- Оль. Ты занята в субботу? – Звонок Ларисы оторвал Ольгу от сложного отчета, но минутная передышка ей была сейчас просто необходима и она была весьма благодарна звонку…
- Нет.- Чем ей было заниматься, если она живет одна и вольна делать что хочет в любой момент времени.
- Тогда приходи в гости, давно не виделись, - тарахтела в трубку давняя подруга студенческих лет Лариса, она была бессменным капитаном волейбольной сборной института. – Соскучилась, новостей куча, поболтаем. Торт с тебя.
- Есть, мой капитан, - по старой традиции отозвалась Ольга, а сама обрадовалась, словно дитя, улыбнулась мечтательно и подумала: - какая молодец Ларка, не забывает про старых друзей, хотя давно загружена семьей и двумя детьми... Оптимистка.
В половине двенадцатого по полудню, в приподнятом настроении, Ольга выходила из магазина «Вишенка», с только что купленным шоколадным тортом, еще не понимая, что она делает шаг навстречу своей судьбе.
Магазин был очень хорошим. Продукция всегда свежая и вкусная, выбор огромный, только был один маленький нюанс: стоял он довольно неудачно в плане локации, прямо с выходом на узкий тротуар. Поэтому частенько, проходящие люди сталкивались лбом с внезапно открытой дверью или выходящими из магазина покупателями, ругались жестко. Некоторые просили прощения за причиненные неудобства и торопливо продолжали путь.
Ольга хорошо знала об этом, но именно сегодня, в мыслях от предстоящей встречи, забыла об этом, задумалась и открывая дверь, бережно держа в руке покупку, столкнулась с бегущим мимо мужчиной. Коробка вылетела и стремительно полетела по сложной траектории на встречу с землей. Девушка ринулась спасать свое сокровище, рискуя потерять равновесие на своих каблуках.
Извернувшись, как акробат в цирке, еле перехватила выбитый из рук торт и удержала его в правильном положении, сохранив от падения.
- Ого! Несутся, не знают куда. Смотреть надо. Манерам хорошим не учились? – Только и успела она произнести, глядя вслед спокойно удаляющейся мужской спине в бардовом джемпере. С ужасом посмотрела на целую коробку в руках. Успокоилась – цела! Все- таки пять тысяч это вам не мелочь и второй раз купить такую прелесть она не сможет, так как забрала с витрины последний экземпляр. Хотелось порадовать подругу любимым лакомством.
Отдышавшись с минуту, придя в себя, настроившись на позитив, продолжила путь, тем более идти осталось совсем ничего. Дом находился рядом. Завернув за угол дома она снова увидела спину того самого мужчины, что так грациозно сбил ее на выходе и умчался вперед, как скорый поезд.
Он нажимал на кнопки домофона, в ожидании знакомого щелчка в двери.
Ольга ускорилась и даже крикнула ему с просьбой попридержать дверь. Но он, то ли не услышал, то ли категорично не хотел сегодня быть галантным кавалером, только дверь захлопнулась прямо перед ее носом.
- Да чтоб тебе. Ну и мужики пошли вредные. Гад! Не мог помочь девушке. Беги быстрее, чтобы я тебя больше не видела. – Она начала нервничать. – Что за день такой? – Злилась она, еле набирая номер квартиры чуть ли не носом.
Но…
У лифта ее снова ждал сюрприз, «неожиданная» встреча с тем самым мужчиной. Он тоже заметно нервничал, ожидая застрявший наверху лифт, который завис на девятнадцатом этаже без видимых причин и не подавал признаков жизни. Грузовой стоял на пятом, там выгружали мебель новые жильцы и скорее всего, будут делать это еще долго. А на третьем лифте висела записка, где черным по белому было написано, что лифт не работает.
- Вот как всегда!
Оля подошла ближе с намерением все высказать наглецу в лицо, но остановилась в последний момент, предпочитая промолчать. Молчание, растянувшееся на целых десять минут, показалось вечностью, зато сейчас она успела отлично разглядеть этого бесноватого экземпляра мужской наружности, основательно отсканировав с макушки головы до пят. Среднего роста, с прямой осанкой и умным гордым взглядом, знающим себе цену, пышной шевелюрой, подернутой ранним серебром на висках и окруженный эйфорией любовного экстаза. Букет огромных роз красноречиво свидетельствовал о скором свидании.
- Хм! Значит больше сорока ему, не женат, кольца нет. Одинокий волк. – Подумала она. – С виду обыкновенный сноб, классический интеллигент. На посторонних женщин ноль внимания и огромное презрение. Не бабник – точно. Пахнет от него довольно приятно, знает толк в ароматах и не скупится на хороший парфюм, с цветами (красивые выбрал – вкус есть), значит, на свидание собрался с молодой особой! Ага! Побрился, помылся, принарядился, ха-ха, а тебя тут тормозят, жених недоделанный! - Хихикнула она мысленно, желая ему застрять в лифте. – Интересно посмотреть на твою невесту.
Наконец лифт подал признаки жизни, сдвинулся с места, опустился вниз, и из него вывалились смеющиеся студенты, с искрящимися от удовольствия глазами.
- Нашли место для поцелуев, - пробурчал мужчина. – Лавочек на улице полным полно.
Оле не хотелось ехать в компании этого зануды, но ждать еще не было настроения, пришлось войти следом в кабину.
- Двадцать первый, пожалуйста, - сказала она вежливо, в надежде что, хоть кнопку то он сможет нажать. Мужчина встал в угол, сверля взглядом дверь, широко расставив ноги, опустив розы с таким видом, как будто готовился отбиваться. Она же прислонилась к стене, и с удивлением заметила, что на панели горит кнопка именно двадцать первого этажа.
- Хм, еще и этаж у нас с ним один? Вот попала!
На семнадцатом этаже лифт дернулся туго, скрипнул резко, на восемнадцатом протяжно застонал и резко остановился на девятнадцатом этаже, немного вздрогнув для приличия.
Наступила тишина!
- Ох! – Вырвалось невольно из уст испуганной Оли. – Этого еще не хватало. Что за день такой сегодня? Как специально. Конкретное издевательство над человеком. – От пережитого напряжения ей хотелось плакать, стало жутко жаль себя, свои мучения.
Мужчина, молча, по - деловому, нажал несколько кнопок, в надежде на понимание техники. Сначала одну, вторую, потом вызов диспетчера, и, услышав хрипы, вместо «что случилось, ждите, мастер скоро будет », тихо выругался, поминая в суе нехорошего сказочного персонажа.
Ольга нервно пошевелилась, переступая с ноги на ногу, тяжелый торт оттягивал руку, начиналась паническая атака.
Лампочка несколько раз мигнула и погасла.
В наступившей темноте слышалось только глубокое нервное дыхание и звук открываемых дверей этажом ниже. Девушка напряглась еще больше. Там была жизнь, свет, а здесь темно и странный незнакомый мужик, стоящий в углу со злым взглядом, а вдруг маньяк? Послышалось шуршание. Включился ярко экран телефона.
- Черт, черт, черт, - выругался снова мужчина, пытаясь набрать нужный номер, но связи не было.
- Не ругайтесь и так тошно, - взмолилась Ольга...
- Вам не все равно?
- Нет! Нельзя поминать его в нашем положении, вдруг еще хуже будет?
- Что может быть хуже быть запертыми на девятнадцатом этаже с навязчивой незнакомкой?
- Вы просто хам!
- Что?
- А то… думаешь я тебя не запомнила? Толкнул меня у магазина. Я чуть торт не уронила, между прочим, дорогой. Даже не извинился, - она сделала недовольное лицо, пренебрежительно – уничижительное. Старалась всем своим видом показать мелкую душонку человека напротив, в голосе чувствовалось сильное раздражение. И у нее явно получилось, потому что он нервно передернул плечами, ища отговорку.
- Я торопился, а вы в меня дверью врезались.
- Можно подумать я вижу, что там на улице кто-то идет.
- Но я тоже вас не видел.
- А у двери в подъезд тоже не видели, даже не остановились.
- Ну, извините, глаз на спине не имею.
- Я вам кричала!
- У меня своих проблем хватает и двери каждому держать , много чести будет, я не портье.
- Хам, - повторила она безнадежно. – Как только вас жена терпит?
- Нет у меня жены.
- Сбежала? Аааа!? Повезло ей как. – Радостно вскрикнула она, словно поймала на чем –то неприличном.
- Конечно, повезло, особенно мне, попадется такая язва, как вы, лучше уж одному жить.
- А цветы тогда кому?
- Вам какая разница? Уж точно не вам. – Он дико ухмыльнулся. А сам подумал «Достала, прилипла ко мне, как репей к штанам. Учить еще вздумала!»
- Душно стало, - Оля вытерла лоб рукой. – Крем растает, жалко.
Мужчина снова нажал кнопку вызова.
- Да? – Послышалось нечленораздельное.
- Мы тут застряли.
- Ждите. Уже идут вас спасать. – Прошамкали в эфире, вселяя бледную надежду на помощь.
- Что – то мне совсем плохо, - сказала Оля, чуть осев.
- Не смейте терять сознание. – Он кинулся к ней, поддержал за локоть, махая перед лицом букетом. - Здесь пол грязный, собак выводили гулять.
- Ага!
Оля только и успевала следить глазами за розами, цветы двигались медленно: вниз, вверх, вниз, вверх, боялась, что получит этим букетом по носу, за свое поведение. От такого жестокого жлоба всего можно ожидать...
- Спасибо.
- Да. Давайте подержу ваш торт. И пакет!
Он взял пакет с подарками для детей и коробку с тортом.
- А я цветы. – Предложила она.
- Так лучше?
- Да.
Он стоял так близко к ней, что его дыхание шевелило челку на лбу и щекотало кожу, а сердце билось в груди перепуганной птичкой, стараясь вырваться наружу. Давно Оля не испытывала таких ярких чувств, разве что, когда впервые встретилась с Максимом. Тогда земля уходила из - под ног, хотелось парить в вышине, как птица, и знания пролетали мимо завороженного разума, вспоминающего глаза возлюбленного на лекциях, а не формулы. Она была в него так влюблена и слепа одновременно, что не замечала его сладостного подмигивания однокурсницам, постоянную жизнерадостность, пока не застала в одной кровати с Машкой Федоровой, первой красавицей курса. Случайно так получилось, неожиданно , верно, чтобы ранить в самое сердце. На всю жизнь она запомнила это предательство, его лукавую улыбку, без тени сожаления, закрылась от него. Он смеялся ей в глаза, называя дурой. В тот день она поклялась смыть с себя унижение, открывая пачку таблеток…, но…, в последний момент рука ее остановилась, бросила лекарство в мусорное ведро, и было принято решение: никогда больше не доверять противоположному полу, особенно парням с такими красивыми глазами.
И вот теперь он так близко стоит к ней и смотрит на нее серо – синими глазами, похожими на два больших лесных озера, в которых растаяли белоснежные облака и отблески лучезарного счастья. Где –то на заднем фоне, остатки памяти кричали ей об особой осторожности, но она уже начинала влюбляться. И ничего не могла с этим сделать…
Она чувствовала запах его тела и улетала…
Наверное, так действовала духота, замкнутое пространство и близость объекта. Но шевелиться не хотелось… и чтобы лифт отремонтировали – тоже. Хотелось продолжения этого неловкого момента и тишины. В ней было так много всего, что не передать словами.
Еще через полчаса бедные заключенные, раскрасневшиеся от духоты, вывалились из лифта, и глотнув свежего воздуха, направились по лестнице к финишу: на двадцать первый этаж. Шли тихо, явно не желая расставаться. Казалось каждый следующий шаг, делит их по разным берегам широкой бездны, и не будет уже шанса быть вместе, поэтому он крепче сжал ее руку. Вот- вот распахнуться двери квартир и поглотят их полностью, чтобы больше никогда не встретились они в этом безумном – безумном мире. Еще миг и все закончится.
У квартиры номер 801 оба остановились и последний раз, молчаливо вглядывались в отражение своих глаз.
- Я пришла, - тихо сказала она, словно поставила точку в их встрече.
- И я пришел! – Ответил он.
Дверь внезапно открылась.
- Оленька, дорогая, наконец. А мы ждем, ждем, где тебя носит? – Лариса бросилась обнимать подругу.
- О, Денис, и ты тут? Вовремя! Проходи, заждались уже. – Приветствовал друга Артем, муж Ларисы. – Вы прямо вместе пришли, надо же, как удачно. Знакомьтесь. Это мой друг – Денис, а это Оля, лучшая подруга Ларочки, еще с института.
Они пристально посмотрели друг на друга и вдруг засмеялись, понимая, что это было ИХ свидание.
Она держала цветы, предназначенные ей, а он держал ее за руку.
Оказывается, предприимчивые друзья решили соединить два одиноких сердца, скучающих вечерами в своих квартирах в то время, когда жизнь за окном набирает полные обороты и безвозвратно уходят лучшие мгновения радости быть нужным кому то.
Теперь они были вдвоем. Их тихие вечера наполнились теплом и уютом, романтикой и пониманием смысла бытия. Они не обещали быть лучшими, они делали так, как им нравилось обоим, без запросов и претензий друг к другу. Иногда смеялись вместе, порой молчали или пели песни в комнате после ужина, тихо, вполголоса и держались за руки. Он приносил ей кофе по утрам в постель, она заваривала чай с мелиссой и ставила к компьютеру, когда он был слишком занят проектом. Он практично укутывал ее шарфом в холодные дни перед выходом на улицу, а она пекла ему пироги. Обыкновенная забота. Так живут люди, знающие цену одиночеству: спокойно и честно, не заставляя подчиняться, лишь спрашивали: как ты хочешь? А что мы сделаем сегодня? Как распределим финансы? Может ты желаешь…?
А потом…
Потом родился Андрюша и жизнь продолжилась дальше, со своими причудами и подарками.
Где- то в квартире 801 на девятнадцатом этаже, верные друзья поздравляли Олю с благополучным рождением сына, и, положив трубку, довольная Лариса сказала с улыбкой:
- Посмотри, как получилось тогда, они и без нас нашли друг друга.
Оказывается, сама судьба столкнула их лбами у магазина «Вишенка», но им понадобилось просидеть целый час в замкнутом пространстве лифта, чтобы заставить теплые нежные чувства, надежно спрятанные в щелях от обид и предательств, осторожно выползти из тайников души и почувствовать ту самую связующую нить, что соединяет любящие сердца.