Наступил мой самый счастливый день, мне сделал предложение руки и сердца, мой теперь уже муж, Костя. Но вместо эйфории подготовки я на два месяца погрузилась в настоящий ад семейных разборок, манипуляций и финансового шантажа.
Все началось в тот вечер, когда мы с Костей приехали к моим родителям с тортом и шампанским, чтобы сообщить новость. Мама прослезилась, папа сдержанно пожал жениху руку. Первые полчаса прошли в идиллии, а потом она достала блокнот.
- Так, - деловито сказала мама, открывая чистую страницу. - С датой вы определились? Надо успеть забронировать «Кристалл», там сейчас очередь на полгода. И ведущего хорошего надо, у тети Вали сын этим занимается, он нам скидку сделает.
Мы с Костей переглянулись. Мы еще даже не обсуждали концепцию свадьбы между собой детально, но оба сходились в одном: просто расписаться, сделать красивую фотосессию, поужинать с родителями и улететь к океану, это была наша мечта. И мы, наивные, думали, что свадьба - это праздник двоих.
- Мам, подожди, - осторожно начала я. - Мы не планируем банкет в «Кристалле», а хотим скромно. Только вы, родители Кости и, может быть, пара свидетелей.
Мама отложила ручку, сняла очки и посмотрела на меня так, будто я только что призналась в совершении тяжкого преступления.
- Скромно? - переспросила она ледяным тоном. - Как воры, тихо расписаться и разбежаться? А люди что скажут?
- Какие люди, мам? Это наш праздник.
- Твой праздник был, когда тебе пять лет исполнилось, и мы тебе клоуна нанимали! - голос мамы начал срываться на крик. - А свадьба - это статус семьи и уважение к роду. У нас родственников только с моей стороны тридцать человек, а еще мамины подруги, коллеги с папиной работы, соседи, которые нас на свадьбу Ленки звали... Ты хочешь нас опозорить?
В тот вечер мы уехали рано. Я плакала в машине, Костя молчал, сжимая руль до побеления костяшек. Мы столкнулись с классической постсоветской установкой: свадьба - это не про любовь молодых, а отчетный концерт родителей перед обществом. Способ показать: «у нас все как у людей», «мы можем себе позволить». Желания самих молодоженов в этой системе координат находятся где-то на десятом месте, сразу после выбора цвета салфеток.
Список на 80 персон…
Следующие две недели превратились в холодную войну с элементами партизанских вылазок. Мама звонила мне каждый день, но не спрашивала, как дела. Разговоры начинались с фраз: - Я звонила тете Гале, она так обрадовалась, уже платье выбирает. Ты же не скажешь ей, что она не приглашена? У нее давление скакнет! - Отец встретил начальника, тот спрашивал, когда гуляем. Неудобно получилось, пришлось уважить.
Список гостей рос, из гипотетических десяти человек он раздулся до восьмидесяти. В нем появились люди, имен которых я даже не знала. Какие-то четвероюродные братья, старые друзья родителей, с которыми они видятся раз в пятилетку, «нужные люди» для папиного бизнеса.
Я пыталась разговаривать. - Мама, мы копим на первый взнос по ипотеке. У нас каждая копейка на счету. Банкет на 80 человек с ведущим, декором и кортежем - это минимум миллион, а то и полтора по нынешним ценам. Мы не хотим начинать семейную жизнь с кредитов или с пустой кубышкой ради одного дня пьянки.
Ответ был гениальным в своей манипулятивности: - Деньги - это наживное, а память - на всю жизнь. И вообще, гости подарят конверты, все окупится!
Миф об «окупаемости» свадеб - один из самых вредных и живучих. Я, как человек, работающий с финансами, села и посчитала. Чтобы свадьба такого масштаба окупилась, каждый гость (включая бабушек-пенсионерок и студентов-племянников) должен положить в конверт минимум 15-20 тысяч рублей, а реальность такова, что дарят сервизы, постельное белье и пять тысяч в конверте. Мы бы ушли в жесткий минус.
Но маму цифры не убеждали. Она перешла к тяжелой артиллерии - чувству вины. - Ты эгоистка. Мы тебя растили, во всем себе отказывали, а ты не можешь подарить матери один день радости? Я всю жизнь мечтала увидеть тебя в пышном платье, танцевать с отцом, принимать поздравления. Ты отнимаешь у меня мечту!
Заметьте подмену понятий: «Ты отнимаешь у меня мечту». В этот момент я отчетливо поняла: если я сейчас прогнусь, то и дальше моя семейная жизнь будет проходить под диктовку маминых «хотелок». Сегодня свадьба, завтра - где нам жить, послезавтра - когда рожать детей и как их называть.
Это была битва не за банкет, а за суверенитет моей новой семьи.
«Хочешь банкет, плати»
Я поняла, что уговоры и слезы не работают. Нужно было действовать жестко, на языке, который мама, при всей своей эмоциональности, понимала хорошо, про деньги.
Мы с Костей составили подробную смету «Маминой Свадьбы Мечты». Мы не поленились, обзвонили рестораны, узнали цены на ведущих, фотографов, трансфер для гостей, декор, торт. Мы включили туда всё, что она хотела: выкуп (будь он неладен), каравай, и салют в конце.
Сумма вышла внушительная, около 1 200 000 рублей. И это по средним расценкам, без изысков вроде черной икры.
В воскресенье мы приехали к родителям. Мама встретила нас холодно, но с надеждой, что мы «одумались». Мы сели за стол, отказавшись от чая.
- Мама, папа, - начала я спокойно. - Мы с Костей все обсудили и понимаем, как для вас важен этот праздник, уважение родственников и традиции, не хотим вас расстраивать и лишать мечты.
Мамино лицо просветлело. Она победоносно взглянула на отца. - Ну вот! Я же говорила, что вы умные ребята. Я уже договорилась с...
- Подожди, - прервала я её, положив на стол распечатанную смету. - Мы согласны на пышную свадьбу по твоему сценарию. Вот здесь подробный расчет. Полная сумма - один миллион двести тысяч рублей.
Мама взяла листок. Пробежала глазами по строчкам. - Ну... цены, конечно, выросли... Но что делать? Красота требует жертв.
- Именно, - кивнул Костя. - И поскольку мы изначально планировали бюджет в 150 тысяч на все про все (роспись и ужин), а остальное у нас отложено на квартиру и трогать эти деньги мы категорически не будем, у нас есть условие.
Я сделала паузу, глядя маме прямо в глаза. - Мы организуем эту свадьбу, приглашаем всех 80 гостей, но оплачиваете этот банкет вы. Прямо сейчас нам нужен задаток в 300 тысяч, чтобы забронировать дату, остальное - за неделю до торжества.
- В смысле мы оплачиваем? - растерянно спросил папа, который до этого момента в дебаты особо не вникал. - У нас нет таких свободных денег, мы дачу достраиваем, машину менять собирались.
- Но вы же требуете этот праздник, - пожала я плечами. - Это ваши гости, желания и амбиции перед родственниками. Почему мы должны оплачивать их ценой своей будущей квартиры? Если этот «статус» так важен для вас - инвестируйте в него.
Мама побагровела. - Ты торгуешься с матерью и выставляешь нам счет? Мы тебя вырастили, выучили... - Мам, стоп. Мы не торгуемся, а предлагаем вариант. Хотите шоу - будьте спонсорами. Нет денег - значит, мы возвращаемся к нашему варианту: роспись, родители, ресторан, самолет.
Аргумент «мы тебя вырастили» здесь не работал, это обязанность родителя, а не инвестиционный проект с последующей выплатой дивидендов в виде свадебных банкетов.
Мама пыталась давить на жалость и обвинить Костю, что это он меня «настроил», говорила, что мы опозорим её перед тетей Галей.
- Хорошо, - сказала я. - Давай позвоним тете Гале прямо сейчас и скажем: «Тетя Галя, мама очень хочет видеть вас на свадьбе, но у нее нет денег, чтобы оплатить ваше место в ресторане, а у нас другие приоритеты. Вы не могли бы перевести 5000 рублей за ужин заранее?».
Разумеется, звонить никому никто не стал, встреча закончилась скандалом. Нам кричали вслед, что мы неблагодарные, что ноги их не будет на нашей «нищенской росписи». Мы ушли, чувствуя себя выжатыми лимонами, но победителями.
«Так уж и быть, мы придем»
Месяц мы не общались, это было тяжело. Я несколько раз порывалась позвонить, извиниться, может быть, найти компромисс, но Костя меня останавливал: «Если уступишь сейчас, границы будут стерты навсегда».
За это время мы спокойно подали заявление, купили билеты на Бали, выбрали кольца.
За неделю до даты папа позвонил сам. - Дочь, ну хватит уже, мать места себе не находит, давление скачет. Мы придем на вашу свадьбу, делайте как хотите.
Свадьба прошла идеально. Нас было всего 12 человек. Мы расписались в красивом зале без очередей и толпы, потом гуляли по парку, ели мороженое, дурачились с фотографом. Вечером сидели в уютном ресторане с панорамным видом.
Не было тамады с пошлыми конкурсами «лопни шарик попой», пьяного дяди Васи, спящего в салате, криков «Горько!» каждые пять минут от малознакомых людей, а была теплая атмосфера. Мама сначала сидела с поджатыми губами, всем своим видом демонстрируя скорбь по несостоявшемуся триумфу. Но после второго бокала вина и искренних слов Кости о том, как он ценит их дочь, она оттаяла, увидела, что мы счастливы.
Да, родственники обиделись. Тетя Галя и прочие «важные люди» еще долго перемывали нам кости, обсуждая, какие мы жадные и скрытные. Но нам было все равно. Мы в это время пили кокосы на берегу океана, и это было лучшее начало семейной жизни.
Сегодня, спустя три года, мама уже не вспоминает ту ссору. Зато она с гордостью рассказывает подругам, какие мы молодцы, что сами купили квартиру (благодаря тому, что не спустили миллион на банкет) и как умеем планировать бюджет. Тетя Галя и остальные обиженные давно нашли другие поводы для сплетен. А мы сохранили нервы, деньги и, главное, чувство собственного достоинства.