Найти в Дзене
Сайт психологов b17.ru

В шаге от близости: почему мы остаемся и почему хотим сбежать

В жизни мы часто замираем на этом странном пороге. Одной ногой мы уже там, в чем-то новом, манящем, живом, а другой отчаянно жмем на тормоз. Мы до боли хотим близости, но как только она касается нас, нестерпимо тянет исчезнуть, отложить встречу, сделать вид, что нам это не так уж и нужно. Мы мечтаем продлить моменты счастья и сами же их разрушаем, боясь, что нас отвергнут первыми. Этот внутренний танец между "остаться" и "исчезнуть" сопровождает нас годами. И, пожалуй, нигде он не становится таким заметным, как в пространстве терапевтической группы, где рядом оказываются живые люди, а не привычные роли и маски. "Сновидение никогда не занимается пустяками..." - писал Фрейд. И мне кажется, то же самое можно сказать и о групповой терапии. Она никогда не бывает про "просто поговорить". Даже если внешне всё выглядит именно так. Круг стульев в комнате или ряды окошек в Zoom, знакомые лица, один и тот же день недели. Снаружи это может казаться банальным или лишенным смысла. Но внутри этого кр

В жизни мы часто замираем на этом странном пороге. Одной ногой мы уже там, в чем-то новом, манящем, живом, а другой отчаянно жмем на тормоз. Мы до боли хотим близости, но как только она касается нас, нестерпимо тянет исчезнуть, отложить встречу, сделать вид, что нам это не так уж и нужно. Мы мечтаем продлить моменты счастья и сами же их разрушаем, боясь, что нас отвергнут первыми. Этот внутренний танец между "остаться" и "исчезнуть" сопровождает нас годами. И, пожалуй, нигде он не становится таким заметным, как в пространстве терапевтической группы, где рядом оказываются живые люди, а не привычные роли и маски.

"Сновидение никогда не занимается пустяками..." - писал Фрейд. И мне кажется, то же самое можно сказать и о групповой терапии. Она никогда не бывает про "просто поговорить". Даже если внешне всё выглядит именно так. Круг стульев в комнате или ряды окошек в Zoom, знакомые лица, один и тот же день недели. Снаружи это может казаться банальным или лишенным смысла. Но внутри этого круга происходят плавные "тектонические сдвиги", которые невозможно ускорить, спрогнозировать или запланировать.

Иногда перед стартом новой группы я перечитываю отзывы участников прошлых лет. Мне это важно для того, чтобы снова почувствовать большой смысл происходящего. Зачем люди соглашаются на эту добровольную уязвимость. Зачем идут в пространство, где невозможно спрятаться за привычными формулировками.

Недавно я перечитывала отклик одной клиентки, которая несколько лет назад участвовала в длительной групповой терапии. Я хорошо помню ее на первой встрече: тихий голос, осторожные движения, выражение лица, напоминающее маску. Она выглядела почти "прозрачной", и в собственной жизни была как будто стертой. Спустя год она написала о том, что наконец вернула себе "право быть". Не в плане способов адаптации, не в смысле навыков и техник. Она писала об обретенном праве злиться. О праве интересоваться мужчинами. О способности выдерживать чужую бурю, не разрушаясь. И самое ценное - она писала о близости. О том, что ее окружение наконец увидело ее настоящей и яркой.

Каждый раз, сталкиваясь с такими историями, я думаю о парадоксе групповой терапии. Снаружи - обычный формат общения группы людей. Внутри - медленное прорастание жизни сквозь бетон привычных защит. В эти несколько часов происходит нечто очень тонкое и почти незаметное: человек понемногу возвращается к себе. Спокойно, постепенно, без ожидания мгновенных эффектов и громких обещаний.

Многие участники через два-три месяца приходят к одной и той же точке. Возникает ощущение: "Я всё понимаю. Я многое про себя увидел. Но почему мне всё еще больно? Почему ничего не меняется радикально?"
И рядом с этим пониманием появляется сильное искушение уйти. Решить, что формат не подошел. Что проблема глубже. Или, наоборот, что "я уже всё понял". Я много раз наблюдала этот момент и в личной терапии: процесс нередко прерывается именно тогда, когда мы только дотрагиваемся до чего-то по-настоящему важного.

Группа - это живой организм. У неё есть своя последовательность развития. Сначала мы все очень "красивые". Сдержанные выражения лиц, корректные формулировки, готовность быть полезными. Мы показываем социальную версию себя. Это важная стадия безопасности. Без нее невозможно двигаться дальше. Но если процесс закончится здесь, человек унесет с собой приятное чувство поддержки и почти ничего не изменит в своей реальной жизни.

Настоящее движение начинается тогда, когда появляется раздражение. Чей-то голос вдруг начинает резать слух. Чьи-то истории кажутся бесконечными. Чья-то откровенность - чрезмерной. Психика мгновенно выстраивает оборону: "Группа испортилась". Или "Это не мой формат".

На самом деле именно здесь начинается встреча с собственными способами быть в конфликте. Уходить. Замолкать. Нападать. Обесценивать, когда становится страшно. За этим "не хочу" скрывается огромный ресурс. Энергия, которая раньше уходила на избегание, начинает высвобождаться для перемен.

Меня часто спрашивают, можно ли это "оптимизировать". Сделать интенсив на выходные и решить всё быстрее. Я отвечаю: доверие не растет в инкубаторе. Наши защиты формировались годами. Мы годами учились быть удобными, исчезать в нужный момент, "замораживать" чувства, чтобы не чувствовать боли. И именно постепенность делает процесс безопасным - плавным, бережным, аккуратным.

Группа - это уменьшенная модель жизни. Здесь проявляется всё: тоска по близости, страх быть отвергнутым, привычка контролировать или растворяться. Разница лишь в том, что здесь есть время и пространство это заметить и прожить иначе. Не в теории, а в контакте с живыми людьми.

Именно поэтому так важна длительность. Перемены требуют не только инсайта, но и переваривания. Осмысления, тренировки новых реакций. Ошибок и возвращений. Долгосрочная стабильная группа постепенно становится опорой и сопровождением повседневной жизни. Это перестает быть событием и становится процессом - тихим фоном, на котором человек растет, спотыкается, учится выдерживать это и возвращаться к себе. Со временем происходит очень тонкий сдвиг. Сухие формулировки "я должен быть уверенным" рассыпаются, и остается простое "я чувствую опору". Вместо "мне нельзя бояться" появляется "я вижу свой страх и остаюсь здесь".

Правда в том, что групповая терапия иногда бывает безжалостной, как зеркало. Она обнажает одиночество, иллюзии, ранимость. Это непросто выдерживать. Но именно через это напряжение контакта становятся возможными реальные изменения.

Группа не обещает быстрых чудес и волшебных превращений. Она предлагает нечто гораздо более ценное - место, в котором человек постепенно возвращает себе чувствительность, внутренний ритм и опору. Здесь перестают работать роли и заученные формулы, здесь становится возможным быть настоящим - растерянным, сильным, злым, нежным, сомневающимся, ищущим.

И именно в этом постепенном, иногда едва заметном, процессе рождается то, что невозможно получить мгновенно: устойчивость.Тихое знание о себе, ощущение почвы под ногами, внутреннее спокойствие, которое приходит вместе с прожитым в группе новым опытом. Завершая этот отрезок пути, люди чувствуют себя более цельными, способными выдерживать сложные разговоры, строить честные отношения, замечать свои чувства и не терять себя в бурях жизни.

Это путь от одиночества к контакту, от хаотичных реакций к осознанному выбору. И начинается он чаще всего в тот самый момент, когда больше всего хочется уйти, но человек вдруг решает остаться. И именно это решение со временем становится той самой точкой опоры, из которой вырастают настоящие перемены и внутренняя стабильность.

Автор: Кудряшова Наталья Алексеевна
Психолог, Гештальт-терапевт бизнес-коуч

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru