Говорю честно – я даже не слышала о такой опере Римского-Корсакова. Написанная в 1902 году после гениальной «Царской невесты» (1899) и залихватской «Сказки о царе Салтане» (1900), она резко контрастирует с основной линией творчества великого композитора. В его операх преобладает русская тема, будь то история или сказки, былины. Здесь же – античность, Древний Рим в эпоху правления Нерона, гонения на христиан, обращение в веру молодой аристократки и характерный для опер Римского-Корсакова любовный треугольник.
Я ассоциативно вспоминаю роман Генрика Сенкевича «Камо грядеши». Та же эпоха, перекликающиеся линии – у польского классика одной из центральных линий романа становится любовь римского аристократа к царской дочери из варварского племени, отправленной в Рим в качестве заложницы и принявшей христианство, и его обращение к вере под влиянием любви. Произведение было опубликовано в 1895 году, быстро получило, как бы мы сейчас сказали, культовый статус и в 1905 году удостоено Нобелевской премии.
Римский-Корсаков за основу взял драму Льва Мея «Сервилия» (1854) и написал либретто сам. Ранее композитор неоднократно обращался к творчеству драматурга, в том числе в операх «Псковитянка» и «Царская невеста».
Опера, вероятно, была слишком необычной по тем временам и успеха не имела. На сцену выведены многие реальные исторические персонажи. Некоторых мы и у Сенкевича найдем, что и понятно, – исторические источники по эпохе авторами детально проработаны.
Поскольку в финале оперы декларируется торжество христианской веры, то неудивительно, что в Советском Союзе это произведение обходили стороной.
Композитор долго вынашивал замысел оперы и тщательно работал над партитурой в 1900-1901 годах, не афишируя свой труд. Среди пятнадцати опер Римского-Корсакова этой выпала, вероятно, самая трудная судьба. Премьера состоялась 1(14) октября 1902 года в императорском Мариинском театре и прошла, по словам Римского-Корсакова, «с почетным успехом». Композитора вызывали на поклоны не только в конце представления, но и между актами. Однако зал от вечера к вечеру пустел, и после семи показов «Сервилия» тихо исчезла из репертуара. Спектакль 1904 года, поставленный труппой Оперного товарищества в Москве, поначалу вызвал одобрение публики и прессы. Николай Андреевич приехал на премьеру, его приветствовали бурными овациями. Однако опера и на сей раз на сцене не удержалась.
В XX веке фактически не было попыток поставить её, кроме Самарского академического театра оперы и балета, где оперу поставили в 1994 году и играли три сезона. В 2016 году свое прочтение представили в Камерном музыкальном театре (ныне - Камерная сцена Большого театра). Премьера оперы на Новой сцене Большого театра состоялась 19 декабря 2025 года.
И вот мы здесь.
Как обычно, сначала мы приобрели буклет и программки, затем отправились в буфет в зимнем саду, где за эклерами и игристым погрузились в материал. И так увлеклись, что чуть было третий звонок не пропустили.
Визуальное сопровождение оперы просто сумасшедшее. Сразу видно, профессионалы отменно поработали. Стилизованный римский форум, громадная статуя Афины в первом акте. Использованы средства видеопроекции, дополняющие картины римского форума или пирушки в богатом доме сенатора. Например, в некоторых сценах как бы факелы горят, давая полный эффект погружения. Есть балетные сцены: в первом акте это, как я назвала, танец амазонок и танец вакханок. Я только не поняла, какую там Мессалину в одном из эпизодов упоминают. Я знаю ту, что была женой императора Клавдия, так её выпилили за 19 лет до происходящих на сцене событий (действие происходит в 67 году н.э.), а самому Клавдию его следующая супруга, Неронова мамаша Агриппина Младшая, любезно поднесла отравленных грибочков, чтобы царствовал её сын. Вероятно, какой-то вымышленный персонаж с тем же именем.
Никто не знает, какая в Древнем Риме была музыка. Это позволило композитору дать волю фантазии и творческой стилизации. Поэтому оперу можно считать творческим экспериментом. Она очень эклектична, перед зрителями разворачивается красочное многофигурное музыкальное полотно. Однако тот мощный мелодизм, который так присущ произведениям Римского-Корсакова, в этом произведении не просматривается. И тем не менее впечатление очень мощное!