Друзья, вы когда-нибудь замечали, как забавно устроена история? В 1847 году роман Эмили Бронте «Грозовой перевал» критики называли «странной безвкусной историей», «смесью грубой порочности и чудовищных страхов» и «отвратительной корявостью диалогов». Прошло 179 лет — и новую экранизацию великого романа британская пресса встречает примерно теми же эпитетами: «потрясающе пустая работа» (The Independent), «дешёвая аляповатая неудача» (The Guardian), «Марго Робби — Бронте в стиле Барби» (The Times) .
Значит ли это, что режиссёр Эмиральд Феннел («Девушка, подающая надежды») сняла идеальное кино, попавшее ровно в ту же интонацию, что и первоисточник? Или это просто очередная попытка осовременить классику, которая провалилась с треском?
Давайте разбираться. Тем более что повод есть: фильм вышел в прокат как раз ко Дню всех влюблённых. Что, согласитесь, уже само по себе ирония. Потому что «Грозовой перевал» — это история любви, после которой хочется не целоваться, а вскрывать вены.
Часть первая. Контекст: что это за роман и почему его все боятся
Для тех, кто прогуливал английскую литературу (или смотрел только старую экранизацию с Рэйфом Файнсом и Жюльет Бинош), коротко объясню.
«Грозовой перевал» — единственный роман Эмили Бронте, вышедший за год до её смерти от туберкулёза в 30 лет. Это история всепоглощающей, разрушительной, почти демонической любви сироты Хитклиффа и дочери его приёмного отца Кэтрин Эрншо. Они растут вместе, любят друг друга той любовью, которая сильнее смерти, но Кэтрин выходит замуж за богатого соседа Эдгара Линтона, потому что Хитклифф беден и «неподходящего» происхождения. Хитклифф исчезает на три года, возвращается богатым, но уже не человеком, а демоном мщения. И начинает уничтожать всех, кто встал между ним и Кэтрин.
Британцы считают эту книгу главным романтическим романом всех времён . При том, что романтики там — как в учебнике по криминалистике. Это история о мести, насилии, безумии и разрушении. О том, как любовь может стать проклятием.
Экранизировали «Грозовой перевал» не меньше 30 раз. Самые известные версии: 1939-го с Лоренсом Оливье, 1992-го с Рэйфом Файнсом, и даже сюрреалистическая версия Луиса Бунюэля 1954-го под названием «Бездна страсти» .
И вот теперь — Эмиральд Феннел. С Марго Робби и Джейкобом Элорди в главных ролях.
Часть вторая. Кастинг, который взбесил Британию
Главная претензия к фильму — неточный кастинг. И тут действительно есть о чём поговорить.
Марго Робби — 35 лет. Героине романа Кэтрин на момент смерти 19. Робби, конечно, выглядит моложе, но 35 и 19 — это не просто цифры. Это разный жизненный опыт, разная энергетика, разная наивность. И хотя Робби — актриса гениальная, но Барби из неё всё-таки выглядывает чаще, чем хотелось бы. The Times вообще написала: «Марго Робби — Бронте в стиле Барби» . Это жестоко, но в этом что-то есть.
Джейкоб Элорди — белый. В книге Хитклифф — смуглый, «как цыган». Бронте намеренно делает его «другим», чужим, непонятным. Именно происхождение делает его изгоем в йоркширском обществе. Элорди — красавчик, звезда «Эйфории», предмет воздыхания школьниц. Он статный, сексуальный, но в нём нет той демонической чуждости, которая была у Файнса. Это Хитклифф для TikTok.
Хонг Чау — экономка Нелли Дин. Вьетнамка по происхождению, лауреат «Оскара» за «Китобоя». Гениальная актриса, но в роли йоркширской служанки выглядит... ну, скажем так, неожиданно.
Шазад Латиф — Эдгар Линтон. Наполовину пакистанец. В роли аристократа, воплощения английского истеблишмента.
Британские критики в ярости: как так, почему австралийцы играют англичан, почему азиаты играют йоркширских крестьян?
Но если задуматься, Феннел тут не промахнулась, а попала в яблочко. Потому что главный конфликт романа — конфликт «своих» и «чужих». Хитклифф — чужак. В фильме «чужими» становятся почти все ключевые персонажи. Кроме Изабеллы Линтон (ирландка Элисон Оливер), которая безнадёжно влюблена в Хитклиффа и готова на всё, чтобы стать частью этого круга изгоев .
Феннел переводит роман на язык современной поп-культуры. В мире, где национальность и происхождение давно стали конструктами, такой кастинг — способ показать: «другой» — это не про цвет кожи, а про состояние души.
Часть третья. Что с сюжетом: Феннел выбросила половину романа
Если вы ждёте от фильма точного следования книге — вы будете разочарованы. Феннел не сохранила практически никаких диалогов, сократила число действующих лиц раза в три, выкинула брата-садиста Кэтрин (его функции передала отцу — в книге добрейшему человеку), удалила всё молодое поколение Эрншо и Линтонов, которым посвящена добрая половина романа. И главное — убрала ненадёжного рассказчика мистера Локвуда .
Для пуристов это кощунство. Но для режиссёра, который снимает не иллюстрацию к книге, а своё прочтение, — право на фантазию.
Другое дело, что с этой фантазией не всё гладко.
Фильм начинается с кадра, где ещё нет изображения, но есть звук. Звук, похожий то ли на половой акт, то ли на мастурбацию. Потом камера отъезжает, и мы видим: это корчится на виселице приговорённый, а толпа ждёт его посмертной эякуляции . Возбуждающая жестокость — вот что обещает нам Феннел.
И поначалу кажется, что она готова идти до конца. В фильме есть мужская обнажёнка (в ассортименте), женская мастурбация в тумане на вересковых пустошах, обжимания под проливным дождём, жаркий секс в карете. Есть точно воссозданные пейзажи Констебла и Тернера, сменяющиеся эстетикой MTV-клипов. Есть саундтрек Charli XCX. Есть клубничины величиной с голову, рыбы в желе, красный отражающий пол, обои цвета кожи с родинками и латексные платья .
Всё это кричит: «Смотрите, какое мы возмутительное кино!»
Но чем дальше, тем больше понимаешь: возмутительность — напускная. Феннел только притворяется чудовищной. На самом деле она снимает вполне безопасное кино.
Часть четвёртая. Что не так с Хитклиффом и Кэтрин
Главная проблема фильма — герои.
У Бронте Хитклифф — демон в человеческом обличии. Читатели 150 лет назад видели в нём воплощение зла, разрушительной силы, которая не может быть прощена. У Феннел Хитклифф (Элорди) — красавчик, мечта старшеклассницы. Он богат, хорош собой, и даже когда творит жестокости, ты понимаешь: это он так любит. Это не демон, это герой подросткового романа.
Кэтрин у Робби — не одержимая девушка, готовая продать душу за любовь, а взрослая женщина, которая как будто играет в страсть. Робби — эталонная Барби, которая пытается быть неприличной, но у неё плохо получается. Потому что Барби не может быть неприличной. Барби всегда остаётся Барби.
Их диалоги — отдельная боль. У Бронте Кэтрин говорит знаменитое: «Я и есть Хитклифф». Это формулировка любви как полного слияния, растворения, единства душ. У Феннел герои бесконечно твердят друг другу «I love you». И от частого повторения эти слова стираются, теряют вес, становятся просто звуками .
Секс у них есть, и много. Но у Бронте герои умирали от любви, ни разу друг друга не коснувшись. У Феннел они неутомимо утоляют сексуальные аппетиты. И это, наверное, главное расхождение с духом книги. Потому что у Бронте любовь — это не про секс. Это про что-то гораздо большее и гораздо более страшное.
Часть пятая. Вердикт: подарок ко Дню святого Валентина
Концовка фильма — логичное завершение всего этого противоречия. У Бронте Кэтрин умирает родами, оставляя дочь. У Феннел ребёнок не рождается, Кэтрин просто умирает. Хитклифф беспомощно замирает у неё на груди. Финал — не катарсис, а тупик.
Фильм создавался с расчётом на культовый статус. Но останется он, скорее всего, просто эпизодом в карьере нескольких одарённых кинематографистов. Способом неплохо заработать для студии Warner Bros. В самое хлебное время — ко Дню святого Валентина .
И это, наверное, главная ирония. «Грозовой перевал» — история о любви, которая разрушает всё вокруг, превратился в подарок для влюблённых парочек. В фильм, после которого хочется не рыдать в подушку, а пойти в кафе есть мороженое.
Безопасное кино о небезопасной любви. Попса, исполненная с наглостью и куражом, но так и не ставшая тем чудовищем, которым притворялась.
Вопросы для обсуждения (пишите в комментариях):
- Экранизации классики — это святое или можно переписывать原著 как угодно?
- Марго Робби — хорошая Кэтрин или правда «Барни» в мире Бронте?
- Джейкоб Элорди — демон или просто красавчик? Кто из актёров прошлого лучше справился с Хитклиффом?
- Британские критики правы в своём гневе или просто защищают национальное достояние?
- Вы пойдёте на этот фильм в кино? Или подождёте стриминга?
Друзья, эта история — про кино. Но кино и шоу-бизнес — это всегда про тёмную сторону. Про то, как за красивой картинкой скрываются скандалы, а за громкими именами — провалы. Если вам заходит такой формат — иронично, честно, без купюр, — милости прошу на мой новый канал.
Здесь мы говорим без цензуры: СПОРТ, КРИМИНАЛ, ШОУБИЗ и их темная сторона.
👉 Переходи, подписывайся, будем рвать шаблоны вместе.
Читайте еще: Барби и Кен в гостях у Бронте: как Эмиральд Феннел превратила «Грозовой перевал» в пopнографическую открытку ко Дню влюблённых