В отличие от прочих жителей Дозора, Белотур не восходит к роду первых
поселенцев. Он объявился в деревне несколько лет назад — и видели его
единицы. А те, кто видел, предпочитают помалкивать: не хотят, чтобы их
подняли на смех. Однако если разговорить подвыпившего кожемяку — того самого, кому не повезло в памятную ночь задержаться у реки Млечной, — он поведает историю. Расскажет, как нёс домой партию масла для жирования шкур. Как вдруг заметил на воде обнажённое тело, плывущее по медленным, но неумолимым водам. Как выхватил его из реки, вытащил на берег — и замер в раздумье: что делать дальше? Тут‑то, словно из ниоткуда, явились Гробовщик и Леда. Ни слова не объяснив,
приказали нести незнакомца — то ли мёртвого, то ли ещё дышащего — в
пустующую хату. После кожемяку тотчас прогнали прочь. И всякий раз,
вспоминая это, он сокрушённо прибавляет: тело того человека весило,
поди, сотню пудов, если не больше! Впрочем, рассказ его звучит неохотно, с явной неохотой — а значит, за скупыми