Когда мы, родители, собираемся крестить наших детей, всегда ищем идеальных кандидатов в крестные, так ведь? Ищем того, кто сможет быть ориентиром для ребенка. Но у меня для вас история про крестного, от которой кровь стынет в жилах. Руки этого человека, которые трепетно держали церковную свечу и младенца, дома сжимались в кулаки и превращали в ад жизнь одной женщины.
Крестный отец или «Святой Витя»
Я до сих пор помню тот день в деталях, словно это было вчера. Солнечный сентябрь, золотая листва под ногами, белоснежные стены храма. Мы стоим полукругом, пахнет ладаном и тающим воском. В центре внимания — Виктор. Он стоит у купели, в безупречном костюме, и бережно, с каким-то священным трепетом держит на руках младенца — сына наших близких друзей, Сережи и Светы.
Малыш спит, доверчиво прижавшись к его плечу, а Витя смотрит на него взглядом, полным такой вселенской нежности и мудрости, что у нас, женщин, наворачиваются слезы умиления.
Светка тогда сжала мою руку и прошептала:
— Как же нам повезло с кумом! Ты посмотри на него. Это же не мужик, это скала!
Отец ребенка, Сергей, после церемонии хлопнул Виктора по плечу и гордо, на всю компанию заявил:
— Витя, я спокоен за сына. Ты для него теперь второй отец. Если со мной что случится, я знаю — ты вырастишь из него настоящего Человека. Примера лучшего, чем ты, я не знаю.
Мы все закивали. В нашей компании Виктор действительно был эталоном. Интеллигент до мозга костей, голос бархатный, манеры — как у аристократа в пятом поколении.
Более того, у него была негласная роль нашего «третейского судьи». Если я ссорилась с мужем, то бежала не к маме, а к Вите. Он усаживал меня на кухне, наливал чай и своим спокойным, гипнотизирующим голосом раскладывал ситуацию по полочкам.
Я возвращалась домой просветленная, с чувством вины, и пилила своего мужа:
— Тебе бы поучиться у Вити выдержке! Золотой мужик, а всё один. Просто слишком порядочный для нашего испорченного мира и современных меркантильных женщин, охотниц за миллионами.
Мы искренне жалели его одиночество, не подозревая, что жалеть нужно было совсем не его.
Как все узнали про истинное лицо “святого” Вити
Мы нередко заходили к Виктору в его архитектурное бюро и знали всех его коллег. И на наши посиделки он иногда приходил с Лилей - не в статусе пары, а в статусе коллег. И мы приняли эту девушку в нашу компанию, сдружились с ней.
Она всегда вела себя очень скромно, во многом поддакивала Вите, когда речь заходила о работе, интересных проектах. Но стоило нам спросить ее о чем-то напрямую, Лиля менялась в лице и в первую очередь смотрела на Виктора. Ну, это нормально - она стесняется и ищет поддержки у своего начальника.
С момента знакомства с Лилей прошло 5 лет - она была уже нашей подругой. Мы собрались у Сергея и Светы, чтобы отметить день рождения того самого крестника.
Стол ломился, дети бегали, играла музыка. Не хватало только двух человек - Лили и Вити. Но он предупредил, что сам задержится с проектом в офисе. А где была Лиля, в тот момент он не знал. Сказал, что она ушла с работы.
Раздался звонок в дверь. Света побежала открывать:
— О, наконец-то! А мы уже заждались крестного!
Дверь открылась. На пороге стояла Лиля. Одна. В черных очках, хотя на улице был вечер. Губа разбита в кровь, припухла. Она стояла, ссутулившись, и её трясло мелкой дрожью.
— Лиля? — Света отступила назад. —Что случилось?
Лиля зашла в прихожую, сняла очки и посмотрела на нас всех жутким, потухшим взглядом. Под глазом расплывался огромный фиолетовый синяк.
— Помогите, — выдохнула она еле слышно. — Пожалуйста. Он меня уничтожит.
В комнате повисла такая тишина, что было слышно, как на кухне капает кран. Музыка показалась неуместно громкой, и кто-то её выключил.
— Кто? — глухо спросил Сергей, отец именинника, поднимаясь из-за стола.
— Витя, — сказала она и, наконец, заплакала. Горько, навзрыд, как плачут люди, которые долго держались из последних сил. — Я суп пересолила. Мама его позвонила, накрутила, что я его отравить хочу специально. Он пришел... и начал бить. Сказал, что если я пикну, он меня закопает, и никто меня не найдет.
Мы стояли как громом пораженные. Какой суп? Какое к нему отношение имеет Витя и его мать. Избивает? Что вообще происходит?!
А Лилю так трясло! И наконец прорвало.
— Мы с Витей не просто коллеги, а встречаемся тайком пять лет. Сначала это было абсолютной тайной для всех, а потом об этом узнала его мать. Больше не знал никто. А примерно три года назад он начал меня избивать. Вы же помните, я не всегда приходила на ваши вечеринки? Просто тогда я была в синяках, либо мы были в ссоре.
Вся наша компания замерла в полном потрясении. Мы отправили детей в детскую, чтобы они не слышали ничего. Дали Лиле успокоительное - чуть помогло. Она достала телефон и показала все их совместные фото за эти годы. Черт, они действительно были парой!!! Но почему он скрывал от нас, друзей?
— Он меня стыдился, потому что его мама сказала, что я ему не пара. А я его безумно любила и была согласна все держать в секрете.
Мама Вити, Тамара Павловна, — классическая «женщина-танк», властная, громкая, для которой единственный сын был светом в окошке и личной собственностью. Помните Олега Табакова в роли Мисс Эндрю в детском фильме про Мэри Поппинс? Так вот этому персонажу еще учиться и учиться у Тамары Павловны…
Ни одна женщина на планете Земля не была достойна её «Витеньки». А уж Лиля — простая девочка из провинции — тем более. Для Тамары Павловны она была «приживалкой» и «деревенщиной».
Мать годами давила волю Вити, унижала его, контролировала каждый шаг. Ответить ей он не мог — кишка тонка. Он панически её боялся. Но злость, агрессия и унижение копились внутри. И этот ядовитый пар нужно было куда-то спускать.
Он нашел идеальный громоотвод — беззащитную Лилю. На людях он был оратором, а перед мамой превращался в трясущееся желе. Приходя домой после очередной выволочки от мамы, где он чувствовал себя побитым псом, он превращался в садиста. Он не просто поднимал руку на нее - хрупкую девчонку - а отыгрывался на той, кто не могла ответить.
И я действительно вспомнила, как однажды увидела на руке Лили несколько синяков. Дело было в офисе Виктора, у него был день рождения.
— Лиль, что это? — спросила я.
Она дернулась, натянула рукав кофты до самых пальцев.
— Ударилась, — ответила она, не глядя мне в глаза. — Я такая неуклюжая стала.
А Витя стоял в дверях своего кабинета, улыбался своей фирменной «святой» улыбкой и качал головой:
— Ну и вот что поделать с такими милыми сотрудницами? Аккуратнее надо быть, наша дорогая Лиля.
И мы верили! Господи, мы верили этому спектаклю! Мы думали: «Ну надо же, какая она неловкая, а он так о ней заботится».
Лиля терпела и СКРЫВАЛА побои три года. Но в тот день поняла, что еще чуть-чуть - и Виктор ее уничтожит. Когда слезы высохли, Лиля показала нам еще кое-что: их переписку в тот вечер.
Наш «духовный наставник» писал ей такое, от чего у видавших виды мужиков волосы встали дыбом: «Ты где? Только попробуй рот открыть. Вернешься — я тебе ноги переломаю, ты поняла, ничтожество? Ты никто, и звать тебя никак».
Маска святоши не просто треснула. Она осыпалась грязными осколками, обнажив звериный оскал. Мы увидели перед собой не друга, не крестного, а чудовище. Наш «святой» Виктор оказался ничтожеством.
Как наши мужчины провели урок для Виктора
Реакция наших мужчин была мгновенной. Сергей побагровел. Желваки на его скулах заходили ходуном.
— Это он мне про честь затирал? — прорычал он сквозь зубы. — Это он моего сына крестил? Урод.
Никто из наших парней не сказал «сама виновата». Никто не стал искать оправданий типа «может, она его довела». В воздухе повисла тяжелая, мужская ярость.
В дверь снова позвонили. На пороге стоял Виктор - с огромным букетом цветов и дорогой коробкой конструктора для крестника. Он улыбался, пах дорогим парфюмом, весь такой сияющий и благостный.
— Простите, друзья, задержался, пробки дикие... — начал он с порога. — О, Лиля, ты уже здесь? А что случилось?! Почему у тебя синяки?
— Заткнись, подонок, — тихо, но так страшно сказал Сергей, что Витя поперхнулся.
Разговор был коротким. Наши мужья — Сергей, мой муж и еще двое друзей — просто окружили его в прихожей, а потом вывели на улицу. Они преподнесли ему хороший урок — своими кулаками. Когда тот вытирал разбитый нос, мы услышали жесткий, рубящий голос Сергея:
— Ты больше не подойдешь ни к Лиле, ни к моему сыну. Забудь его имя. Увидишь кого-то из нас на улице — переходи на другую сторону. Бьют женщин только подонки и слабаки. Если я узнаю, что ты хоть пальцем тронул Лилю или приблизился к ней... ты сядешь надолго. Вали отсюда.
Вы наверняка спросите, почему не вызвали полицию в тот вечер? Лиля категорически отказалась. Так многие женщины ведут себя в отношениях, где есть домашнее насилие. Ей было стыдно и страшно, что все узнают правду. У нее была больная мама - Лиля боялась, что такого удара она не переживет.
Она плакала от боли, обиды и умоляла не вызывать полицию.
Поэтому наши мужчины просто вышвырнули Виктора — как мешок с грязью.
С тех пор прошел год. Лиля долго приходила в себя, ходила к психологу, мы всей компанией её поддерживали. Сейчас у неё всё хорошо, она встретила нормального парня.
А Виктора мы вычеркнули из жизни навсегда. Родители крестника даже ходили в церковь советоваться, можно ли снять с такого крестного отца этот статус, потому что такому человеку нельзя доверять душу даже формально. Оказалось, что это невозможно.
Он остался один. Со своей мамочкой. В их идеальном, стерильном аду, где нет места любви, а есть только страх и насилие.
Я часто открываю фотоальбом и натыкаюсь на то фото с крестин. Красивый храм, свет, и Витя с младенцем на руках. Раньше я умилялась, а теперь меня тошнит.
Крестный отец — это тот, кто должен вести ребенка к свету, учить добру и защите слабых. А этот человек жил во тьме и сеял вокруг себя только боль.
Женщины, я обращаюсь к вам.
Не молчите! Я знаю, как это страшно — признаться. Я знаю, как стыдно показать синяки. Но Лиля спаслась только потому, что перестала скрывать правду и пришла к людям.
Не бойтесь за его и за свою репутацию. Репутация — ничто по сравнению с вашей же жизнью! Не бойтесь, что вам «не поверят», потому что он для всех «святой», «душа компании» и «интеллигент». Насильник силен только тогда, когда жертва молчит в подушку.
Огласка — это ваше спасение. Как показала наша история, нормальное общество, настоящие мужчины всегда встанут на защиту женщины, а не «святого» тирана. Не бойтесь рушить чужие жизни и карьеры, спасайте свою. Потому что жизнь у вас одна, и она не для того, чтобы быть грушей для битья маменькиного сынка.
А как бы вы поступили на месте друзей? Делитесь в комментариях.