первое семейное застолье борщ. Старалась, волновалась. А Валентина Петровна попробовала и сказала:
– Борщ не красный совсем. И сметаны маловато. Да и мясо жестковато.
С тех пор прошло столько лет, а ничего не изменилось. Что бы Марина ни приготовила, свекровь находила недостатки. Пироги – сухие. Суп – недосоленный. Мясо – пересушенное. Салаты – безвкусные.
– Лен, а может, тебе просто перестать готовить при свекрови? – как-то посоветовала подруга Лена. – Пусть приходит после ужина.
– Да она и так каждый день ходит, – вздохнула Марина. – А Андрей молчит. Не хочет матери перечить.
– Тряпка твой Андрей, – резюмировала Лена.
Марина тогда обиделась, но в глубине души знала, что подруга права. Андрей был хорошим человеком, любящим мужем, заботливым отцом. Но вот конфликтовать с матерью категорически не умел. Проще было согласиться, промолчать, сделать вид, что ничего не происходит.
Их сын Максим уже давно уехал учиться в другой город и остался там работать. Умный парень, понял, что от бабушки лучше держаться подальше. Марина иногда завидовала ему.
Однажды утром Марина зашла в большой продуктовый магазин за покупками. Бродила между полками, выбирая овощи, когда услышала знакомый голос. Валентина Петровна стояла у стенда с готовой едой и разговаривала с продавщицей.
– Мне вот эту утку, пожалуйста. И буженину возьму. Семьсот граммов хватит.
Марина машинально спрятала за стеллаж. Свекровь покупала готовую буженину? Ту самую, которой всегда хвасталась, что готовит сама?
– Вам так же нарезать, как обычно? – спросила продавщица.
– Да, покрупнее. И в контейнер положите, я уже свою посуду взяла.
Валентина Петровна достала из сумки судок и протянула продавщице. Та переложила нарезанную буженину в посуду свекрови. Ещё они взвесили какой-то салат и тоже переложили в другой контейнер.
– Спасибо, Галочка. Выручаете как всегда.
– Да не за что, Валентина Петровна. Вы же наш постоянный клиент.
Марина стояла за полками и не могла поверить своим глазам. Значит, вся эта хваленая буженина, которую свекровь якобы сама готовила, на самом деле покупная? И салаты тоже?
Когда Валентина Петровна ушла, Марина подошла к той же продавщице.
– Добрый день. Скажите, а эта женщина часто у вас покупает?
– Валентина Петровна? – продавщица улыбнулась. – Да почти каждую неделю приходит. Говорит, что для гостей берет, но я-то вижу, что постоянно одно и то же. Наверное, сама не очень готовить умеет, вот и выручаемся.
– Понятно, – медленно сказала Марина. – Спасибо.
Она взяла свои покупки и пошла к кассе. В голове роились мысли. Значит, вот оно что. Свекровь, которая двадцать лет учила ее готовить, сама покупала готовую еду и выдавала за свою. А ее, Марину, унижала и называла бездарной хозяйкой.
Дома Марина рассказала обо всем Андрею. Муж слушал и хмурился.
– Ну, может, мама просто не успевает готовить, – неуверенно сказал он. – Она же работала всю жизнь.
– Андрей, твоя мама уже десять лет на пенсии, – напомнила Марина. – И ты же слышал, как она мне про свою буженину рассказывала. Рецепт семейный, говорила. Секретный.
– Ну... может, она правда раньше готовила, а сейчас устала.
– Продавщица сказала, что твоя мама у них годами покупает. Годами, Андрей!
Муж почесал затылок.
– И что ты хочешь, чтобы я сделал?
– Ничего, – Марина махнула рукой. – Просто знай.
Она действительно не знала, чего хочет. Скандала не хотелось. Но и терпеть дальше тоже не было сил. Двадцать лет унижений, и все ради чего? Ради того, чтобы свекровь могла чувствовать себя лучше, выше, умнее?
Идея пришла неожиданно. Через месяц у Андрея был юбилей – пятьдесят лет. Валентина Петровна уже неделю названивала, выспрашивала, что они будут готовить, предлагала свою помощь.
– Может, я буженину сделаю? – говорила она. – Или заливное? Ты же, Мариночка, с заливным не справишься, там технология сложная.
– Спасибо, Валентина Петровна, – вежливо отвечала Марина. – Я сама справлюсь.
– Ну, как знаешь. Только потом не говори, что я не предлагала.
Марина готовилась к юбилею тщательно. Составила меню, закупила продукты, достала из шкафа старые кулинарные книги. Когда-то, до замужества, она очень любила готовить. Даже хотела пойти учиться на повара, но родители отговорили. А потом встретила Андрея, вышла замуж, родила сына. И как-то все это отошло на второй план.
Но навыки остались. Марина помнила, как делать правильное слоеное тесто, как мариновать мясо, как варить бульон для заливного. Просто давно этим не занималась. Зачем стараться, если все равно свекровь найдет, что раскритиковать?
Но сейчас было другое дело. Сейчас был план.
Марина позвонила Лене.
– Слушай, помнишь, ты говорила, что твоя сестра работает в ресторане?
– Ага, су-шефом. А что?
– Можешь попросить ее проконсультировать меня по рецептам? Я тут кое-что задумала.
Лена рассмеялась.
– Интересно. Конечно, могу. А что случилось?
Марина рассказала про свекровь и про свое открытие в магазине. Лена слушала и ахала.
– Вот это да! Значит, она сама покупала готовое и еще тебя учила? Наглость какая!
– Вот именно. Поэтому я и хочу устроить ей сюрприз.
– Устраивай, я помогу. Дай только свою свекровь проучить как следует!
Сестра Лены, Ирина, оказалась очень приятной женщиной. Она пришла к Марине домой, посмотрела меню, которое та составила, и одобрительно кивнула.
– Неплохо придумано. Но давай немного усложним. Вот здесь можно добавить соус, а здесь изменить подачу.
Они просидели весь вечер, обсуждая детали. Ирина показывала, как правильно нарезать, как украсить блюда, какие специи использовать. Марина записывала, запоминала, задавала вопросы.
– Знаешь, у тебя талант, – сказала Ирина в конце. – Действительно талант. Почему ты не занимаешься этим профессионально?
– Да как-то жизнь сложилась иначе.
– Никогда не поздно начать, – улыбнулась Ирина. – Вот после юбилея подумай. А я тебе помогу, если решишься.
День юбилея настал. Марина встала в шесть утра и принялась за готовку. Сначала поставила вариться бульон для заливного. Потом замариновала утку и отправила ее в духовку. Пока утка готовилась, принялась за салаты.
Андрей проснулся от запахов, доносившихся с кухни.
– Ого, – сказал он, заглянув на кухню. – Ты чего так разошлась?
– У тебя юбилей. Хочу, чтобы все было красиво.
– Мариш, ты не перетруждайся. Можно было что-то заказать.
– Не нужно заказывать. Я сама справлюсь.
И она действительно справилась. К вечеру на столе стояли блюда, которые выглядели как в ресторане. Заливное с прозрачным бульоном и красивыми узорами из моркови. Утка с яблоками и брусничным соусом. Три вида салатов, каждый красиво оформлен. Домашний паштет с тостами. И на десерт – трехслойный торт с кремом и свежими ягодами.
Андрей ходил вокруг стола и не мог поверить глазам.
– Это ты все сама сделала?
– Сама.
– Но ты же никогда... то есть, я не знал, что ты так умеешь.
– Я много чего умею. Просто не показывала.
Марина переоделась в красивое платье, поправила прическу и приготовилась встречать гостей.
Первой пришла Валентина Петровна. Она вошла с видом хозяйки, держа в руках судок.
– Я буженину принесла, – объявила она. – Все-таки решила, что без нее никак. Андрюша любит.
– Спасибо, Валентина Петровна, – Марина взяла судок. – Поставлю на стол.
Свекровь прошла в зал и остановилась, увидев накрытый стол.
– Ого... А это что?
– Угощение для гостей.
Валентина Петровна подошла ближе, разглядывая блюда.
– Это ты сама готовила?
– Сама.
– Не может быть. Такое заливное... Ты его заказала, да?
– Нет, приготовила сама.
– Марина, не ври. Я же знаю твои способности.
Марина промолчала. Пришли остальные гости – сестра Андрея с мужем, несколько его коллег с работы, Лена с Ириной.
Когда все уселись за стол, началось самое интересное. Гости пробовали блюда и восхищались.
– Андрей, у тебя жена просто волшебница! – сказал один из коллег. – Такую утку я последний раз в ресторане ел.
– А заливное какое! – подхватила сестра Андрея. – Марин, рецептом поделишься?
– Конечно поделюсь.
Валентина Петровна сидела с каменным лицом и молча ковыряла вилкой салат. Ее буженина так и стояла в судке, нетронутая. На столе хватало и другого мясного.
– А вы, Валентина Петровна, тоже готовить любите? – вдруг спросила Ирина, подруга Лены. – Марина рассказывала, что вы ее учили.
Свекровь оживилась.
– Ну, я стараюсь. Всю жизнь готовила, опыт есть. Вот буженину, например, делаю сама. Фирменный рецепт.
– Да? – Ирина заинтересованно наклонилась. – А можно попробовать?
– Конечно, сейчас достану.
Валентина Петровна открыла судок и выложила буженину на тарелку. Ирина взяла кусочек, попробовала. Потом еще раз, более внимательно.
– Хм, интересно, – сказала она. – А специи какие вы используете?
– Ну, это секрет, – загадочно улыбнулась Валентина Петровна.
– Понятно. Просто вкус очень знакомый. Как будто я такую уже пробовала.
– Мало ли, рецепты похожие бывают.
– Нет, не похожие, – Ирина покачала головой. – Именно такая же. Подождите... Вы случайно не в "Продуктах у дома" покупаете? На Садовой?
Повисла тишина. Валентина Петровна побледнела.
– Что? Я не понимаю, о чем вы.
– Да я там иногда беру готовую еду для образцов, – спокойно продолжила Ирина. – У них очень хорошая буженина, я вкус знаю. И это точно она.
– Вы ошибаетесь, – резко сказала свекровь.
– Не думаю. Я профессиональный повар, я разбираюсь. Это точно покупная буженина из того магазина.
Все гости переглянулись. Андрей непонимающе смотрел на мать.
– Мам, это правда?
Валентина Петровна открывала и закрывала рот, но слов не находилось. Марина сидела тихо и ждала.
– Валентина Петровна, – наконец сказала она, – продавщица Галина передавала вам привет. Я у нее недавно тоже покупала, и она рассказала, что вы у них постоянный клиент. Годами берете буженину, салаты, утку. Она еще удивлялась, что вы всегда просите переложить в свою посуду.
Лицо свекрови стало пунцовым.
– Я... это... просто иногда, когда нет времени...
– Продавщица сказала, что вы приходите каждую неделю. По одному и тому же графику.
– Как ты смеешь меня проверять?!
– Я не проверяла. Я случайно увидела вас в магазине и услышала разговор. А потом просто подтвердила информацию.
Марина встала и прошлась вдоль стола.
– Валентина Петровна, вы двадцать лет называли меня бездарной хозяйкой. Критиковали каждое мое блюдо. Учили меня готовить, хвастались своими рецептами. А сами покупали готовую еду и выдавали за свою. Вам не стыдно?
Свекровь молчала, глядя в тарелку.
– Мам, это правда? – тихо спросил Андрей. – Ты правда не готовила сама?
– Я... я готовила, – голос Валентины Петровны дрожал. – Раньше готовила. Когда ты был маленький. А потом... сил не стало, времени. Работала много. Но я не могла признаться, что не справляюсь. Я же всегда была сильной, все умела. Что бы обо мне подумали?
– И поэтому ты решила унижать мою жену? – в голосе Андрея появились жесткие нотки. – Говорить ей, что она плохо готовит, хотя сама делала еще хуже?
– Я не хотела ее обижать...
– Двадцать лет, мам! Двадцать лет она терпела твои замечания!
Марина положила руку на плечо мужу.
– Андрей, успокойся. Это твой день рождения.
Она посмотрела на свекровь.
– Валентина Петровна, я не хотела устраивать скандал. Просто мне нужно было, чтобы вы поняли. Я не бездарная хозяйка. Я просто готовила простую домашнюю еду, потому что так удобнее и быстрее. Но когда надо, я могу приготовить и такое.
Она обвела рукой стол с блюдами.
– И еще я хочу, чтобы вы перестали меня учить и критиковать. Я взрослая женщина, мать, бабушка. У меня свой дом, своя семья, свои правила. И если вам что-то не нравится в моей готовке, вы можете просто не приходить на ужин.
Гости сидели тихо, не зная, куда деваться от неловкости. Валентина Петровна встала из-за стола.
– Я пойду.
– Мам, подожди, – начал было Андрей, но она уже направилась к двери.
– Мне нехорошо. Я пойду домой.
Она ушла, так и не попрощавшись. После ее ухода все немного расслабились. Заговорили о других вещах, стали поздравлять Андрея. Ирина снова похвалила Марину за готовку и еще раз предложила подумать о работе в ресторане.
Когда гости разошлись, Андрей помогал Марине убирать со стола.
– Прости, – сказал он. – Я не знал, что мама так... обманывала.
– Я знаю.
– И прости, что я не защищал тебя все эти годы. Мне казалось, что это просто такие ее придирки, ничего серьезного. Я не понимал, как тебе было тяжело.
Марина обняла мужа.
– Теперь ты понимаешь. Это главное.
– Понимаю. И больше не позволю маме так с тобой разговаривать.
Несколько дней Валентина Петровна не появлялась. Не звонила, не заходила. Марина даже начала волноваться. Все-таки свекровь уже не молодая, вдруг что-то случилось?
Но потом Андрей сказал, что созванивался с матерью. Она в порядке, просто обижена. Марина вздохнула. Ну что ж, пусть побудет обиженной. Может, это пойдет на пользу.
Прошла еще неделя. Марина как раз собиралась готовить ужин, когда раздался звонок в дверь. На пороге стояла Валентина Петровна с букетом цветов.
– Можно войти?
– Конечно, проходите.
Свекровь прошла на кухню, села за стол. Положила перед собой цветы.
– Это тебе. В знак извинений.
Марина взяла букет. Астры, ее любимые.
– Спасибо.
– Марина, я хочу извиниться, – Валентина Петровна говорила с трудом, подбирая слова. – Я правда не хотела тебя обижать. Просто... мне всегда было важно быть лучшей. Самой умелой, самой хозяйственной. А когда я перестала справляться, мне стало страшно. Страшно признаться в слабости.
– И вы решили компенсировать это, критикуя меня?
– Да. Глупо, я понимаю. Но так получилось. Видишь ли, я всегда считала себя образцовой хозяйкой. Все вокруг меня хвалили. А когда началась старость, силы ушли... Я не могла смириться. Вот и купила готовое, а сама себе внушила, что это я приготовила. И поверила в это.
Марина налила чай, поставила на стол печенье.
– А зачем нужно было меня критиковать?
– Чтобы чувствовать себя лучше, наверное. Если я критикую тебя, значит, я все еще разбираюсь в готовке. Все еще эксперт. Понимаешь?
– Понимаю. Но это неправильно.
– Я знаю, – Валентина Петровна вытерла выступившие слезы. – И мне очень стыдно. Особенно после того ужина. Твои блюда были восхитительны. А я всю жизнь убеждала тебя, что ты не умеешь готовить.
Марина молча пила чай. Свекровь смотрела на нее с надеждой.
– Ты сможешь меня простить?
– Не знаю, – честно ответила Марина. – Двадцать лет – это долго. Мне нужно время.
– Я понимаю. Но я правда буду стараться. Больше не буду критиковать. Обещаю.
– Посмотрим.
Валентина Петровна встала, собираясь уходить. Потом остановилась у двери.
– А можно... можно тебя еще кое о чем попросить?
– О чем?
– Научи меня готовить. По-настоящему. Я правда хочу научиться.
Марина задумалась. С одной стороны, обида еще не прошла. С другой – свекровь ведь признала свою вину. И искренне хочет исправиться.
– Хорошо, – сказала она наконец. – Научу. Приходите в субботу, будем вместе готовить обед.
Лицо Валентины Петровны просветлело.
– Спасибо. Правда, спасибо.
Суббота выдалась удачной. Марина показывала свекрови, как правильно готовить борщ. Валентина Петровна внимательно слушала, записывала, задавала вопросы. Она действительно старалась.
Когда борщ был готов, они сели пробовать. Валентина Петровна попробовала, закрыла глаза.
– Вкусно. Очень вкусно. Надо же, а я всегда думала, что борщ – это сложно.
– Не сложно. Просто нужно знать несколько хитростей.
– Спасибо, что делишься ими со мной.
Они ели борщ, разговаривали. Впервые за двадцать лет разговаривали нормально, по-человечески. Без колкостей и критики со стороны свекрови.
Андрей пришел с работы и удивился, застав их вдвоем на кухне.
– О, мама! А я не знал, что ты придешь.
– Марина учит меня готовить.
– Серьезно?
– Абсолютно. Вот, борщ сварили. Попробуй.
Андрей попробовал, одобрительно кивнул.
– Отличный. Как всегда у Марины.
Валентина Петровна улыбнулась.
– В следующий раз я сама попробую приготовить. Под руководством Марины, конечно.
Марина смотрела на свекровь и думала, что люди все-таки могут меняться. Даже в семьдесят лет. Главное – захотеть.
Прошло несколько месяцев. Валентина Петровна действительно перестала критиковать Марину. Более того, она сама научилась готовить несколько блюд и теперь с гордостью угощала ими гостей. Настоящими, приготовленными своими руками.
Однажды она позвонила Марине и позвала к себе на обед.
– Я курицу в духовке приготовила. По твоему рецепту. Хочу, чтобы ты оценила.
Марина пришла. Курица действительно была хороша. Валентина Петровна светилась от счастья.
– Ну как?
– Отлично получилось. По-настоящему вкусно.
– Знаешь, я тут подумала, – свекровь налила чай, – а ведь я столько лет потратила на обман. И себя обманывала, и других. А надо было просто признаться, что не умею, и попросить научить. Сколько бы времени сэкономила.
– Ну, лучше поздно, чем никогда.
– Это точно.
Они сидели на кухне, пили чай, и Марина подумала, что вот так, наверное, должны были выглядеть их отношения с самого начала. Две женщины, родственницы, которые могут поделиться рецептами, поговорить по душам, поддержать друг друга.
Двадцать лет ушло на то, чтобы до этого дойти. Двадцать лет свекровь называла ее бездарной хозяйкой. Но один ужин заставил ее замолчать навсегда. И это было к лучшему.
Марина допила чай и посмотрела на свекровь.
– Валентина Петровна, а давайте в следующий раз что-нибудь вместе приготовим? Пирог, например.
– Давай, – обрадовалась свекровь. – С яблоками?
– С яблоками.
И они договорились встретиться на следующей неделе. Чтобы вместе готовить пирог, делиться секретами, просто общаться. Как родные люди, которыми они и были. Просто забыли об этом на долгие годы. А теперь вспомнили. И это было самое главное.