Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Алексей Соболев

Вот что убивает вашу экспертность

— Сегодня несколько часов слушала лекции и ничего не поняла, — рассказывает мне супруга, которая проходит большой курс по нутрициологии. — И не только я. Студенты в чате задают вопросы друг другу и в конце идут гуглить, представляешь? При этом преподаватель — сильный эксперт, опытный врач, за плечами научные статьи, конференции, практика. Но вместо понятных объяснений — лавина терминов: «цитокиновый шторм», «метилирование», «эндоплазматический ретикулум», перескоки с темы на тему. И в результате студенты идут в поисковик. Явление, когда врачи говорят на совсем другом, непонятно языке, встречается часто. Возможно, мои ученики из медицинской среды сейчас не согласятся, но те, кто не связан с медициной, точно сталкиваются с этим регулярно. Об этом и в книгах пишут. Прочитал недавно «Исповедь еретика медицины» Роберта Мендельсона. Он называет медицинскую терминологию тайным знаком доступным только непосвящённым, этакий тайный язык. Как тренер по ораторскому мастерству я вижу две причины т
— Сегодня несколько часов слушала лекции и ничего не поняла, — рассказывает мне супруга, которая проходит большой курс по нутрициологии. — И не только я. Студенты в чате задают вопросы друг другу и в конце идут гуглить, представляешь?

При этом преподаватель — сильный эксперт, опытный врач, за плечами научные статьи, конференции, практика. Но вместо понятных объяснений — лавина терминов: «цитокиновый шторм», «метилирование», «эндоплазматический ретикулум», перескоки с темы на тему. И в результате студенты идут в поисковик.

Явление, когда врачи говорят на совсем другом, непонятно языке, встречается часто. Возможно, мои ученики из медицинской среды сейчас не согласятся, но те, кто не связан с медициной, точно сталкиваются с этим регулярно. Об этом и в книгах пишут. Прочитал недавно «Исповедь еретика медицины» Роберта Мендельсона. Он называет медицинскую терминологию тайным знаком доступным только непосвящённым, этакий тайный язык.

Как тренер по ораторскому мастерству я вижу две причины такой ситуации:

➡️ Статусный язык. Сложные термины часто становятся сигналом: «Я долго учился, я эксперт, я на вершине, извольте соответствовать».

➡️ Защитная реакция. Когда специалист говорит простым языком, ему может казаться, что он звучит менее профессионально, поэтому сложные формулировки становятся своего рода щитом.

Иногда для специалиста, лектора этот сложный язык становится формой интеллектуального самолюбования. Человек сыплет терминами, смакует их, и создаёт ощущение: «Смотрите, какой я умный». Только в результате аудитория ничего не понимает, идёт гуглить и выходит с лекции без понимания, как применить услышанное.

Роберт Мендельсон в книге формулирует жёсткую мысль:

Если врач не может объяснить суть метода или диагноза простыми словами, это не значит, что он очень умный — это значит, что он либо не понимает процесс до конца, либо скрывает правду за туманом слов.

🟢 И возникает парадокс. Люди выбирают менее квалифицированного специалиста, потому что он умеет объяснять понятно. Они проявляют уважение к аудитории: тратят время на то, чтобы «переварить» сложную информацию и подать её так, чтобы человек смог её применить. В этом смысле такой специалист оказывается полезнее, чем очень умный эксперт, который говорит исключительно на профессиональной «латыни».

Настоящая глубина знаний проявляется именно в способности сделать сложное простым.

⚡️ Экспертиза — это сокровище. Но задача эксперта не показать, как много он знает, а сделать так, чтобы люди узнали больше. Упрощать — не значит быть примитивным или некомпетентным, это значит быть эффективным.

Вот мой призыв ко всем специалистам любой профессии:

👑 Снимите корону хранителя «тайных знаний» и служите аудитории.

Мой подход к ораторскому мастерству всегда один: речь — это служение аудитории. Не самовыражение, не демонстрация эрудиции, а способность передать знания так, чтобы ими могли воспользоваться.

Ставьте 👍, если не всегда понимаете врачей и делитесь своими историями непонимания.