К весне 1918 года к большевикам пришло осознание, что без регулярной армии им не обойтись. Мало того, в голове Льва Троцкого родилась идея привлечь на службу в РККА царских офицеров. Предполагалось взять из императорской армии все самое хорошее, отринув при этом плохое.
Доставшиеся большевикам царские офицеры делились на две категории: кадровые офицеры довоенной выучки и офицеры военного времени. Вторые представляли из себя унтер-офицеров, прошедших краткосрочные курсы, длившиеся, как правило, 3-4 месяца. Конечно, как командиры рот они были хороши, а вот дальше возникали сложности, связанные с отсутствием военного образования. Но порой и кадровики не блистали высокой боевой выучкой.
Изучая этот вопрос я наткнулся на работу Расула Мухлисова "Командиры РККА". Первые же строки заставили меня призадуматься:
Отсутствие престижа и традиций военной службы в царской России имели своим следствием то, что офицерский корпус комплектовался отнюдь не из лучших представителей: „Откуда же получает русская армия своих офицеров? Большая часть их выходит из юнкерских училищ, куда стекаются обыкновенно неудачники всех профессий. Неокончивший реалист, выгнанный классик, полуграмотный семинарист, недотянувший до конца ученик земледельческого, технического или коммерческого училища – вот обычный контингент, которым пополняются юнкерские училища. Все эти люди в огромном большинстве случаев идут на военную службу, не чувствуя к ней ни малейшего призвания, только потому, что им некуда деться…
Другую, значительно меньшую часть своих офицеров русская армия получает из воспитанников кадетских корпусов и военных училищ. Эти офицеры имеют законченное среднее (7 лет корпуса) и достаточное специальное (2–3 года училища) образование.
Сказался чрезвычайно низкий уровень образования в Российской империи. Согласно переписи 1897 года умеющих более менее читать насчитывалось всего 25% от общего числа населения. К 1915 году лишь 18% из них училась в средней школе. А тем временем в России наблюдался промышленный подъем, который поглотил большую часть грамотных людей. Результаты этого описал генерал Снесарев:
В русской армии… офицерский корпус делился на две части: привилегированные – воспитанники военных училищ и пажи – наполняли ряды гвардии, артиллерии и имели быстрое и обеспеченное производство, другая часть, очень демократическая, преимущественно из неудачников, оканчивала юнкерское училище и составляла толщу армейской пехоты, положение ротного командира являлось венцом карьеры для огромного большинства. По военной подготовке, общему образованию и скромному социальному положению пруссаки приравнивали наших офицеров из юнкерских училищ к своим унтер-офицерам и во многом были правы.
Львиную долю командных должностей занимали офицеры Генерального штаба и гвардии, а вот оставшиеся должности занимали выходцы из основной массы офицерского корпуса.
В своей монографии Мухлисов пишет:
Сама служба, ее условия были поставлены так, что в дальнейшем негативные моменты, присущие молодым офицерам, не исправлялись, а лишь усугублялись. С одной стороны, это было связано с тяжелым материальным положением рядового офицерства и его низким социальным статусом. Подобная ситуация не только осложняла набор качественного контингента юнкеров в военные училища, но и обуславливала отрицательный отбор офицерского состава в ходе последующей службы. В результате – чем выше офицеры поднимались по служебной лестнице, тем меньше способных людей оставалось среди них.
В контексте вышесказанного довольно интересен рассказ Георгия Шавельского, в 1911 году прибывшего в Либаву:
Моряки чествовали меня обедом в своем морском собрании. Зал был полон приглашенных. По обычаю произносились речи. Особеняркой была речь председателя морского суда, полк. Юрковского… Он говорил о высоком настроении гарнизона и закончил свою речь: „Передайте его величеству, что мы все готовы сложить головы свои за царя и Отечество“. Я ответил речью, содержание которой сводилось к следующему:
«Ваша готовность пожертвовать собою весьма почтенна и достойна того звания, которое вы носите. Но все же задача вашего бытия и вашей службы – не умирать, а побеждать. Если вы все вернетесь невредимыми, но с победой, царь и Родина радостно увенчают вас лаврами; если же все вы доблестно умрете, но не достигнете победы, Родина погрузится в сугубый траур. Итак: не умирайте, а побеждайте!“
Как сейчас помню, эти простые слова буквально ошеломили всех. На лицах читалось недоумение, удивление: какую это ересь проповедует протопресвитер!?».
Конечно, для пропаганды хороши истории о моряках, взрывающих свои корабли. Но едва ли эта жертвенность нравилась простому солдату, что он и продемонстрировал в 1917 году. Армия требовала срочных реформ, но грянула революция. И уже большевикам пришлось формировать новую армию, только вот материал был старый.