Начав собирать документы о рождении и смерти родственников (какие мог — на бумаге, но старался достать хотя бы электронную копию), почти по всем веткам я смог дойти до царского времени. Сейчас я уже понимаю, что «длинная» семейная память — не самое частое явление, для многих трудности в поисках начинаются уже на этапе прадедов. Мне же и тут повезло, двух прапрабабушек я смог застать лично и побывать на похоронах одной из них.
Тем временем у меня в руках оказался необычный документ — чудом сохранившаяся метрическая выписка — аналог дореволюционного свидетельства о рождении. Этот лист бумаги открыл дорогу в дореволюционный сословный мир — пращуры были представлены рязанскими мещанами Поповыми, хотя выписка с записью о крещении (а в книгу запись вносилась именно в момент крещения, а не рождения, под что была соответствующая графа) была сделана из храма в г. Луганске. С этим несоответствием мне еще предстояло разобраться.
Чем хороши метрики — помимо детей и родителей туда вносили восприемников (сейчас их чаще называют крестными родителями), которыми обычно выступали родственники. По моим наблюдениям, только у людей, переехавших на другое место жительства, в таинстве начинали участвовать какие-то «чужие», хотя мой опыт ограничен несколькими регионами и парой городов. Так с высокой долей вероятности можно вычислить девичьи фамилии бабушек. И вновь фортуна мне благоприятствовала — в обряде крещения ребенка Евдокии Лаврентьевны Поповой участвовал Александр Лаврентьевич Максимов, очевидный брат.
Пересмотрев ворох полученных в наследство документов, я нашёл его фотокарточку и другие бумаги, которые поначалу сбивали с толку, так как я не знал таких людей. В деле систематизации семейного архива лишних вещей быть не может!
Среди документов семьи мне попалась еще одна полезная фотография. Оформление своей карточки Македоном Петровичем Поповым можно взять за образец того, как нужно оформлять подобные послания потомкам. Для меня это были самые ранние точные даты событий в жизни семьи.
Вероятно, в каждой семье сейчас найдутся награды предков, особенно принимавших участие в Великой Отечественной войне. К сожалению, бывают истории, когда оригинальные награды продавались, терялись, а то и вовсе передавались мошенникам.
В моей семье награды и памятные знаки хранились на полочке в коробочке. Но вместе с успехами в генеалогических поисках пришло желание навести порядок и в подобном наследии.
Среди прочих в домашней коллекции есть овеществленная память о Македоне и Евдокии Поповых.
Македон Петрович до революции работал на одной из крупнейших паровозостроительных фабрик — заводе Гартмана в Луганске. По случаю выпуска 1000-го локомотива были отчеканены именные знаки, и один из таких сохранился в нашей семье.
Евдокия Лаврентьевна была удостоена высокой награды уже в советское время — ордена «Материнская слава» III степени. Она родила и воспитала 7 детей, при этом разница между старшими и младшими была более 20 лет. На долю семьи выпали тяжелые испытания в виде переездов по стране, революции, Гражданской и, конечно, Великой Отечественной войны. Все дети получили высшее образование (некоторые — два, или вовсе научные степени), занимали различные руководящие должности (вплоть до директора завода в подмосковных Мытищах), младший пошел по военной стезе и дослужился до полковника. Все сохранили светлую память о своей матушке.