первая часть
Но даже в выходной день Мария не могла себе позволить расслабиться. Она заранее составила в уме список неотложных дел и с раннего утра принялась к их исполнению. Первым пунктом значились водные процедуры больной матери. За месяцы схема манипуляций была чётко отработана, и Маша ловко справлялась с этой трудной задачей. Елена Константиновна чувствовала себя неловко и пыталась немного остудить пыл дочери.
— Машенька, я столько проблем тебе доставляю. Можно было купание на этой неделе пропустить.
Речевые навыки возвращались стремительными темпами, и больная женщина пользовалась любой возможностью, чтобы поговорить с родными. На её пожелания дочь строго ответила:
— Мама, не забывай, что ты женщина, а болезнь не повод, чтобы не следить за собой. Поэтому не ожидай отмены водных и других процедур. Иными словами, будем действовать строго по графику. После купания будет завтрак. А там и Антошка явится из школы, и мы отправимся на прогулку.
Мария регулярно докладывала лечащему врачу о состоянии матери, а он давал ей полезные рекомендации. Одним из главных условий восстановления доктор считал регулярные прогулки на свежем воздухе, но, учитывая неподвижное состояние пациентки, ей приходилось гулять на балконе. Антон соорудил для бабушки из старой раскладушки некое подобие кресла, в котором Елена Константиновна чувствовала себя вполне комфортно. Пока она наслаждалась видами с четвёртого этажа, Мария наводила порядок в её комнате.
В эту субботу тоже всё шло своим чередом. Но в разгар уборки раздался настойчивый звонок мобильного. Маша по голосу узнала жену бизнесмена Клюйкова.
— Машенька, это я вас решила побеспокоить.
Как можно приветливее Мария ответила:
— Я вас узнала, Нина Дмитриевна. Чем могу вам помочь?
— Машенька, как вы тонко чувствуете людей. Если бы не крайняя необходимость, я бы не стала вас тревожить. Дело в том, что мы с мужем в гостях у друзей, а дома остался Стасик.
— Я за него очень переживаю, как он там. Он ведь совсем не приспособлен к самостоятельной жизни, не умеет даже яичницу приготовить, — сокрушалась Нина Дмитриевна.
Мария уже поняла, что от неё требуется. Она пообещала:
— Нина Дмитриевна, как только управлюсь с домашними делами, заскочу к вам и приготовлю вашему Стасику что-нибудь вкусное.
Клюйкова стала рассыпаться в любезностях:
— Ой, спасибо, Машенька, вы нам так помогаете. Я в долгу не останусь. Ключ я оставила у консьержки. Только очень вас прошу, постарайтесь пораньше проверить, как там Стасик.
Маша ещё раз заверила женщину, что исполнит её просьбу. Но освободилась она только к шести часам вечера. У неё был номер домашнего телефона Клюйковых, и она несколько раз пыталась дозвониться Стасику, но никто не поднимал трубку. Мария подумала, что, наверное, парень где-то гуляет.
Стасу было семнадцать, и мать часто жаловалась, что сын совсем отбился от рук. Мария тоже нередко с тревогой посматривала на Антона, которому было уже тринадцать. Но никаких подозрительных отклонений в поведении сына она пока не наблюдала. Во время телефонного разговора Нина Дмитриевна несколько раз употребила слово «проверить», и Маша догадалась, что неповиновение сына Клюйковых вышло на совершенно новый уровень.
Ей очень не хотелось исполнять роль надсмотрщика, но отказать женщине, которая щедро оплачивала её скромные услуги, она тоже не могла. По этой причине она испытывала лёгкий дискомфорт, когда спешила к элитному жилому комплексу. Консьержка сразу же узнала её и протянула ключи. При этом пожилая дама загадочно повела глазами.
— Я ждала вас раньше и хочу предупредить, что Стас не один в квартире, — сказала она.
Маша весело заметила:
— Да мне всё равно. Подростки обычно пользуются отсутствием родителей, чтобы собрать компанию друзей.
Консьержка кивнула в знак согласия:
— Вот-вот, сын Клюйковых тащит в квартиру всякую гопоту. И девок.
— Ну, это нормально для юноши семнадцати лет, — возразила Мария.
Губы консьержки вытянулись тонкой полоской, что означало высшую степень недовольства.
Едва Мария вышла из кабинки лифта, её оглушила громкая музыка, доносившаяся из квартиры бизнесмена. Она осторожно открыла запасным ключом дверь и сразу попала в какое-то параллельное пространство. Повсюду царил полумрак, из которого периодически выныривали молодые лица с отсутствующими взглядами. В квартире было душно, а весь воздух пропитан незнакомым сладковатым ароматом с нотками сжённой травы.
Мария интуитивно зажала нос и прошептала:
— Господи, как можно дышать этой вонью?
Из тумана вынырнуло существо с короткой стрижкой и протяжно спросило:
— Вы кто?
Маша ответила вопросом на вопрос:
— Где Стас?
Существо хихикнуло и показало рукой вглубь квартиры:
— Не знаю точно, но, наверное, там. Они там новенькую обрабатывают. Стасик такой крутяк устроил.
Было желание поскорее покинуть квартиру, чтобы не дышать смрадом, от которого кружилась голова. И Мария уже было двинулась к выходу, но послышался истошный крик:
— Помогите!
Женщина бросилась сквозь толпу извивающихся тел к комнате, откуда доносился зов о помощи. Она с силой рванула на себя дверь — и обомлела от ужаса. Трое парней почти кольцом окружили девчонку лет шестнадцати. По их горящим взглядам нетрудно было догадаться об их намерениях. Девушка пятилась к открытому окну.
— Стас, ты же обещал, что у тебя мне ничего не будет угрожать, — всхлипнула она.
Самый высокий парень, в котором Маша узнала сына владельца квартиры, похабно хохотнул:
— Вася, чего ты ломаешься, обещаю тебе незабываемые ощущения.
Девочка с мольбой посмотрела на Марию:
— Помогите мне, пожалуйста.
Женщина рявкнула во все лёгкие:
— Пошли вон, сволочи малолетние!
Этот крик подействовал отрезвляюще, и парни бросились к выходу. Маша поймала за руку Стаса:
— Так вот ты чем занимаешься, мелкая мразь! Сейчас я позвоню твоим родителям и в полицию тоже позвоню!
Девушка, которая чуть не стала жертвой, прильнула к Маше:
— Тётенька, миленькая, уведите меня отсюда поскорей. Честное слово, я не знала, что здесь творится. Стас сказал, что у него будет вечеринка, и я согласилась прийти.
Мария отпустила извивающегося парня и вывела девушку из квартиры.
— Где ты живёшь? Давай я провожу тебя.
— Спасибо вам, — только и прошептала та.
Было уже довольно поздно, и Мария решила взять такси. Спасённая ею девушка дрожала и за всю дорогу не промолвила ни слова. Только в конце пути она робко спросила:
— Вы всё папе расскажете?
Мария удивилась:
— А как ты думаешь?
— Наверное, расскажете. И он меня запрёт на веки вечные в доме.
— Василиса, кажется, тебя так зовут? — уточнила Мария.
Девчонка промямлила:
— Ага.
Мария продолжила:
— Так вот, Василиса, родители должны знать, что происходит с их детьми. И твои мама с папой должны быть в курсе, где и с кем ты проводишь своё свободное время, — спокойно сказала Мария.
Девчонка со вздохом промолвила:
— У меня только папа, но он постоянно занят.
Мария позвонила в указанную девочкой квартиру и чуть не грохнулась в обморок, когда увидела Андрея Матвеевича Букина. Генеральный директор тоже удивился.
— Вы? Какими судьбами?
Василиса с раздражением ответила:
— Эта женщина меня спасла. И сейчас расскажет тебе эту увлекательную историю со всеми подробностями. А пока вы вместе будете тут охать, я лучше пойду в свою комнату.
Девушка демонстративно прошла мимо взрослых и скрылась в одной из комнат просторной квартиры. Букин в растерянности переминался с ноги на ногу, но несколько минут спустя догадался пригласить гостью:
— Проходите, пожалуйста, сейчас я организую чай.
Женщина воскликнула:
— Нет, не надо, я пойду, мне некогда чаи распивать.
— Расскажите хоть, что произошло, — попросил он.
Мария вкратце рассказала о случившемся. Она видела, как у мужчины сжались кулаки и покраснело лицо.
— Я обязательно найду этих гадёнышей. Но вы правильно сделали, что не стали вызывать полицию. Не хватало ещё, чтобы моё имя сверкало на страницах жёлтой прессы, — процедил он.
Нарочито громко, с расчётом на то, что его услышит дочь, он сказал:
— А ты, Василиса, будешь теперь только в сопровождении охранника ходить в гимназию, никаких прогулок. Тебя вечно тянет в дерьмо… Ой, извините, пожалуйста.
Мария сделала вид, что не заметила оплошности шефа. Она чувствовала себя неловко в чужой квартире, и ей не терпелось поскорее вырваться на улицу. Но Андрей Матвеевич настоял на том, чтобы проводить её. Он говорил дежурные, ничего не значащие фразы, но женское сердце Марии настолько истосковалось по тёплому общению, что впитывало в себя эти простые слова.
В голове молнией мелькнула мысль:
«Повезёт той женщине, которая завоюет сердце этого мужчины».
Но она тут же мысленно отругала себя.
продолжение