24 апреля 2002 года, Москва, Малый театр - зрители в зале не подозревали, что станут свидетелями мистерии.
На сцене - Виталий Соломин, он играет Кречинского в своём любимом спектакле. Поёт, танцует, искрится юмором. В какой-то момент он легко садится на шпагат - в 60 лет! Зал взрывается овациями.
Никто не знает, что в этот момент у актёра уже отнимается левая рука, что язык с трудом слушается и лицо приобретает землистый оттенок, который грим уже не скрывает.
Он доигрывает первое действие, уходит за кулисы и падает в руки коллег. Второго акта не будет – вместо этого будет 34 дня в «Склифе», две операции, надежда и... тишина.
Виталий Соломин ушёл так, как загадывал: на сцене, но успел ли он сделать самое главное?
Давайте поговорим о нём честно: без смакования грязи, но и без приторной лакировки. Потому что за образом обаятельного доктора Ватсона скрывался человек на разрыв аорты.
«Витальку зарезали»: как брат совершил «подлость» ради спасения
Знаете, с чего начался путь Соломина в профессию? С предательства.
1960 год, Чита, к Виталию, только окончившему школу, приезжает педагог из Щепкинского училища - отбирать таланты для поступления. Соломин выходит перед комиссией, читает, старается.
Вердикт педагога:
«Нет, вам поступать не стоит».
Виталий возвращается домой раздавленным, а в Москву летит панический звонок матери:
«Витальку "зарезали!" Этот ваш из Москвы сказал, что он бесталанный!»
На том конце провода - Юрий Соломин, он уже три года как в Москве, уже звезда.
«Я говорю: "Так", — вспоминал позже Юрий Мефодьевич. — А мы были с женой, она говорит: "Пусть приезжает к нам".
Я спрашиваю маму: "Деньги есть у тебя? Если нет - я вышлю"».
Юрий прекрасно понял, что произошло. Педагог, который «зарезал» Виталия, знал, что он брат Юрия и сознательно перечеркнул парня.
Старший Соломин решил действовать, он приехал в училище пораньше, подошёл к девушкам-секретарям:
«Положите документы брата так, чтобы их увидела Вера Пашенная».
Пашенная была для Юрия ангелом-хранителем — когда-то она разглядела талант в нём самом, их план сработал. Она увидела фамилию в списке, заинтересовалась, Виталий прочитал программу и его взяли.
Спустя десятилетия Юрий Соломин признался:
«Я поступил, наверное, подло, но так меня возмутил этот педагог, который «зарезал» Витальку. Ну, потому что брата толкать как-то неудобно... Но жалко было»
Многие считали, что между ними была конкуренция, но нет - это не конкуренция, а любовь, которую не принято было показывать.
Братья и любовь матери
Да, у них были сложные отношения, и они почти не общались вне театра. Да, ходили слухи о соперничестве, но давайте копнём глубже.
Мать, Зинаида Ананьевна, обожала старшего - открыто, демонстративно. Когда после её смерти разбирали вещи, нашли фотоальбом. Три четверти снимков занимал Юрий и на обложке надпись рукой матери:
«Мой Юрка»
Виталий всю жизнь носил в себе эту детскую обиду. Не потому, что был эгоистом, а потому что каждому ребёнку нужно знать, что его любят не меньше.
Но значит ли это, что братья ненавидели друг друга?
Посмотрите на их совместные работы: «Летучая мышь» и прочие - вы видите, там холодность? Нет. Там органика, которая бывает только у родных людей.
Просто Соломины – сибиряки, они не умели сюсюкать. Юрий признавался:
«Какие общие интересы могли быть у девятиклассника с третьеклассником?»
А когда Виталий ушёл, Юрий Мефодьевич каждый день выходил на сцену театра, где они играли вместе, и никто не знал, какой болью даётся ему этот шаг.
Прощение измен
Теперь о самом щекотливом: Виталий Соломин был женат дважды. Первый брак с актрисой Натальей Рудной распался быстро и больно.
Он ушёл, захватив только чемоданчик, и поклялся:
«На актрисах больше не женюсь»
И встретил Машу Леонидову, студентку текстильного института, которую случайно привели на пробы фильма «Городской романс».
Она влюбилась в него заочно - увидев в фильме «Женщины».
Когда режиссёр спросил, с кем бы она хотела играть, Маша ответила:
«Только с Соломиным»
Он ухаживал красиво: цветы охапками, лучшие рестораны и в какой-то момент просто сказал:
«Пойдём распишемся»
По пути, без помпы - так, как умел только он, а потом началась совместная жизнь, бытовая реальность.
С характером Соломина было тяжело: он мог не пустить жену в квартиру, если она задержалась, мог молчать сутками и взорваться из-за ерунды.
А потом случилось то, что случилось:
В Малом театре - роман с Еленой Цыплаковой, красивой, молодой, талантливой. Она ждала его каждый день, верила обещаниям, но, когда забеременела жена, Виталий моментально сделал выбор в сторону родной семьи.
Потом был другой роман - со Светланой Амановой. Светские сплетники злорадствовали:
«Соломин бабник! Жена тряпка!»
Но давайте посмотрим правде в глаза: Мария Соломина - не тряпка, она женщина, которая понимала что-то очень важное.
Послушайте, что она сказала в интервью:
«Дважды приходилось прощать. Первый раз было очень тяжело, второй раз легче, я оправдывала его».
А ещё она говорила:
«Мужчина должен быть влюблён, тем более мужчина творческий»
Это не слабость, а мудрость. Виталий, кстати, сказал другу фразу, которую она помнила всегда:
«Машу я не брошу ни при каких обстоятельствах».
И не бросил.
Венчание: Главный шаг
За два года до смерти Виталий Соломин крестился и принял решение, которое для многих верующих людей становится главным в жизни - они с Марией обвенчались. Это вам не штамп в паспорте, а таинство, в котором нельзя слукавить.
Тот, кто изменял, прощён, та, кто прощала, приняла мужа таким, какой он есть. Они встали перед Богом - и это важнее всех сплетен.
Доктор Ватсон, который чуть не уволил Холмса
Кстати, о его принципиальности. Василий Ливанов рассказывал историю, которая характеризует Соломина лучше любых слов.
Когда начались съёмки «Шерлока Холмса», Ливанов опоздал на первую репетицию всего на полчаса.
Соломин подошёл к режиссёру Масленникову и сказал:
«Или я, или он. Я не работаю с людьми, которые не уважают чужое время»
Масленников еле уговорил Виталия дать шанс партнёру, а дальше они не просто сработались - они стали друзьями на 20 лет. Соломин поставил спектакль по повести Ливанова, снял его в своём фильме.
Сладкоежка с разбитым сердцем
Знаете, что нашли в гримёрке Соломина после смерти? Початую банку варенья, спрятанную за зеркалом.
Всё из детства: 31 декабря, арестовали их деда и в семье еще долго не ставили ёлку - не до праздников было. А когда боль немного утихла, маленький Виталий набросился на конфеты, которые висели на ветках. Он не мог остановиться, пока не съедал всё.
Так и остался сладкоежкой, с детской тягой к празднику, который однажды отняли. Он всю жизнь этот праздник создавал, для зрителей, для семьи, для близких.
Последний шпагат
24 апреля 2002 года Соломин вышел на сцену с давлением за 200. У него была гипертония с юности, но он никогда не жаловался. Даже жене не говорил, что перенёс микроинсульт на ногах.
Он доиграл первое действие, сел на тот самый шпагат, ушёл за кулисы и рухнул.
В «Склифе» врачи удивлялись: как он с таким инсультом вообще мог двигаться и говорить больше часа? Месяц борьбы, две операции и 27 мая сердце остановилось.
На Ваганьковском кладбище его провожали тысячи людей. Очередь растянулась на километр. Те, кто не попал в театр на прощание, стояли на улице с цветами.
Жизнь после жизни
Юрий Соломин пережил брата на 22 года. Всё это время он не любил говорить об их отношениях - слишком много лжи написали желтые издания. Но в редких интервью проговаривался:
«Мы были братьями, это главное»
Мария Соломина до сих пор хранит его архив. Дочки Анастасия и Елизавета редко дают интервью - они не хотят быть «медийными персонажами», просто хранят память.
А на фасаде дома, где жил Виталий Мефодьевич, висит мемориальная доска. И каждый день прохожие останавливаются, читают фамилию и улыбаются — как улыбались при жизни его доктору Ватсону.
Так кто же он был?
Да, он был сложным, резким, принципиальным до занудства - мог накричать, не пустить в дом и влюбиться в другую.
Но он был честным — до последней секунды: не врал себе, не притворялся на сцене, не торговал талантом и даже в свое время не вступил в партию, хотя это мешало карьере.
Андрей Кончаловский назвал его «каменным цветком» - закрытым, твёрдым, но прекрасным.
И главное - он умел просить прощения и прощать сам. Венчание с Марией - это не финал, а точка отсчёта, после неё всё встало на свои места.
И когда на том свете его спросят:
«Ты любил?»,
он сможет ответить:
«Да, и меня любили, прощали, ждали».
А что ещё нужно человеку?