2 глава
Ира всё ещё смотрела в сторону двери, за которой только что скрылась шумная компания, когда до её сознания донеслись приглушённые смешки подруг. Этот звук выдернул её из задумчивости, словно кто-то щёлкнул пальцами перед глазами.
Она обернулась и увидела, что Катя и Мария переглядываются с таким видом, будто только что стали свидетелями чего-то очень забавного, но не решаются сказать вслух. На их лицах сияли самые настоящие довольные ухмылки, от которых у Иры внутри что-то ёкнуло.
Ирина слегка нахмурила брови, пытаясь понять причину такого веселья.
- Катя, Маша, вы чего это? - настороженно спросила она, переводя взгляд с одной на другую.
Вопрос подруги словно нажал на какую-то потайную кнопку. Девушки снова переглянулись, и их хихиканье стало громче, переливаясь озорными нотками.
Катя, как самая бойкая, взяла инициативу в свои руки. Она подалась чуть вперёд, и её лицо прямо-таки излучало торжество человека, который только что раскрыл великую тайну:
- А ты что, в Диму влюбилась?
Ира от неожиданности открыла рот, чтобы возразить, но не успела произнести ни звука. Мария, обычно сдержанная и рассудительная, вдруг неожиданно легко подхватила эту игру. Она улыбнулась самой тёплой из своих улыбок и добавила:
- Да ладно тебе, Ир, мы же не слепые. Мы видели, как ты на него смотрела.
- А потом ещё и в след смотрела! - не выдержав, вставила Катя, и в её голосе послышалось неподдельное ликование. - Так и провожала глазами, пока они не скрылись!
Ира медленно похлопала глазами, пытаясь осознать услышанное. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы собрать мысли в кучу и понять, с чего вообще подруги взяли эту нелепую идею. Щёки уже начинали предательски теплеть.
- Нет, ну ничего подобного! - запротестовала она, чувствуя, как голос звучит не так уверенно, как хотелось бы. - Я просто заметила, что он на меня смотрит, вот и всё! Просто обратила внимание, и всё!
Но это «вот и всё» только подлило масла в огонь.
- У-у-у-у! - хором протянули Катя и Мария, и в их голосе зазвенело неподдельное детское счастье. - Тили-тили-тесто! Жених и невеста!
Их голоса звенели на весь буфет, и Ира почувствовала, как жар приливает к щекам, заливая их густым румянцем. Она не выдержала этого дружного хора и, пробормотав что-то невнятное про то, что они всё выдумывают, резко развернулась и направилась к выходу, надеясь, что шаги помогут ей скрыть смущение.
Девушки, увидев, что шутка зашла слишком далеко и подруга действительно расстроилась, быстро догнали её у дверей. Они принялись наперебой извиняться, говорили, что просто пошутили и больше не будут, и уже через минуту шли следом за Ирой по коридору, стараясь перевести всё в шутку.
А в это время в другом конце холла разворачивалась совсем иная сцена. Таня, та самая девушка, которая пыталась уколоть Иру насмешкой, теперь стояла напротив Димы, и её лицо выражало крайнюю степень недовольства. Она что-то резко выговаривала ему, жестикулируя более активно, чем обычно. Оказалось, что в буфете, когда Таня начала свои насмешки над Ирой, Дима вдруг сделал шаг вперёд, намереваясь прервать её и заступиться. Таня этого не ожидала и сейчас, оставшись с ним наедине, жёстко отчитывала парня за то, что он посмел встать на сторону «этой провинциалки», как она выразилась. Дима молчал, слушал и смотрел куда-то в сторону, словно мысленно был уже далеко отсюда.
Дима ничего не ответил Тане. Он просто стоял, опустив глаза в пол, и молчал. Да и что он мог сказать, если сам до конца не понимал, почему вдруг дёрнулся в ту сторону, почему захотел прервать её насмешки над Ирой? Это было какое-то странное, незнакомое чувство, которое поднялось откуда-то изнутри совершенно неожиданно. Наверное, Катя с Марией были правы. Наверное, он и правда начал что-то чувствовать к этой тихой девушке с зелёными глазами и мягкой улыбкой. Но признаться в этом даже самому себе было сложно, а уж показать это - и подавно. Стеснение сковывало его изнутри, не позволяя найти нужных слов ни для Тани, ни для себя.
И тут, к счастью для Димы, прозвенел звонок. Его пронзительная трель разнеслась по коридорам, словно приказ: довольно болтать, хватит думать о личном, пора собираться и идти на пару. Этот звук был как спасательный круг - он давал возможность уйти от разговора, спрятаться за учебной суетой.
Коридоры колледжа в одно мгновение наполнились жизнью. Из буфета, где кто-то допивал чай, из библиотеки, где самые прилежные дочитывали последние страницы, из холла, где пары болтали на скамейках, - отовсюду выплывала пёстрая студенческая толпа. Гул голосов, смех, звуки шагов - всё смешалось в привычный утренний шум. Постепенно эта шумная река разделялась на ручейки: группы сворачивали к своим аудиториям, растворяясь в дверных проёмах.
Наша троица тоже не стала задерживаться. Катя, всё ещё улыбаясь после недавней шутки, Мария с её обычным спокойствием и Ира, которая старательно делала вид, что совершенно не смущена произошедшим в буфете, вошли в аудиторию. Они выбрали места на третьем ряду - та самая золотая середина, откуда и доску видно хорошо, и до преподавателя не слишком близко, чтобы не попадать под пристальное наблюдение.
Остальные одногруппники постепенно подтягивались, занимая кто любимые места у окна, кто задние парты, где можно было незаметно полистать ленту в телефоне. Дима вошёл в числе последних и сел на противоположном конце аудитории, старательно избегая смотреть в сторону девчонок.
Следом за студентами в кабинет вошёл преподаватель - мужчина средних лет, с аккуратной бородкой и внимательным взглядом из-под очков. Он вёл историю искусств, и его лекции всегда были похожи на увлекательные рассказы, если, конечно, успевать слушать, а не только писать. Лекция началась. Кто-то из студентов просто слушал, откинувшись на спинку стула, кто-то лихорадочно строчил в тетради, пытаясь ухватить каждую мысль преподавателя.
Наша троица писала сосредоточенно. Катя - с какой-то даже яростью, её ручка летала по бумаге, оставляя размашистые, порой неразборчивые каракули. Казалось, она ведёт войну с каждой фразой, стараясь не упустить ни слова, чтобы потом, дома, разобрать эти иероглифы. Мария, напротив, выводила буквы аккуратно, словно художник, - ей было важно, чтобы в тетради царил порядок и красота. Ира оказалась где-то посередине: её почерк жил своей жизнью - то начинал петлять, торопясь за мыслью, то вдруг становился мелким и ровным, когда она брала себя в руки.
Прошло около получаса. Голос преподавателя размеренно звучал под сводами аудитории, когда Ира вдруг почувствовала странное покалывание где-то между лопаток. Этот взгляд она ощутила кожей, ещё не видя, откуда он идёт. Она оторвала ручку от тетради и медленно подняла глаза, осторожно осматриваясь по сторонам.
И тут она встретилась взглядом с Димой.
Он сидел на другом конце аудитории, через несколько рядов, и смотрел прямо на неё. Не отвлечённо, не случайно скользя взглядом по аудитории, а именно на неё - сосредоточенно, чуть нахмурив брови, словно пытался разгадать какую-то загадку. В его глазах читалось что-то тёплое, но при этом растерянное.
Когда Ира посмотрела в ответ, Дима не сразу отвернулся. На долю секунды их взгляды встретились, и в этой короткой встрече будто проскочила искра. А потом он опомнился, моргнул и резко уставился в свою тетрадь, делая вид, что очень занят конспектом. Но по тому, как слегка покраснели его уши, было ясно - занят он совсем не историей искусств.
Продолжение следует..
