В нашей предыдущей статье мы обозначили наличие двух основных стратегий применения холодного оружия (колющей и рубящей), высказав мысль о том, что именно противоборство их друг с другом и обуславливало развитие военного дела на протяжении тысячелетий. Отметим, что к историческим аспектам этого противостояния мы ещё будем неоднократно возвращаться на протяжении всего освещения нашего «сверкающе-клинкового» цикла, красочно и аргументированно показывая борьбу стратегий в динамике на протяжении развития человеческого общества. Но для того, чтобы при этом ещё и обладать полнотой понимания данного процесса, нам необходимо уяснить и некоторые чисто технические моменты.
Основным из них является механика рубящего удара, рассматриваемая с позиций геометрии конфигурации зоны поражения, сформированной данным ударом, изучение которой позволит нам раз и навсегда понять, почему предназначенные для рубки клинки обязательно должны быть искривлёнными.
Рассмотрение же мы начнём с прямого клинка — например, классического меча. Итак, если взять прямой клинок и ударить им строго горизонтально сверху-вниз по какой-либо вертикальной плоскости (то есть, нанести удар с углом наклона меча к вертикально стоящей плоскости мишени равным нулю), то получившаяся на плоскости врезка (вмятина, выщербина или зона поражения) геометрически будет строго соответствовать поперечному сечению нижней части клинка, как оно наглядно и представлено на схеме № 1. То есть, если взять в руки прямой меч, поставить где-то на уровне пояса вертикально доску и по ней от души рубануть, то меч прямо-таки «впечатается» в неё, создав в доске зону поражения, геометрически равную сечению своего лезвия (естественно, в его нижней ударной части). Можно так делать? Да, конечно же, можно! Но только в том случае, если противник будет находится низко (например, если он стоит на земле, а по нему бьют с коня) и у бьющего есть достаточно сил, чтобы наносить по нему мощные удары с заниженным КПД вследствие растраты сил на неоправданно расширенную зону поражения (поскольку поражающую роль играет не столько ширина, сколько глубина проникновения ста́ли в мишень).
Теперь рассмотрим схему под номером 2, в рамках которой тот же самый прямой меч наносит удар по одноуровневой (такого же роста) мишени, но уже не под прямым углом (потому как на одном уровне удара уже вообще не получится), а под углом в 45 градусов. Из схемы видно, что в результате наклонного удара мы достигаем совсем даже неплохого результата, поскольку зона поражения от него получается достаточно большой и по глубине сопоставимой с той, которая была, когда мы били «от всей души».
Возникает вопрос: а за счёт чего? Ведь большой силы вложить из-за небольшой амплитуды удара сюда никак невозможно? И вот тут-то мы и подходим к краеугольному для понимания моменту. Вследствие того, что клинок ударяет по мишени под углом, зону поражения формирует не его сечение «в толстой части» (как на схеме № 1, где разрубаемая плоскость перпендикулярна оси удара, и потому охватывает клинок в его максимальном варианте), а формирует сечение, обусловленное местом соприкосновения мишени с лезвием под углом, которое из-за своей наклонности всегда тоньше. При этом «толстое место» сечения остается не задействованным и с мишенью вообще не соприкасается.
Можно ли так бить? Можно и нужно! Но, увы, не всегда возможно. Для того, чтобы «поймать» этот острый угол, при этом и наклон соблюсти, и расстояние для замаха хоть какое-то оставить, сначала надо вычислить и занять оптимальную позицию. Вполне возможно, что для этого придётся даже слегка присесть, дабы выровняться по высоте, что в реальности не особо возможно. Если же с позицией чуток ошибиться (то есть, занять неправильное исходное положение относительно мишени), то и без того не великий замах вообще не получится — соответственно, и удара никакого не выйдет. В результате о зоне поражения вообще говорить не придётся, в отличие от противника, который вряд ли останется ко всему этому безучастным, и потому, скорее всего, адекватно ответит.
Так что же делать? А вот что. Просто заменить прямой клинок на искривлённый, и тогда, как бы вы не били, удар всегда будет приходиться под острым углом с задействованием только тонкой части клинкового сечения (см. схему № 3).
Поэтому даже не самый сильный рубящий удар, но совершённый именно искривлённым клинком способен разрубить на такую же глубину, на которую этот же материал разрубит прямой по отношению к рубящей поверхности удар (см. схему № 1), но нанесённый с гораздо большей силой и с очень непростой позиции (потому как этот прямой угол ещё и достигнуть нужно). При этом амплитуды удара для разгонки кривого клинка тоже окажется вполне достаточно, потому как сокращать дистанцию до мишени, как в случае с наклонным ударом, нанесённым прямым клинком (см. схему № 2), здесь не требуется.
Вот потому-то клинки и изгибают, поскольку кривым клинком как не ударь, всё равно получится под углом. Следовательно, и зона поражения от такого удара всегда будет тоньше реальной ширины клинкового сечения, и потому острее. А там, где бьющая часть оружия острее, там всегда будет и более успешное его проникновение. То бишь, повышенная эффективность применения.
Вторая же причина, почему рубящие клинки изгибают, связана с особенностями их балансировки. Причём балансировки весьма специфической, и ориентированной специально на то, чтобы создать при рубке эффект направляющего момента. Примерно так же, как у топора, где посредством изгиба топорища центр тяжести специально выносится на обух и находится чуть позади оси, что значительно улучшает процесс управления рубящим лезвием при нанесении удара. И если отбросить частности, то приблизительно то же самое происходит и на искривлённых клинках — именно на искривлённых, потому как на прямых подобного эффекта уже никак не достичь, поскольку на прямом клинке центр тяжести в любом случае будет находиться на его центральной оси.
Естественно, что так будет продолжаться до тех пор, пока клинок не отогнуть вверх, а отогнув (что, по сути, означает превращение меча в саблю) не насадить его на рукоять без выдвижения вперёд (ибо существует и такое). В результате центр тяжести закономерно сместится назад и в зависимости от степени искривлённости клинка он будет дальше или ближе, но в любом случае позади центральной оси, что и образует на клинке столь нужный для точности рубки эффект направляющего момента (см. схему № 4). При этом правильно созданный направляющий момент в свою очередь порождает некий специфический эффект, про который опытные рубаки раньше говорили, что оружие «с отвесом», потому что оно, мол, «само идёт». Идёт в цель куда более точно, чем прямой клинок, поскольку направляющий момент на то и есть «направляющий», чтобы именно направлять.
А теперь давайте вспомним все эти античные хопеши-кописы-махайры с их «топоровидно-вперёднаклонной» конфигурацией, отметив, что при данной конфигурации центр тяжести клинка никак назад не выносился (ибо позади осевой линии вообще ничего не было), а наоборот, выдавался вперёд, вследствие чего никакого направляющего момента в этом оружии не существовало. В результате клинки данного типа, будучи искривлёнными и потенциально обладая хорошей проникающей способностью, всё равно реализовать её никак не могли из-за низких баллистических качеств оружия. То есть, в этом оружии не было того, чтобы про него можно было сказать, что оно «с отвесом» и «само идёт», ибо «шло» оно очень и очень натужно. Собственно, именно этим и объясняется его практически полное исчезновение с мировой арены, и доживание сейчас разве что в качестве национального оружия гуркхов, которые своим воинским мастерством удачно компенсируют все его конструктивные минусы. Как только человечество поняло, что к чему в тонкостях этого «рубочного дела» и научилось изгибать клинки назад, а не вперёд (что тоже было непросто), то именно так оно с той поры и стало поступать.
Так что для рубки клинковым оружием центр тяжести воистину великая вещь! И особенно, если он расположен «как надо» ещё и по длине клинка относительно рукояти. При этом правильное «рубящее» расположение центра тяжести, достигнутое вековым эмпирическим путём, около 15–25 см от начала эфеса. Для указанного диапазона величин вполне справедливо будет следующее правило: «чем профессиональней рубака, тем дальше центр тяжести, тем лучше рубящие свойства оружия». И другое: «чем центр тяжести ближе, тем рубить легче, но малоэффективней».
Отметим, что на казачьей «горловской» шашке (образца 1881 года) это расстояние равно 21,5 см (с небольшими вариациями из-за ростовых номеров). Если же центр тяжести расположен от эфеса на расстоянии больше 30 сантиметров, то рубить таким оружием тоже, в принципе, возможно. Но только это уже будет не шашка и даже не сабля в традиционном понимании этого слова, а какой-то совсем другой вид оружия, по своим рубящим качествам тяготеющий больше к тесакам или секачам. Например, к тем же фальшионам.
Если же расстояние до центра тяжести меньше 15 сантиметров, то это уже будет типичная шпажечно-фехтовальная балансировка. То есть, для нанесения уколов и для управления клинком без замаха, а исключительно за счёт поворота кисти лучшей балансировки и не придумать! И безусловно, это тоже дело весьма даже хорошее. Но вот только добротного рубящего удара при этом уже никогда не достигнуть. Ну, и учитывая то обстоятельство, что на таком минимальном расстоянии (даже на искривлённых клинках) ещё нет никакого существенного отгиба назад, соответственно, здесь не может быть и речи об эффекте направляющего момента.
Мало кто знает, что кроме центра тяжести на изогнутом клинковом оружии существует ещё и другой, не менее важный центр. Это место нанесения удара, с центром тяжести напрямую не связанный, но тем не менее связанный с ним опосредовано через геометрию клинка (впрочем, равно как и с другими техническими параметрами). Дело в том, что поскольку клинок искривлён, то при нанесении им ударов в нём обязательно возникают специфические вибрации, выражающиеся в подёргивании эфеса и в подпрыгивании острия. И так практически по всей дуге клинка, но за исключением лишь одной точки, где эти вибрации-подпрыгивания отсутствуют. Определяется же эта точка следующим образом: клинком последовательно, с шагом в полсантиметра, слегка бьют по дереву, тщательно ловя то место, где клинок после удара замирает «как вкопанный». Как правило, это место находится в верхней четверти клинка. На ряде восточного оружия в этих местах даже сверлились специальные отверстия, которые потом заливались свинцом. В русском же оружии места нанесения ударов визуально соответствовали верху окончания долов. Именно соответствовали, потому как в современных новоделах это правило сплошь и рядом не соблюдается, поскольку о нём (равно как и о всех прочих тонкостях оружейного дела) ныне лишь немногие осведомлены.
Естественно, что огромную роль при рубке играет конфигурация клинка в целом, с учётом степени его искривлённости. Собственно, именно она и задаёт способ нанесения рубящих ударов, поскольку здесь тоже всё далеко не так однозначно. Например, если взять тот же шамшир (индо-персидская сабля) то по сути это ничто иное как отрезок дуги, которым как не ударь, всегда врезка от клинка получится геометрически тоньше его реального поперечного сечения, потому как из-за существенной кривизны клинка (со степенью искривления от 45 до 60 градусов) нанести этаким полуобручем удар под прямым углом весьма даже затруднительно, если не сказать, что практически невозможно.
Вроде бы, и чего ещё желать-то? Но оказывается, что пожелать кое-что здесь ещё очень даже возможно, потому как «не рубкой единой живёт рубящий клинок» — иногда надо не только рубануть, но ещё и резануть. Например, в той ситуации, когда на голове супротивника чалма, что раньше на Востоке было сплошь и рядом. Дело в том, что обёрнутый вокруг головы кусок материи отлично смягчает удары, а если он ещё и из шёлка, то прорубить его просто невозможно, ибо шёлк, как известно, не рвётся. А вот разрезать его при нанесении аккуратненького секущего удара под строго определённым углом в принципе возможно. Вопрос только в том, как этот угол соблюсти…
И вот тут-то на помощь приходит сабля уже несколько иного типа. Например, вот такой турецкий килидж (в русской транскрипции — «клыч»), где конфигурация клинка образует не столько дугу, сколько угол. Считается, что в данном случае верхняя рубящая часть клинка при ударе образует режущий момент, с помощью которого происходит рассекание тканей и мягкой плоти, а если вдруг потребуется просто рубануть от души, то таким клинком и это тоже вполне возможно совершить — для этого нужно постараться угодить по мишени «полукруглым углом» (простите за абсурдность определения, но уж очень точно оно отражает суть явления), тогда и рубящий удар получится.
Пытливый читатель уже наверняка сообразил, что самым лучшим оружием для рубки будет являться то, которое позволит оказать как рубящее, так и режущее воздействие. И так уж нам (то бишь, казакам) повезло, что именно таковой является столь любимая нами шашка. Впрочем, об этом мы ещё поговорим ниже, да и не единожды.
Возвращаясь к боевой механике, отметим, что напротив места нанесения ударов (на обухе) — там, где в восточном оружии часто присутствует массивная елмань, на шашке существует так называемое «фальш-лезвие». То есть, вроде бы оно и лезвие, но в то же время его заточка всегда нулевая. Назначение же этого «фальш-лезвия» в следующем: оно нужно для придания клинку в его ударной части своеобразного овалообразного сечения. Дело в том, что, казалось бы, даже такой пустяк, как прямоугольное сечение тыльной стороны клинка, уже само по себе способно существенно ухудшить рубящие свойства оружия (например, вызвать застревание в костях и тому подобное). Кстати, именно поэтому и долы на шашечных клинках в своём сечении тоже округлые.
Во многих же европейских сабельных клинках все эти тонкости не учитываются и зачастую их обухи (и даже долы!) геометрически прямоугольны. Что, с одной стороны, соответствует европейским эстетическим воззрениям, поскольку вся красота в порядке и в симметрии (а как же, «орднунг», «орднунг» и ещё раз «орднунг!»), а с другой свидетельствует об отсутствии у них многовековой «сабельной» культуры.
Впрочем, об этом, равно как и о щекотливой теме изгиба рукоятей, мы поговорим на страницах следующего номера журнала. Пока же для того, чтобы мы могли двигаться дальше по пути изучения противостояния стратегий применения холодного оружия, нам необходимо усвоить следующие постулаты боевой механики «рубочного дела»:
- Оптимальной формой клинка, предназначенного для нанесения рубящего удара, является дугообразное искривление;
- Искривлённый клинок лучше (по сравнению с прямым) проникает в мишень вследствие того, что его лезвие всегда находится под углом к разрубаемой поверхности, тем самым формируя при ударе зону поражения геометрически меньшую, чем реальная толщина клинка в его поперечном сечении;
- Смещение центра тяжести за осевую линию рубящего оружия (то есть, назад в сторону, противоположную от стороны нанесения удара) повышает управляемость клинком при нанесении рубящего удара;
- На рубящем оружии существует также обусловленная индивидуальной геометрией клинка точка, являющаяся местом нанесения удара (не путать с центром тяжести). Данная точка определяется эмпирическим путем и на качественно изготовленном отечественном оружии должна совпадать с верхом окончания долов.
На этом честь имею! И привет всем с берегов благословенного Тихого Дона!
Владимир Ерашов
Ростов-на-Дону, Россия
P.S. Иллюстрации выполнены с применением нейросетевых технологий «Нейро-комбат-студией «ПерначЪ».