Знаете, что меня зацепило в этой истории с самого начала? Человек родился тринадцатого февраля, а родители так испугались «несчастливого» числа, что переписали документы. И теперь он может праздновать день рождения два дня подряд — официально и по-настоящему. Мелочь? Может быть. Но в этой мелочи, мне кажется, весь Мартиросян: у него всегда есть запасной вариант, всегда припрятан козырь в рукаве, и любую неловкость он умеет превратить в повод для улыбки. Давайте разберёмся, как мальчик из интеллигентной армянской семьи дошёл до вершин российского телевидения — и почему в какой-то момент добровольно оттуда ушёл.
Хулиган в белом халате
Семья у Гарика была из тех, где детям прочат серьёзное будущее. Папа — инженер, мама — врач-гинеколог. Ереван, интеллигентный дом, книжные полки до потолка. Казалось бы, мальчику одна дорога — в университет, потом в кабинет с табличкой на двери, накрахмаленный халат и уважение окружающих.
Но маленький Гарик в эту картинку категорически не вписывался. Энергии в нём было столько, что родители не знали, куда её девать. Отдали в музыкальную школу — оттуда его попросту выгнали за поведение. Представляете? Ребёнка выставили из «музыкалки» за хулиганство! А он взял и назло всем сам выучился играть на рояле, гитаре и барабанах. Вот такой характер.
В школе он был тем самым парнем, который мог с абсолютно серьёзным лицом убеждать одноклассников, что Брежнев — его родной дедушка. И ему верили! Фантазия кипела, требовала выхода, но семейные традиции всё-таки победили. После школы Гарик послушно поступил в Ереванский медицинский.
И вот что интересно, дорогие мои. Мартиросян — не просто «бывший студент-медик». Он дипломированный врач-невропатолог и психотерапевт. Три года реальной практики в клинике! Три года он лечил людей, разбирался в их душевных проблемах. Иногда думаю: скольким людям он мог бы помочь в тихом кабинете, если бы в его жизнь не ворвался КВН?
Но ворвался. Команда «Новые армяне» перевернула всё. Сначала он просто стоял в общей линейке, один из многих. А потом стало понятно: этот парень выдаёт столько идей за минуту, что держать его на вторых ролях — преступление. Капитанская повязка досталась ему очень быстро. И заслуженно.
Человек, который изменил правила игры
Понимаете, Мартиросян никогда не был просто «смешным парнем из телевизора». Его настоящая сила — в голове. Он умеет придумывать, конструировать, создавать целые миры. Писал сценарии для разных проектов, работал с Игорем Угольниковым. А потом собрался с друзьями по КВН и сделал то, что многие считали невозможным.
Comedy Club. Когда они запускали этот проект, риск был огромный. Дерзко, нагло, местами за гранью — и при этом невероятно живо. Это было как свежий ветер после затхлых юмористических концертов, которые крутили по телевизору годами. «Петросяны» и «Кривые зеркала» вдруг показались чем-то из прошлого века. А Comedy стал настоящим.
Гарик в этом проекте был не просто лицом. Он был мозгом, генератором идей, человеком, который решал, что смешно, а что — нет.
А потом был «Прожекторперисхилтон» — и вот это, пожалуй, вершина. Четверо ведущих, импровизация в прямом эфире, остроумие такого уровня, что хотелось записывать каждую фразу. Казалось, это будет длиться вечно.
Но в две тысячи семнадцатом шоу закрыли. Слухи ходили разные — мол, цензура задавила, конфликты какие-то. На самом деле всё оказалось прозаичнее и обиднее одновременно: Светлаков и Мартиросян были связаны контрактами с разными каналами, и совместный эфир стал юридически невозможен. Дружба осталась, а вот работать вместе больше не получилось. Корпоративные игры, что поделаешь.
«Я больше не попадаю в зал» — уйти, пока не стал пародией
В последние годы внимательные зрители заметили: Мартиросян исчез со сцены Comedy Club. Перестал выходить с красным микрофоном, уступил площадку молодым. Почему? Ведь с его-то статусом можно было шутить до пенсии, собирать аплодисменты просто за то, что ты — это ты.
Знаете, что рассказал его друг Демис Карибидис? Гарик сам себе честно признался: всё, я в этом формате выдохся. Мои монологи больше не цепляют зал так, как раньше. Изменилась публика, изменилось время, изменился он сам. Солидный продюсер в дорогом костюме уже не мог с прежней лёгкостью шутить про всякие глупости. И вместо того чтобы превращаться в карикатуру на самого себя, он просто ушёл.
Мне кажется, это требует настоящего мужества. Сколько мы видели артистов, которые цепляются за сцену до последнего, не замечая, что давно уже не смешны? А тут человек сам сказал себе: стоп. Хватит. Пора меняться.
Но «уйти со сцены» не значит «уйти из профессии». Мартиросян просто переместился за кулисы. Теперь он продюсирует проекты, запускает шоу в Армении, сидит в жюри, пишет сценарии, иногда снимается в кино. Он больше не тот, кто стоит под софитами. Он тот, кто эти софиты включает и решает, на кого их направить.
Любовь, которая началась с потери
А теперь про личное — тут вообще отдельная история, хоть фильм снимай.
Девяносто седьмой год, Сочи, фестиваль КВН. Толпа, шум, сотни людей. И среди всего этого хаоса он видит её — Жанну Левину, студентку-юристку из Ставрополя. Что-то щёлкнуло мгновенно, как это бывает только в кино. Но жизнь — не кино.
Жанна уехала на сессию. Не оставила ни телефона, ни адреса. Вы понимаете, да? Конец девяностых, никаких соцсетей, никакого интернета в привычном смысле. Человек уехал — и всё, ищи ветра в поле.
Целый год Гарик жил воспоминаниями. Не знал, увидятся ли они вообще когда-нибудь. А через год — снова Сочи, снова фестиваль, и вдруг она. В той же гостинице. Представляете, какой это был момент?
Жанна потом рассказывала: он не пытался острить, не строил из себя звезду. Просто сказал, что скучал. Вот эта честность её и подкупила. Не маска юмориста, а живой человек, который год ждал и надеялся.
Дальше всё закрутилось стремительно. Знакомство с родителями, поездка в Ереван, помолвка. Жанна бросила всё и поехала за ним — как декабристка, честное слово. Пока он мотался по гастролям от Владивостока до Лос-Анджелеса, она ждала. Верила. Не сдавалась.
Когда любовь сильнее бедности
Знаете, как они начинали в Москве? Сейчас-то семья Мартиросянов — образец благополучия. А тогда — съёмная однушка на Сущевском Валу. Старый дом, голые стены, ни ремонта, ни денег.
Жанна вспоминает: в квартире не было даже штор. Она пошла в магазин тканей, купила самый дешёвый отрез и сама сшила занавески. Повесила, отошла, выдохнула — ну вот, хоть что-то похожее на дом.
Денег не было вообще. Жанна устроилась юристом, работала целыми днями. Гарик писал шутки по ночам, спал урывками. Они почти не виделись, хотя жили в одной комнате. Представляете, каково это?
В какой-то момент Жанна встала перед выбором: карьера или семья. Она выбрала семью. И, глядя на них сегодня, понимаешь — это было самое правильное решение в её жизни.
Но она не превратилась в тень при великом муже, нет. Написала книгу «Дневник жены юмориста» — остроумную, честную, с самоиронией. Гарик до сих пор говорит, что жена — его главный критик и муза. Не просто красивая женщина рядом, а человек с острым умом, который не боится сказать правду в лицо.
Скандал с «квартирой для любовницы» — и почему он провалился
Казалось бы, такая пара — броня! Но в конце две тысячи девятнадцатого жёлтая пресса решила эту броню проверить на прочность.
Заголовки были один краше другого: мол, Мартиросян изменяет жене с актрисой Яной Кошкиной, купил ей квартиру в центре Москвы за безумные деньги. Сплетники потирали руки в предвкушении: сейчас будет развод, слёзы на ток-шоу, дележ имущества!
Ага, щас. Не на тех напали.
Яна Кошкина в эфире радио искренне недоумевала: как он мог подарить мне квартиру и вручить ключи, если у нас даже телефонов друг друга нет? Всё их «общение» сводилось к дежурным «привет-пока» на съёмках Comedy Club. Актриса призналась, что читать эту чушь было невыносимо — хотя кого-то, конечно, эта история развлекала.
Но главный удар по сплетникам нанесла Жанна. Она не стала рыдать, скандалить, выяснять отношения публично. Она включила юмор. В соцсетях написала что-то вроде: «Пресса приписывает моему мужу то, о чём другие мужчины только мечтают. Яна — красивая девушка, но в нашей семье квартиры дарят только законным жёнам».
И добавила: жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на ревность.
Всё. Тема закрыта. За столько лет брака она ни разу не усомнилась в муже, и никакие газетные утки не смогли это изменить. Вот это я понимаю — доверие! Вот это — настоящие отношения, которые не разрушить глупыми слухами.
Вместо итога
Сегодня Мартиросян — это не просто человек, это бренд. Путь от ереванского двора до вершин российского телевидения. Врач, который так и не стал лечить людей в кабинете — но, может быть, вылечил смехом куда больше. Продюсер, который не боится уйти в тень, когда понимает: пора. Муж, которому повезло встретить свою женщину — и хватило ума её не упустить.
Знаете, что мне в нём нравится больше всего? Он не цепляется за прошлое. Не боится меняться. И умеет смеяться над собой — а это, дорогие мои, редкое и ценное качество.
Как думаете, много ли сейчас мужчин, способных честно сказать себе «я больше не тот» — и найти новый путь вместо того, чтобы тянуть старую песню?